![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
swamp_lynx"Мне видится, что эта вот концептуальная идея о том, что внутреннее представление об истинности своей этики несовместимо с релятивистской концепцией допустимости противоречий между этиками без их инвалидирования, является следствием ошибочного толкования этики, как абсолютной сущности. :) Вообще это очень интересный и тонкий вопрос, какова сфера применимости локальной этической модели на глобальное поле, поскольку надо понимать, что помимо разницы в мифологии (контексте) и оценочном базисе существуют ещё факторы различий в инструментарии оценки и взаимодействия между этиками. Уровень потребности конкретной этики в доминантности — это функция от качества внутреннего инструментария конверсии систем координат различающихся этик, поскольку тезис "внутри моей этики все остальные являются ложными" или "все этики имеют право на жизнь" одинаково являются признаком отсутствия такого инструментария. Если системы ценностей расходятся, то главная задача этики — не прозелитизм (это в общем случае не работает, или работает очень плохо), а минимизация конфликтного пересечения интересов, "the only winning strategy is not to play". Этика — это не свод локальных правил, определяющих, что есть добро и что есть зло, - таким сводом является конвенциональный этикет. Этика — это механизм эвристик, которые определённым образом (часто сложноформализуемым) оценивают применимость реакций на какие-то внешние обстоятельства для своей социальной группы или отдельной личности, но эти реакции не измеряются в терминах добра и зла, а дают лишь большую или меньшую вероятность более положительного развития событий или менее. Когда оценка этик ведётся не по шкале добра и зла, а по принципу рациональности выбора следствий и их вероятностей, очень многие, казалось бы, неразрешимые противоречия развеиваются и находятся рабочие правила конверсии мировоззрений." snowps.
Если этика - единственный источник оценок добра и зла, то, очевидно, мы таки оцениваем её с позиций добра и зла, тут явное противоречие. :) Этический конфликт — это уже следствие, не начальная фаза. Вопрос добра и зла — функция проекции, он зависит от того, кто назначен бенефециаром применения этических правил, поэтому устанавливать нужно не критерии добра и зла (они являются неотъемлемой частью аксиоматики и мифологии субьекта или группы и определены только в пространстве его/их конвенций и потребностей), а критерии оценки позитивного и негативного следствия рассматриваемых действий на жизненный контекст произвольного бенефециара (которым совершенно не обязательно должен быть именно оценивающий).
Нарциссическое желание объявить свою этику аксиоматичной произрастает из ошибочного отнесения этики к категории правил, не требующих вывода. Повторюсь, что этическая оценка — это не те правила, которые субъект считает очевидными де факто (т.е. этикет), а процесс, который, будучи применённым к произвольному субъекту, даёт консистентные оценки рациональности его действий с его собственной точки зрения. Вы же не стремитесь всенепременно затоптать ногами академического оппонента за то, что он является адептом другой теории? :) Рациональное поведение — это интеграция чужих мнений в свою картину мира (даже если они ей противоречат), поскольку лишь в этом случае возникает конкуренция с ненулевой суммой, а не рубилово двух сторон, каждая из которых считает себя крестоносцем, а оппонента — еретиком. Добро и зло как таковые на этой стадии неуместны, они становятся актуальны лишь после определения правильного взаимного положения мировоззрений в пространстве большей размерности, что без виденья ситуации глазами оппонента невозможно. До этого момента добро и зло являются лишь неопределёнными проекциями, уязвимыми к потере значимости.
Штука в том, что бенефициар появляется сразу же, как только заходит речь о добре и зле, — зло для кого? добро для кого? :) Вот играют две спортивные команды — шкала с результатами игры от "выиграла команда А" до "выиграла команда Б" является классической мифологической шкалой добра и зла, где представления сторон одновременно и полярны, и рациональны. О какой определённости можно говорить, когда для одного шкала одна, а для другого другая? "Справедливо — это когда мне хорошо", что ли? :)
Я понимаю Ваше желание сделать из этики эдакий концепт "Спартак — чемпион", где раз уж человек болеет за одну команду, то неэтично разбавлять фанатизм рационализацией. :) Более того — я согласен, что коллективное принятие определённых этических конвенций — весьма сильный социальный механизм, позволяющий в кризисных ситуациях решать проблемы групп более эффективно. Проблема лишь в том, что этот класс инструментов не является универсальным и имеет огромное количество минусов, как любой нарциссический запрос индивидуума или толпы. Прежде всего — снижение адаптивности мешает эволюционировать мировоззрению, сохраняя колейность мышления, и пример с президентом, на самом деле, очень хорош, только несколько с другой стороны: представьте себе, что Вы выбрали питаться спагетти болоньезе, поскольку они вам понравились, а съедание любого другого блюда табуировали бы, объясняя это неэтичностью беспорядочности в еде. :) Статичности этики, низведённой до списка аксиом, — это капитуляция при нежелании/неумении в режиме реального времени корректировать и совершенствовать собственную картину мира, реагируя на меняющийся контекст. И нет — это не предательство заветов Хука-ниспровергателя, а избегание язвы желудка от фатального однообразия диеты. :)
Надо всё-таки разделять социальную мифологию добра и зла и объективное позитивное/негативное влияние каких-то действий на дальнейшую жизнь субъекта. Естественно, в общем случае, добро и зло - понятия более глобальные, чем отдельно взятый контекст, но мне непонятно стремление выделить добро и зло в контексте этики в какую-то отдельную категорию, где оценка рациональности презрительно провозглашается бухгалтерией, ибо, к примеру, вон там, в лесу Данко с сердцем в руке моцион устроил, - о какой рациональности может идти речь, когда он творит добро?! :) На самом деле зло и добро, творимые в рамках этической модели, для которой не созданы (или утеряны) цепочки логического вывода рациональности, сносно работают только в относительно статичном контексте, но, к великому сожалению, обречены на вырождение в меняющихся условиях.
Использование аксиоматизированной этики для джастификации своих верований - это основной позитивный инструмент религий, поскольку обеспечивает психологический комфорт благодаря выводу механизма верификации правил за рамки размышлений субъекта. Я совершенно не против этого функционала, но надо отчётливо понимать, что отказ от верификации закрывает также и возможность анализа и эволюции мировоззрения. Да - события, требующие модификацию базовых аксиом той же этики случаются не так часто, поэтому кажется, что инерция там ни на что не влияет, но это не так, поскольку любая система, неустойчивая к всплескам, может легко пойти вразнос, - физика процессов автоматического регулирования не даст соврать. :)
Вот как Вы видите в своей концепции критерий, который требует переходить к активному прозелитизму своей этической модели от пассивного сосуществовании противоречивых мировоззрений? :)
Если Вы обратили внимание, то я выше везде старался использовать вместо терминов "добро" и "зло" в контексте этики понятия позитивного и негативного следствия, - это не просто так. :) Для меня позитивные и негативные следствия - это критерии, которые могут быть оценены вне мифологической части мировоззрения, например "я высокомерен с людьми, поэтому они избегают общения со мной" или "я помогаю людям, поэтому они помогают мне" и т.п. Очевидно, что подобные тезисы - сильное упрощение, но правомерность этого упрощения сродни валидности использования законов классической механики, не переходя к стандартной модели, если нет задачи изучения сильных взаимодействий, - т.е. понимание сложности цепочек вывода есть, при необходимости они задействуются и это может привести к иным или даже противоположным выводам. Добро и зло же - это некий результат сравнения с действий с определённым набором клише, персональных или благоприобретённых, запомненных в мозгу как часть пары действие-значения по шкале, и сформировавшихся давно и непонятно в каком контексте. В моей классификации это - этикет, который многие путают с этикой (что неверно) или считают частью этики (в чём есть доля правды).
Я не оперирую такими тезисами, как "вырождение - это плохо", я просто говорю, что оно становится намного более вероятным. Вырождение - это потеря адаптивности, которая приводит к снижению выживаемости модели поведения и использующих её субъектов. Плохо это или хорошо - вопрос десятый, поскольку зависит от того, кто оценивает, но негативные следствия для самой концепции и её носителя есть - они могут отмереть.
Мой подход отличается тем, что он старается использовать критерии, потенциально применимые в столкновениях с носителями других подходов в попытке проверить свою систему ценностей, поскольку у них выше распознаваемость другой стороной из-за абстрагирования от апеллирования к локальной аксиоматике (договориться о единых инструментах проще, чем о мерах и весах).
Так моя личная точка зрения — это не критерий добра и зла, ну вот вообще ни с какой стороны. :) Я оцениваю добро и зло не с позиции "что мне кажется добром — то и есть добро" (мне представляется нерациональным не учитывать интересы окружающего большинства, — а любой индивидуум, если он, конечно, не тотально ассимилировавшийся сектант, всегда в меньшинстве), а с позиций "насколько окружающему миру будет полезно то, что я делаю, при том, что я не буду поступаться личными правилами". Вообще любой человек во взаимоотношениях с окружающим миром обычно практикует две полярные стратегии или что-то, находящееся между ними: либо жизнь по устоявшимся правилам (e.g. этике, в Вашем понимании) с учётом собственных интересов, либо по своим правилам, но с учётом интересов окружающих. Это принципиально разные стратегии, первая из которых ближе к социальной интеграции и экстравертности, а вторая — к внутренней свободе и социальной обособленности. Мне ближе второй вариант. :)
Моя система ценностей не занимает главного места в моей иерархии, равно как и любая другая. Верхнее место занимает интегральная оценка качества жизни моего окружения в целом (не всего мира, а той его части, где от меня что-то зависит). :) И да — договориться можно только тогда, когда нет потребности в иерархической конкуренции.
Есть всего одна честная позиция: то, что нравится мне, может быть лютой чушью для всех прочих, и это никоим образом не означает, что эту мою чушь все обязаны воспринимать, как откровение. :) То же самое касается и ранжирования по шкале добра и зла всего того, что относится к моему восприятию и к восприятию всех прочих. Если у кого-то есть пересечения с моей, условно говоря, сферой притягательной чуши, — прекрасно, значит это потенциальный кандидат на то, чтобы найти со мной общий язык, но упаси меня бог собирать под свои знамёна адептов какой-то конкретной чуши и идти войной на адептов другой чуши, особенно под соусом доминирования моей этики, системы ценностей или прочих искуственных социокультурных конструктов. :)
Валидность моих представлений о пользе для других определяется очень просто: если у людей моя модель поведения востребована, значит мои представления о пользе релевантны общественному запросу. Учитывая то, что я, к примеру, за последние 30 лет ни разу сам не искал работу (вернее я в своей жизни устраивался на работу сам только один раз, когда учился на последних курсах института, во всех остальных случаях меня звали к себе люди, с которыми я когда-то работал, и со многими из них я работаю уже по двадцать лет и больше), и то, что тех, с кем я поссорился за свою жизнь, можно пересчитать по пальцам, вполне резонно предположить, что, вероятно, я более-менее преуспел в формировании правильного социального поведения, хоть я и во многом мизантроп и интроверт. :)
А в чём проблема с этим согласиться? Вон, опять-таки к примеру, у меня в интересах с самого начала присутствия в ЖЖ указан скрипач-авангардист из нью-йоркской андерграундной околоджазовой тусовки Джона Зорна — Марк Фельдман. Я как-то ради интереса решил посмотреть, у кого он тоже там присутствует, и 20 лет назад таких людей было всего семь на весь русскоязычный сегмент ЖЖ (я сейчас уже почти со всеми ними лично знаком). Значит ли это, что все, с кем я общаюсь, всенепременно должны просветлиться от Masada String Trio или материала формата ECM? Да ни разу! Кто-то из моих друзей слушает британский прогрессив семидесятых, типа Soft Machine и National Health, и даже ездит в гости к Роберту Войоту, с которым давно дружит, кто-то до сих пор не может отлипнуть от Битлз, кто-то сам играет сефардскую музыку и авангард, а кто-то слушает Оззи и какое-то тяжёлое рубилово с ирландским фолк-налётом и т.п. Мешало ли это нам общаться? Ни капли. :)
Естественно, стратегии редко когда полностью статичны, но в большинстве случаев устоявшесть оной говорит о том, что для конкретного человека она оказалась подходящей. Но не надо путать статичность стратегии и статичность этической системы, — это сильно разные сущности. :)
Это будет не конфликт этик, а конфликт доминантного запроса. В общем случае предотвращение конфликта является менее негативной стратегией, чем разборки, но ни тот, ни другой инструмент сам по себе ничего не говорит о рациональности выбора, — бывает и разборки рациональнее, но, повторюсь, это всё не о добре и зле, а об оправданности и неоправданности. Романтизация выбора "я всё равно поступлю по-своему" — источник бесконечного количества бессмысленных конфликтов, вырастающих на эгоцентризме и нарциссизме.
Естественно, всегда есть процент людей, который имеет слабо совместимые с окружением взгляды, но рационально или нет продавливать большинство своей мифологией — вопрос не индивидуального закрытия трейта недостатка доминантности, а осмысленности этого насилия для большинства. Если человек родился в Дахабе, но по какой-то причине не переносит жару, то агитировать всех переехать в Норвегию не надо, а надо переезжать туда самому.
Цель в рамках этики — это искуственный конструкт, как и любая другая деятельность человека, сублимирующая потерявший актуальность в среде урбанистического и ресурсного комфорта инстинкт выживания. Психологический комфорт человека зависит от внутреннего ранжирования собственной доминантности относительно других представителей вида, — это базовый эволюционный механизм, его нельзя как-то отменить или игнорировать, — а когда физическое выживание перестаёт быть источником повышения подсознательного ранга, человек начинает соревноваться с другими в по массе простых или сложносочинённых искусственных критериев — богатству, власти, спортивным достижениям, религиозной вовлечённости, даже уровнем праздности и т.п. Борьба физических видов за выживание мутировала в борьбу этик, конфессий, ареалов поддержки систем ценностей и это очень опасная подмена, поскольку в физической животной среде балансировка ареалов и ресурсов обычно имеет саморегуляцию из-за ограниченности запросов (нет смысла расширять ареал, если достаточно еды, и нет смысла воевать за территорию, если она достаточна для проживания), а в искусственных мифологических сферах конкуренции это ограничение отсутствует — нужно больше ресурсов, адептов, территорий и т.п. Если слишком увлечься вопросами избыточного повышения доминантности, то это почти всегда интегрально ухудшает ситуацию для затрагиваемого большинства.
Вас, часом, этот вопрос конфликтующих этик не в контексте нынешних межгосударственных разборок заинтересовал? Если да, то эти разборки — как раз прекрасный пример последствий насилия над традиционными ареалами в угоду мифологии. Что перманентный конфликт Израиля с арабскими странами из-за искусственно созданного в середине среды с одной этической моделью анклава с другой моделью, который как раз и существует по системе "те, кто не с нами, нам безразличны", что конфликт России с Украиной, в котором украинский нарратив про то, что мы всё равно сделаем по-своему, ожидаемо нарвался на аналогичный нарратив "ах, вы сделаете по-своему? Тогда и мы сделаем по-своему!" Проблемой тут является не то, кто прав и кто виноват, кто первый напал или кто имеет право защищаться, кто плохой и кто хороший, а в том, что при разворачивании конфликта нужно иметь адекватный горизонт планирования и не иметь эмоционального восприятия ситуации. Даже при всём понимании желания Израиля как-то обеспечить свою безопасность (сам факт феерического идиотизма создания еврейского государства в центре арабского мусульманского мира мы не рассматриваем, — это уже дело былое), а Украины — вдохновенно заниматься своей любимой чушью у себя на территории, я совершенно не понимаю, как они собираются решить свои физические проблемы достижением мифологических целей. И ведь наверняка это всё тоже преподносится страдающему населению, как священная борьба своих и вражеских этик. :)
Разумеется, у меня, как и у всех остальных, есть какая-то своя мифология, этическая в том числе, но, рассуждая об этике в целом и оценивая какой-либо неоднозначный вопрос изнутри своего личного пространства ценностей и рациональности, я всегда даю мысленное право другому оценивать этот вопрос из своего. :) В моём представлении не существует оценочных процессов в отрыве от контекста восприятия оценивающего, их нельзя просто так взять и экстраполировать на произвольное мировосприятие. Да - в случае активного столкновения интересов могут быть использованы разные инструменты, - бывает убеждение, бывает компромисс, бывает принятие точки зрения оппонента, даже насилие бывает, - но это никак не отменяет того факта, что для другого добро часто оценивается по совершенно полярным критериям. Принадлежность определённой этики мне не делает её автоматически наивысшей в иерархии (считать так, конечно, приятно и просто, но это заблуждение).
Нет, это значит, что я предлагаю тезис на основе предполагаемых критериев рациональности для оппонента из его контекста для оценки его взгляда со своей стороны и, естественно, этот вопрос является дискуссионным, ибо я могу в чём-то ошибаться. Т.е. мне очевидно, что в большинстве случаев погибание оппонента - это тот исход, которого он хотел бы избежать, поэтому какие-то его действия, связанные с излишним риском, ухудшают вероятность позитивного развития событий, но если окажется, что он, условно, болен раком и мечтает об эвтаназии, то его оценка рациональности не уложится в моё предположение. Надо разделять свою рациональность и чужую, это существенно упрощает поиск компромиссов.
Ну так если он является адептом BDSM, то может ему действительно так лучше. Главное, чтобы он меня не агитировал с излишним энтузиазмом вступать в его личный Комитет Мировой Гармонии. :)
"Поступить правильно" - это этикет. Этика - это "поступить рационально". :) Когда оппонент называет тебя извергом, Гитлером, олигофреном и тому подобное, перемежая это площадной руганью и феерией обсценного слога, а то и норовит звездануть дубиной по голове, это следствие того, что он утерял способность использовать аналитическую оценку рациональности и перешёл в аффективную сферу с резким падением уровня диалога. Это не неправота - это коммуникативное бессилие, а когда человек чувствует бессилие, он склонен терять даже собственные этические ориентиры, оправдывая это мыслью "я же прав, как же так? Если моя правота проигрывает, то я не должен дать ей проиграть, пусть даже мне придётся поступить сомнительно!" с прогнозируемыми разрушительными последствиями.
Мне вот пришло в голову, что то, что Вы тут классифицируете как этику, является в реальности инструментом коллективной обороны локальной мировоззренческой мифологии от нападок иных мифологий. Этика - это другое, - оне не про войну на границе мировоззрения, - она про комфорт внутри своего привычного мира. :)
Мировоззрения у людей, всё же, бывают сильно разные, поэтому, как бы это не было Вам удивительно, я не оперирую в своей этике понятиями добра и зла, а таки использую критерий рациональности. :) Когда я поступаю каким-то определённым образом и не поступаю иным, я каждый раз взвешиваю вероятности того, будет ли это для меня рационально или нет, и поступаю соответственно этому. Ещё раз, чтобы Вы опять не начали ходить по кругу, — я не считаю понятия добра и зла для себя понятиями зла и добра для других, — это не рационально и во многих случаях не работает в той модели выбора диалекта рационального поведения, который мне удобен.
Нет, система ценностей ни у кого не находится в начале, — в начале находится персональный бытовой опыт, который формирует архив быстрой памяти с автоматическими реакциями на определённые внешние процессы. Сунул палец в костёр — обжёгся, соответственно совать палец в костёр не стОит. Обманул кого-то — получил по башке, обманывать других травматично. Но, в тоже время, кто-то становится пожарным, где есть шанс вообще сгореть заживо, а кто-то — коммерсантом, где эффективный обман клиента — часто необходимый навык. И это не вопрос добра и зла, — если, к примеру, убрать обман из коммерции, то рухнет вся мировая экономика. Этика появляется на том этапе, когда человек пытается рационализировать личный опыт с учётом постподросткового перехода эгоцентризма в понимание неизбежности противоречий интересов между людьми. Когда детский эгоцентризм до конца не выветривается, то возникает нарциссическое отношение к собственной модели мировосприятия и попытки её прозелитизма. У творческой публики это происходит через одного, поэтому художники, музыканты, артисты и т.п. часто бывают сильно токсичными людьми. Что же касательно эмоций, то достаточно вспомнить, что состояние аффекта является смягчающим обстоятельством, чтобы раз и навсегда уяснить, что фундаментально мы — животные, а построение культурного контекста и этические метания — тонкая пенка нашей цивилизации, основанной не на имманентной произвольному человеку способности отличать добро от зла, а всего лишь на удивительно эффективной передаче опыта. Убираем передачу опыта, как у упомянутого выше маугли, и получаем асоциальную личность, не умеющую ни строить этику, ни воспринимать культуру, и способную только к поверхностному копированию этикета.
Конфликт этик возникает не из-за того, что у них неразрешимые противоречия, а из-за того, что при столкновении используется конфликтный инструментарий. От того, что один любит тачать сапоги, а второй — печь пироги, не следует всенепременно, что они подерутся, однако когда противоречия начинают решать с позиций "я несу правильную картину добра и зла, а другие, если не согласны с моей, — неправильную" — конфликт неизбежен, это формирует токсичный фон интеркоммуникации. Начинать надо не с этого, а с попытки найти такую мировоззренческую структуру, в которой обе конфликтующих этики могли бы сосуществовать в определённых рамках. Да — иногда это не выходит сделать, но начинать искать компромисс надо не с инквизиции, а хотя бы с заседания рыцарей круглого стола, и тогда очевидная близость и подвластность любого человека его собственной мифологии и потенциальная нелюбовь к прочим даст шанс начать установку статуса-кво не с мордобоя, а с академической дискуссии.
Нет, не заложена. :) Это проверяется банальными примерами тех самых маугли, была бы заложена — они бы при любом раскладе формировали бы в сознании концепцию этики и культуры, но нет. Спорить с этим можно, но бессмысленно, я не готов поддержать подобную дискуссию из-за её тупиковости. :)
Маугли, как не индоктринированному культурным контекстом животному, хорошо, когда он сыт, в тепле и не боится, что его съедят, а несколько погодя — что нашлась самка, готовая с ним спариваться. Более того — ему будет безумно хорошо от каких-то наркотических веществ (а наркомания распространена у многих животных) и он ничтоже сумняшеся причислит это к "добру" и посадит себе внутренние органы или вообще помрёт от передоза. Наша животная шкала страдания и наслаждения крайне далека от того, что в культуре именуется добром и злом. И это те же самые инстинкты, не отфильтрованные рационализацией, которая доступна человеку не от рождения, а в качестве продукта определённого культурного импринтинга, который — можно хоть удискутироваться, — но является внешним фактором по отношению к сознанию человека. Да — есть разные предрасположенности, но в общем случае без навязывания культуры получается не высокоморальный индивид, а коллега бонобо.
Сунуть в костёр ногу мешает не этика, а именно инстинкты. И да — это абсолютно, полностью разные механизмы.
Так есть и известная история про катастрофу FH-227 в Андах в 1972 году, когда народ, чтобы выжить, ел трупы погибших товарищей. Этично ли это? Нет. Рационально? Да, благодаря этому погибли не все.
P.S.: Вам почему-то очень хочется научить всех окружающих своему мировосприятию, даже если прямой необходимости в этом нет. Вот поразмышляйте — зачем это Вам? :)
Проблема в том, что Вы считаете калекой живой организм, который не получил удобный Вам социальный импринтинг, параллельно утверждая при этом, что этика — его имманентное свойство. Вы уж определитесь. :)
Как было у Стейнбека:
"Меня что всегда удивляло, — качества, которыми мы восхищаемся в человеке - доброта, щедрость, открытость, прямодушие, понимание, чувствительность,- все они обеспечивают неуспех в нашей системе. Те же черты, которые мы считаем гнусными - лукавство, алчность, жажда наживы, подлость, низость, эгоизм, своекорыстие,- все это, напротив, гарантирует успех. Людей восхищает первый джентльменский набор, но пользоваться они любят плодами второго."
В таком контексте апеллировать к единообразию шкал добра и зла — изощрённый цинизм. :)
Ну так это Вы меня призываете к абсолютизму этики, — я-то как раз за релятивизм. :) Пока что я вижу, что Вам по какой-то причине не хватает самого себя для джастификации своей этической модели и всенепременно хочется организовать прозелитический заплыв, умножив количество адептов Вашего подхода. Такое обычно говорит о неустойчивости внутренней структуры мировоззрения, поскольку она пытается использовать внешние точки опоры, которые человек сам не контролирует. Я веду этот диалог не потому, что хочу призвать Вас под свои знамёна, а потому, что формат обмена полярными тезисами мне представляется приятным времяпрепровождением, потенциально полезным для улучшения понимания феномена абсолютистской морали.
А, я кажется понял, из чего у Вас сформировалось убеждение, что этика — это врождённое, — из предположения, что социальность является необходимым и достаточным условием появления этики. :) Это, к сожалению, заблуждение: необходимым — да, достаточным — нет. :) Есть масса социальных животных и насекомых, но мы же не говорим про этику муравьёв, пчёл или сурикатов? Этика — это сформулированный в рамках мировоззренческого дискурса набор философских эвристик, не дающих строгого ответа, но влияющий на модель поведения. Для её появления нужен а) язык, б) предварительный импринтинг некоей моделью или рядом разных моделей, в) склонность к самокопанию и г) наличие свободных ресурсов и времени. Если что-то из этих компонентов отсутствует, то человек вообще не задаётся этическими вопросами, а живёт как животное, хотя и социален, и умеет говорить, и под себя не ходит. Стратегия группы выбирается не произвольно, а по принадлежности. Да — всегда есть те, кто группой недоволен, но это не проблема группы, а проблема одиночки, всегда.
Да мы оба получаем удовольствие, поскольку нарциссизм — это здоровый недостаток людей, если они при этом могут вести себя нетоксично. :) И я совершенно не против, что Вы видите добром что-то другое, — это гладко укладывается в мою релятивистскую картину мира, — и я не готов Вас убеждать в том, что я всенепременно правее, посколько это верно только для меня самого. :) Единственный весомый недостаток Вашей позиции видится мне не в сути убеждений, а в том, что Вам зачем-то нужно убеждать других в своей правоте. Это затратный и неэффективный метод джастификации своих взглядов, — валидный, но не особо рациональный. Впрочем, бог Вам в помощь. :)
Так потому и сформулировал "мы не говорим", а не "у животных нет этики", — я вполне допускаю, что есть что-то, что можно сравнить с вербализированной этикой человека, но тех самых фактов, о которых Вы говорите, таки нет. :) Озвучивание теории не равнозначно построению доказательного базиса. Когда он будет сформирован — с удовольствием подискутирую на эту тему, а пока тезисы не вышли за рамки отдельных теорий — увы и ах, этого недостаточно. :)
Коллективные инстинкты социальных видов животных легко спутать с искусственными сущностями вроде человеческой этики, примерно как умение птиц летать со знанием аэродинамики, — но Вы тут не первый и явно не последний. :) Повторюсь, что для существования этики нужно умение формализовать и вербализировать определённые её компоненты, — у свежепоявившегося человека этих умений нет, они просто не сформированы в соответствующих областях мозга, поэтому если их не развить (т.е. произвести культурный импринтинг), они не смогут выполнить эту функцию полноценно, либо вообще окажутся не функциональными. У большинства животных, в том числе социальных, этих умений с большой вероятностью нет в принципе или мы не можем их надёжно продетектировать.
Образ "ведро — это биологическая основа этики", я, пожалуй, запомню и распространю среди общественности. :D Я Вам по секрету скажу — у этики вообще нет биологической основы, это своеобразная мутация абстрактного мышления, — во многих случаях полезная, но из-за слабой связанности с критериями биологической рациональности, легко ведущая человека к разносу. В вопросах этики полно аспектов, которые не имеют аналогов в животном мире, — отношение к накоплению ресурсов сверх необходимого, к власти над тем, что не является нужным для выживания, к моральным метаниям и т.п.
Деградировать общество начнёт и тогда, когда все будут этичны до потери индивидуальности. :) Развитие — это всегда нарушение устоявшихся правил, для подбора полезных мутаций нужен определённый их процент в поколениях вида, а то всё закончится инцестуальным этическим вырождением. Мы в этом вопросе с И.-П. неоднократно дискутировали и тоже остались при своих, но важным моментом является то, что я остался доволен тем, что мы думаем по-разному, а Вы и И.-П. явно больше склоняетесь к тому, что я анфан террибль, совершенно напрасно сопротивляющийся колониальному прозелитизму самопровозглашённых носителей совершенной этики, теряя возможность просветлиться. Вот именно эта мелочь и определяет рациональность: мне не нужно от других что-то, что должно избавить меня от беспокойства, а вам — нужно. :) Кто здесь достиг большего приближения к идеалу (собственному, разумеется)? ;)
Нет, разумеется, — это не я декларирую наличие этики у животных, а Вы, — приведите соответствующие статьи, как это принято в академическом мире, — в духе медицинских double blind, placebo controlled clinical trials и т.п., — с удовольствием обсудим. Ёрничать-то и я умею не хуже, — хорошо бы что-нибудь повесомее. :)
Ещё раз, терпеливо пытаясь вернуть Вас из бодрого бега по кругу (как там было у Гомеса Давилы "ничто так не развлекает нас, осёдлых и безразличных к моде, как одышка вечно бегущих позади нас прогрессистов"): я понимаю Ваш подход с абсолютизацией базовой этики, он вполне распространён и не является в моём представлении чем-то ущербным или неправильным, но он, по сути своей, как и любая другая мифология, претендующая на доминирование, оказывается лишён части того инструментария компромиссной оценки, который конфликтует с базовой аксиомой приоритетности своего мировоззрения. Это обычный детский эгоцентризм, распространённый в религиях, фанатизме, традиционализме, этическом экстремизме и так далее, — удобное упрощение, экономящее ресурсы на анализ ситуации по клише "не удовлетворяет определённым маркерам — чужак, удовлетворяет — свой". Будучи обычной частью функционирования человеческого мышления, компонентом быстрой памяти, он и у меня присутствует и часто используется. Просто надо понимать, что любое обсуждение с позиций "моя шкала оценки объективно верная, - дискуссия нужна лишь для того, чтобы дать оппоненту просветлённое знание о его неправоте" — это конфликт интересов, она не используется для уточнения знания. Мне дискуссии интересны прежде всего тем, что я могу из них извлечь для видоизменения своей позиции, а простая констатация различий во взглядах — это не особо калорийная пища для ума, ею надолго сыт не будешь. :) Пока я уяснил, что Вы полагаете биологию ведром, хранящим этические концепции, а я считаю этические концепции искусственным продуктом самоджастификации мифологий, конкурирующих с биологической рациональностью. Как Вы видите дальнейшее развитие нашего диалога в осмысленном ключе? :)
Гммм... если мы таки дошли до определения терминов, то давайте всё-таки на время несколько снизим градус экзальтированного любования концепциями и попробуем сконцентрировать информацию, выделив её из разбавленного цветущей языковой сложностью состояния. :) Попробую поработать дистиллятором, сформулировав несколько тезисов Вашего подхода, как я их понимаю, а Вы поправьте меня, желательно лаконично и без экскурса к ментальной акробатике предков, близко это к искомому или нет.
1) человек имеет врождённое нравственное чувство, которое можно назвать базовой этикой.
2) врождённое нравственное чувство базируется на механизме инстинктов (помещено в "ведро").
3) животные не имеют базовой этики в том виде, которая присутствует у людей.
4) человек определяет, годится ли конкретное живое существо для проявления этического отношения, на основе определённой веры, к кому применять расчеловечивание, а к кому — очеловечивание.
5) полноценная этика строится на основе этой самой веры, формируя мнение, описывающее границу между теми, к кому надо относиться, как к полноценным живым организмам, и теми, которого можно давить, как колорадских жуков.
propatriamori. Поскольку все люди обладают разными личными свойствами, делающими их индивидуальностями, общее благо, которое является благом некоторой воображенной абстрактной сущности — назовите ее хоть Левиафаном, хоть политической нацией — может не быть благом ни для какого отдельного организма. Из этого простого обстоятельства следуют важные следствия, в том числе, для политики, которая, как считается, является областью целеполагания для всех и связана с обсуждениями общего блага. Участвовать в такой деятельности индивид может только исходя исключительно из своих абстрактных всеобщих свойств, тех, что присущи ему как универсальному существу, неотличимому от других человеческих особей, но совсем не из тех личных свойств, что делают его тем, кем он привык себя считать. Это верно, разумеется, если участвовать со смыслом — то есть с пониманием этого самого блага. Но, конечно, как в анекдоте про зайца, можно и не участвовать.
Общее благо это благо с точки зрения самых общих свойств человека. А коллизия здесь мне видится в том, что человек не живет этими общими свойствами. Они подразумеваются, но он ими не живет. Если бы он ими жил, он не был бы собой, а был бы никем, человеком в родовом смысле, особью, неотличимой от любой другой. Но какое тогда возможно обсуждение общего блага, между кем и кем тогда будет дискуссия, если все одинаковые.
Higher cognitive ability linked to weaker moral foundations in UK adults.
Если этика - единственный источник оценок добра и зла, то, очевидно, мы таки оцениваем её с позиций добра и зла, тут явное противоречие. :) Этический конфликт — это уже следствие, не начальная фаза. Вопрос добра и зла — функция проекции, он зависит от того, кто назначен бенефециаром применения этических правил, поэтому устанавливать нужно не критерии добра и зла (они являются неотъемлемой частью аксиоматики и мифологии субьекта или группы и определены только в пространстве его/их конвенций и потребностей), а критерии оценки позитивного и негативного следствия рассматриваемых действий на жизненный контекст произвольного бенефециара (которым совершенно не обязательно должен быть именно оценивающий).
Нарциссическое желание объявить свою этику аксиоматичной произрастает из ошибочного отнесения этики к категории правил, не требующих вывода. Повторюсь, что этическая оценка — это не те правила, которые субъект считает очевидными де факто (т.е. этикет), а процесс, который, будучи применённым к произвольному субъекту, даёт консистентные оценки рациональности его действий с его собственной точки зрения. Вы же не стремитесь всенепременно затоптать ногами академического оппонента за то, что он является адептом другой теории? :) Рациональное поведение — это интеграция чужих мнений в свою картину мира (даже если они ей противоречат), поскольку лишь в этом случае возникает конкуренция с ненулевой суммой, а не рубилово двух сторон, каждая из которых считает себя крестоносцем, а оппонента — еретиком. Добро и зло как таковые на этой стадии неуместны, они становятся актуальны лишь после определения правильного взаимного положения мировоззрений в пространстве большей размерности, что без виденья ситуации глазами оппонента невозможно. До этого момента добро и зло являются лишь неопределёнными проекциями, уязвимыми к потере значимости.
Штука в том, что бенефициар появляется сразу же, как только заходит речь о добре и зле, — зло для кого? добро для кого? :) Вот играют две спортивные команды — шкала с результатами игры от "выиграла команда А" до "выиграла команда Б" является классической мифологической шкалой добра и зла, где представления сторон одновременно и полярны, и рациональны. О какой определённости можно говорить, когда для одного шкала одна, а для другого другая? "Справедливо — это когда мне хорошо", что ли? :)
Я понимаю Ваше желание сделать из этики эдакий концепт "Спартак — чемпион", где раз уж человек болеет за одну команду, то неэтично разбавлять фанатизм рационализацией. :) Более того — я согласен, что коллективное принятие определённых этических конвенций — весьма сильный социальный механизм, позволяющий в кризисных ситуациях решать проблемы групп более эффективно. Проблема лишь в том, что этот класс инструментов не является универсальным и имеет огромное количество минусов, как любой нарциссический запрос индивидуума или толпы. Прежде всего — снижение адаптивности мешает эволюционировать мировоззрению, сохраняя колейность мышления, и пример с президентом, на самом деле, очень хорош, только несколько с другой стороны: представьте себе, что Вы выбрали питаться спагетти болоньезе, поскольку они вам понравились, а съедание любого другого блюда табуировали бы, объясняя это неэтичностью беспорядочности в еде. :) Статичности этики, низведённой до списка аксиом, — это капитуляция при нежелании/неумении в режиме реального времени корректировать и совершенствовать собственную картину мира, реагируя на меняющийся контекст. И нет — это не предательство заветов Хука-ниспровергателя, а избегание язвы желудка от фатального однообразия диеты. :)
Надо всё-таки разделять социальную мифологию добра и зла и объективное позитивное/негативное влияние каких-то действий на дальнейшую жизнь субъекта. Естественно, в общем случае, добро и зло - понятия более глобальные, чем отдельно взятый контекст, но мне непонятно стремление выделить добро и зло в контексте этики в какую-то отдельную категорию, где оценка рациональности презрительно провозглашается бухгалтерией, ибо, к примеру, вон там, в лесу Данко с сердцем в руке моцион устроил, - о какой рациональности может идти речь, когда он творит добро?! :) На самом деле зло и добро, творимые в рамках этической модели, для которой не созданы (или утеряны) цепочки логического вывода рациональности, сносно работают только в относительно статичном контексте, но, к великому сожалению, обречены на вырождение в меняющихся условиях.
Использование аксиоматизированной этики для джастификации своих верований - это основной позитивный инструмент религий, поскольку обеспечивает психологический комфорт благодаря выводу механизма верификации правил за рамки размышлений субъекта. Я совершенно не против этого функционала, но надо отчётливо понимать, что отказ от верификации закрывает также и возможность анализа и эволюции мировоззрения. Да - события, требующие модификацию базовых аксиом той же этики случаются не так часто, поэтому кажется, что инерция там ни на что не влияет, но это не так, поскольку любая система, неустойчивая к всплескам, может легко пойти вразнос, - физика процессов автоматического регулирования не даст соврать. :)
Вот как Вы видите в своей концепции критерий, который требует переходить к активному прозелитизму своей этической модели от пассивного сосуществовании противоречивых мировоззрений? :)
Если Вы обратили внимание, то я выше везде старался использовать вместо терминов "добро" и "зло" в контексте этики понятия позитивного и негативного следствия, - это не просто так. :) Для меня позитивные и негативные следствия - это критерии, которые могут быть оценены вне мифологической части мировоззрения, например "я высокомерен с людьми, поэтому они избегают общения со мной" или "я помогаю людям, поэтому они помогают мне" и т.п. Очевидно, что подобные тезисы - сильное упрощение, но правомерность этого упрощения сродни валидности использования законов классической механики, не переходя к стандартной модели, если нет задачи изучения сильных взаимодействий, - т.е. понимание сложности цепочек вывода есть, при необходимости они задействуются и это может привести к иным или даже противоположным выводам. Добро и зло же - это некий результат сравнения с действий с определённым набором клише, персональных или благоприобретённых, запомненных в мозгу как часть пары действие-значения по шкале, и сформировавшихся давно и непонятно в каком контексте. В моей классификации это - этикет, который многие путают с этикой (что неверно) или считают частью этики (в чём есть доля правды).
Я не оперирую такими тезисами, как "вырождение - это плохо", я просто говорю, что оно становится намного более вероятным. Вырождение - это потеря адаптивности, которая приводит к снижению выживаемости модели поведения и использующих её субъектов. Плохо это или хорошо - вопрос десятый, поскольку зависит от того, кто оценивает, но негативные следствия для самой концепции и её носителя есть - они могут отмереть.
Мой подход отличается тем, что он старается использовать критерии, потенциально применимые в столкновениях с носителями других подходов в попытке проверить свою систему ценностей, поскольку у них выше распознаваемость другой стороной из-за абстрагирования от апеллирования к локальной аксиоматике (договориться о единых инструментах проще, чем о мерах и весах).
Так моя личная точка зрения — это не критерий добра и зла, ну вот вообще ни с какой стороны. :) Я оцениваю добро и зло не с позиции "что мне кажется добром — то и есть добро" (мне представляется нерациональным не учитывать интересы окружающего большинства, — а любой индивидуум, если он, конечно, не тотально ассимилировавшийся сектант, всегда в меньшинстве), а с позиций "насколько окружающему миру будет полезно то, что я делаю, при том, что я не буду поступаться личными правилами". Вообще любой человек во взаимоотношениях с окружающим миром обычно практикует две полярные стратегии или что-то, находящееся между ними: либо жизнь по устоявшимся правилам (e.g. этике, в Вашем понимании) с учётом собственных интересов, либо по своим правилам, но с учётом интересов окружающих. Это принципиально разные стратегии, первая из которых ближе к социальной интеграции и экстравертности, а вторая — к внутренней свободе и социальной обособленности. Мне ближе второй вариант. :)
Моя система ценностей не занимает главного места в моей иерархии, равно как и любая другая. Верхнее место занимает интегральная оценка качества жизни моего окружения в целом (не всего мира, а той его части, где от меня что-то зависит). :) И да — договориться можно только тогда, когда нет потребности в иерархической конкуренции.
Есть всего одна честная позиция: то, что нравится мне, может быть лютой чушью для всех прочих, и это никоим образом не означает, что эту мою чушь все обязаны воспринимать, как откровение. :) То же самое касается и ранжирования по шкале добра и зла всего того, что относится к моему восприятию и к восприятию всех прочих. Если у кого-то есть пересечения с моей, условно говоря, сферой притягательной чуши, — прекрасно, значит это потенциальный кандидат на то, чтобы найти со мной общий язык, но упаси меня бог собирать под свои знамёна адептов какой-то конкретной чуши и идти войной на адептов другой чуши, особенно под соусом доминирования моей этики, системы ценностей или прочих искуственных социокультурных конструктов. :)
Валидность моих представлений о пользе для других определяется очень просто: если у людей моя модель поведения востребована, значит мои представления о пользе релевантны общественному запросу. Учитывая то, что я, к примеру, за последние 30 лет ни разу сам не искал работу (вернее я в своей жизни устраивался на работу сам только один раз, когда учился на последних курсах института, во всех остальных случаях меня звали к себе люди, с которыми я когда-то работал, и со многими из них я работаю уже по двадцать лет и больше), и то, что тех, с кем я поссорился за свою жизнь, можно пересчитать по пальцам, вполне резонно предположить, что, вероятно, я более-менее преуспел в формировании правильного социального поведения, хоть я и во многом мизантроп и интроверт. :)
А в чём проблема с этим согласиться? Вон, опять-таки к примеру, у меня в интересах с самого начала присутствия в ЖЖ указан скрипач-авангардист из нью-йоркской андерграундной околоджазовой тусовки Джона Зорна — Марк Фельдман. Я как-то ради интереса решил посмотреть, у кого он тоже там присутствует, и 20 лет назад таких людей было всего семь на весь русскоязычный сегмент ЖЖ (я сейчас уже почти со всеми ними лично знаком). Значит ли это, что все, с кем я общаюсь, всенепременно должны просветлиться от Masada String Trio или материала формата ECM? Да ни разу! Кто-то из моих друзей слушает британский прогрессив семидесятых, типа Soft Machine и National Health, и даже ездит в гости к Роберту Войоту, с которым давно дружит, кто-то до сих пор не может отлипнуть от Битлз, кто-то сам играет сефардскую музыку и авангард, а кто-то слушает Оззи и какое-то тяжёлое рубилово с ирландским фолк-налётом и т.п. Мешало ли это нам общаться? Ни капли. :)
Естественно, стратегии редко когда полностью статичны, но в большинстве случаев устоявшесть оной говорит о том, что для конкретного человека она оказалась подходящей. Но не надо путать статичность стратегии и статичность этической системы, — это сильно разные сущности. :)
Это будет не конфликт этик, а конфликт доминантного запроса. В общем случае предотвращение конфликта является менее негативной стратегией, чем разборки, но ни тот, ни другой инструмент сам по себе ничего не говорит о рациональности выбора, — бывает и разборки рациональнее, но, повторюсь, это всё не о добре и зле, а об оправданности и неоправданности. Романтизация выбора "я всё равно поступлю по-своему" — источник бесконечного количества бессмысленных конфликтов, вырастающих на эгоцентризме и нарциссизме.
Естественно, всегда есть процент людей, который имеет слабо совместимые с окружением взгляды, но рационально или нет продавливать большинство своей мифологией — вопрос не индивидуального закрытия трейта недостатка доминантности, а осмысленности этого насилия для большинства. Если человек родился в Дахабе, но по какой-то причине не переносит жару, то агитировать всех переехать в Норвегию не надо, а надо переезжать туда самому.
Цель в рамках этики — это искуственный конструкт, как и любая другая деятельность человека, сублимирующая потерявший актуальность в среде урбанистического и ресурсного комфорта инстинкт выживания. Психологический комфорт человека зависит от внутреннего ранжирования собственной доминантности относительно других представителей вида, — это базовый эволюционный механизм, его нельзя как-то отменить или игнорировать, — а когда физическое выживание перестаёт быть источником повышения подсознательного ранга, человек начинает соревноваться с другими в по массе простых или сложносочинённых искусственных критериев — богатству, власти, спортивным достижениям, религиозной вовлечённости, даже уровнем праздности и т.п. Борьба физических видов за выживание мутировала в борьбу этик, конфессий, ареалов поддержки систем ценностей и это очень опасная подмена, поскольку в физической животной среде балансировка ареалов и ресурсов обычно имеет саморегуляцию из-за ограниченности запросов (нет смысла расширять ареал, если достаточно еды, и нет смысла воевать за территорию, если она достаточна для проживания), а в искусственных мифологических сферах конкуренции это ограничение отсутствует — нужно больше ресурсов, адептов, территорий и т.п. Если слишком увлечься вопросами избыточного повышения доминантности, то это почти всегда интегрально ухудшает ситуацию для затрагиваемого большинства.
Вас, часом, этот вопрос конфликтующих этик не в контексте нынешних межгосударственных разборок заинтересовал? Если да, то эти разборки — как раз прекрасный пример последствий насилия над традиционными ареалами в угоду мифологии. Что перманентный конфликт Израиля с арабскими странами из-за искусственно созданного в середине среды с одной этической моделью анклава с другой моделью, который как раз и существует по системе "те, кто не с нами, нам безразличны", что конфликт России с Украиной, в котором украинский нарратив про то, что мы всё равно сделаем по-своему, ожидаемо нарвался на аналогичный нарратив "ах, вы сделаете по-своему? Тогда и мы сделаем по-своему!" Проблемой тут является не то, кто прав и кто виноват, кто первый напал или кто имеет право защищаться, кто плохой и кто хороший, а в том, что при разворачивании конфликта нужно иметь адекватный горизонт планирования и не иметь эмоционального восприятия ситуации. Даже при всём понимании желания Израиля как-то обеспечить свою безопасность (сам факт феерического идиотизма создания еврейского государства в центре арабского мусульманского мира мы не рассматриваем, — это уже дело былое), а Украины — вдохновенно заниматься своей любимой чушью у себя на территории, я совершенно не понимаю, как они собираются решить свои физические проблемы достижением мифологических целей. И ведь наверняка это всё тоже преподносится страдающему населению, как священная борьба своих и вражеских этик. :)
Разумеется, у меня, как и у всех остальных, есть какая-то своя мифология, этическая в том числе, но, рассуждая об этике в целом и оценивая какой-либо неоднозначный вопрос изнутри своего личного пространства ценностей и рациональности, я всегда даю мысленное право другому оценивать этот вопрос из своего. :) В моём представлении не существует оценочных процессов в отрыве от контекста восприятия оценивающего, их нельзя просто так взять и экстраполировать на произвольное мировосприятие. Да - в случае активного столкновения интересов могут быть использованы разные инструменты, - бывает убеждение, бывает компромисс, бывает принятие точки зрения оппонента, даже насилие бывает, - но это никак не отменяет того факта, что для другого добро часто оценивается по совершенно полярным критериям. Принадлежность определённой этики мне не делает её автоматически наивысшей в иерархии (считать так, конечно, приятно и просто, но это заблуждение).
Нет, это значит, что я предлагаю тезис на основе предполагаемых критериев рациональности для оппонента из его контекста для оценки его взгляда со своей стороны и, естественно, этот вопрос является дискуссионным, ибо я могу в чём-то ошибаться. Т.е. мне очевидно, что в большинстве случаев погибание оппонента - это тот исход, которого он хотел бы избежать, поэтому какие-то его действия, связанные с излишним риском, ухудшают вероятность позитивного развития событий, но если окажется, что он, условно, болен раком и мечтает об эвтаназии, то его оценка рациональности не уложится в моё предположение. Надо разделять свою рациональность и чужую, это существенно упрощает поиск компромиссов.
Ну так если он является адептом BDSM, то может ему действительно так лучше. Главное, чтобы он меня не агитировал с излишним энтузиазмом вступать в его личный Комитет Мировой Гармонии. :)
"Поступить правильно" - это этикет. Этика - это "поступить рационально". :) Когда оппонент называет тебя извергом, Гитлером, олигофреном и тому подобное, перемежая это площадной руганью и феерией обсценного слога, а то и норовит звездануть дубиной по голове, это следствие того, что он утерял способность использовать аналитическую оценку рациональности и перешёл в аффективную сферу с резким падением уровня диалога. Это не неправота - это коммуникативное бессилие, а когда человек чувствует бессилие, он склонен терять даже собственные этические ориентиры, оправдывая это мыслью "я же прав, как же так? Если моя правота проигрывает, то я не должен дать ей проиграть, пусть даже мне придётся поступить сомнительно!" с прогнозируемыми разрушительными последствиями.
Мне вот пришло в голову, что то, что Вы тут классифицируете как этику, является в реальности инструментом коллективной обороны локальной мировоззренческой мифологии от нападок иных мифологий. Этика - это другое, - оне не про войну на границе мировоззрения, - она про комфорт внутри своего привычного мира. :)
Мировоззрения у людей, всё же, бывают сильно разные, поэтому, как бы это не было Вам удивительно, я не оперирую в своей этике понятиями добра и зла, а таки использую критерий рациональности. :) Когда я поступаю каким-то определённым образом и не поступаю иным, я каждый раз взвешиваю вероятности того, будет ли это для меня рационально или нет, и поступаю соответственно этому. Ещё раз, чтобы Вы опять не начали ходить по кругу, — я не считаю понятия добра и зла для себя понятиями зла и добра для других, — это не рационально и во многих случаях не работает в той модели выбора диалекта рационального поведения, который мне удобен.
Нет, система ценностей ни у кого не находится в начале, — в начале находится персональный бытовой опыт, который формирует архив быстрой памяти с автоматическими реакциями на определённые внешние процессы. Сунул палец в костёр — обжёгся, соответственно совать палец в костёр не стОит. Обманул кого-то — получил по башке, обманывать других травматично. Но, в тоже время, кто-то становится пожарным, где есть шанс вообще сгореть заживо, а кто-то — коммерсантом, где эффективный обман клиента — часто необходимый навык. И это не вопрос добра и зла, — если, к примеру, убрать обман из коммерции, то рухнет вся мировая экономика. Этика появляется на том этапе, когда человек пытается рационализировать личный опыт с учётом постподросткового перехода эгоцентризма в понимание неизбежности противоречий интересов между людьми. Когда детский эгоцентризм до конца не выветривается, то возникает нарциссическое отношение к собственной модели мировосприятия и попытки её прозелитизма. У творческой публики это происходит через одного, поэтому художники, музыканты, артисты и т.п. часто бывают сильно токсичными людьми. Что же касательно эмоций, то достаточно вспомнить, что состояние аффекта является смягчающим обстоятельством, чтобы раз и навсегда уяснить, что фундаментально мы — животные, а построение культурного контекста и этические метания — тонкая пенка нашей цивилизации, основанной не на имманентной произвольному человеку способности отличать добро от зла, а всего лишь на удивительно эффективной передаче опыта. Убираем передачу опыта, как у упомянутого выше маугли, и получаем асоциальную личность, не умеющую ни строить этику, ни воспринимать культуру, и способную только к поверхностному копированию этикета.
Конфликт этик возникает не из-за того, что у них неразрешимые противоречия, а из-за того, что при столкновении используется конфликтный инструментарий. От того, что один любит тачать сапоги, а второй — печь пироги, не следует всенепременно, что они подерутся, однако когда противоречия начинают решать с позиций "я несу правильную картину добра и зла, а другие, если не согласны с моей, — неправильную" — конфликт неизбежен, это формирует токсичный фон интеркоммуникации. Начинать надо не с этого, а с попытки найти такую мировоззренческую структуру, в которой обе конфликтующих этики могли бы сосуществовать в определённых рамках. Да — иногда это не выходит сделать, но начинать искать компромисс надо не с инквизиции, а хотя бы с заседания рыцарей круглого стола, и тогда очевидная близость и подвластность любого человека его собственной мифологии и потенциальная нелюбовь к прочим даст шанс начать установку статуса-кво не с мордобоя, а с академической дискуссии.
Нет, не заложена. :) Это проверяется банальными примерами тех самых маугли, была бы заложена — они бы при любом раскладе формировали бы в сознании концепцию этики и культуры, но нет. Спорить с этим можно, но бессмысленно, я не готов поддержать подобную дискуссию из-за её тупиковости. :)
Маугли, как не индоктринированному культурным контекстом животному, хорошо, когда он сыт, в тепле и не боится, что его съедят, а несколько погодя — что нашлась самка, готовая с ним спариваться. Более того — ему будет безумно хорошо от каких-то наркотических веществ (а наркомания распространена у многих животных) и он ничтоже сумняшеся причислит это к "добру" и посадит себе внутренние органы или вообще помрёт от передоза. Наша животная шкала страдания и наслаждения крайне далека от того, что в культуре именуется добром и злом. И это те же самые инстинкты, не отфильтрованные рационализацией, которая доступна человеку не от рождения, а в качестве продукта определённого культурного импринтинга, который — можно хоть удискутироваться, — но является внешним фактором по отношению к сознанию человека. Да — есть разные предрасположенности, но в общем случае без навязывания культуры получается не высокоморальный индивид, а коллега бонобо.
Сунуть в костёр ногу мешает не этика, а именно инстинкты. И да — это абсолютно, полностью разные механизмы.
Так есть и известная история про катастрофу FH-227 в Андах в 1972 году, когда народ, чтобы выжить, ел трупы погибших товарищей. Этично ли это? Нет. Рационально? Да, благодаря этому погибли не все.
P.S.: Вам почему-то очень хочется научить всех окружающих своему мировосприятию, даже если прямой необходимости в этом нет. Вот поразмышляйте — зачем это Вам? :)
Проблема в том, что Вы считаете калекой живой организм, который не получил удобный Вам социальный импринтинг, параллельно утверждая при этом, что этика — его имманентное свойство. Вы уж определитесь. :)
Как было у Стейнбека:
"Меня что всегда удивляло, — качества, которыми мы восхищаемся в человеке - доброта, щедрость, открытость, прямодушие, понимание, чувствительность,- все они обеспечивают неуспех в нашей системе. Те же черты, которые мы считаем гнусными - лукавство, алчность, жажда наживы, подлость, низость, эгоизм, своекорыстие,- все это, напротив, гарантирует успех. Людей восхищает первый джентльменский набор, но пользоваться они любят плодами второго."
В таком контексте апеллировать к единообразию шкал добра и зла — изощрённый цинизм. :)
Ну так это Вы меня призываете к абсолютизму этики, — я-то как раз за релятивизм. :) Пока что я вижу, что Вам по какой-то причине не хватает самого себя для джастификации своей этической модели и всенепременно хочется организовать прозелитический заплыв, умножив количество адептов Вашего подхода. Такое обычно говорит о неустойчивости внутренней структуры мировоззрения, поскольку она пытается использовать внешние точки опоры, которые человек сам не контролирует. Я веду этот диалог не потому, что хочу призвать Вас под свои знамёна, а потому, что формат обмена полярными тезисами мне представляется приятным времяпрепровождением, потенциально полезным для улучшения понимания феномена абсолютистской морали.
А, я кажется понял, из чего у Вас сформировалось убеждение, что этика — это врождённое, — из предположения, что социальность является необходимым и достаточным условием появления этики. :) Это, к сожалению, заблуждение: необходимым — да, достаточным — нет. :) Есть масса социальных животных и насекомых, но мы же не говорим про этику муравьёв, пчёл или сурикатов? Этика — это сформулированный в рамках мировоззренческого дискурса набор философских эвристик, не дающих строгого ответа, но влияющий на модель поведения. Для её появления нужен а) язык, б) предварительный импринтинг некоей моделью или рядом разных моделей, в) склонность к самокопанию и г) наличие свободных ресурсов и времени. Если что-то из этих компонентов отсутствует, то человек вообще не задаётся этическими вопросами, а живёт как животное, хотя и социален, и умеет говорить, и под себя не ходит. Стратегия группы выбирается не произвольно, а по принадлежности. Да — всегда есть те, кто группой недоволен, но это не проблема группы, а проблема одиночки, всегда.
Да мы оба получаем удовольствие, поскольку нарциссизм — это здоровый недостаток людей, если они при этом могут вести себя нетоксично. :) И я совершенно не против, что Вы видите добром что-то другое, — это гладко укладывается в мою релятивистскую картину мира, — и я не готов Вас убеждать в том, что я всенепременно правее, посколько это верно только для меня самого. :) Единственный весомый недостаток Вашей позиции видится мне не в сути убеждений, а в том, что Вам зачем-то нужно убеждать других в своей правоте. Это затратный и неэффективный метод джастификации своих взглядов, — валидный, но не особо рациональный. Впрочем, бог Вам в помощь. :)
Так потому и сформулировал "мы не говорим", а не "у животных нет этики", — я вполне допускаю, что есть что-то, что можно сравнить с вербализированной этикой человека, но тех самых фактов, о которых Вы говорите, таки нет. :) Озвучивание теории не равнозначно построению доказательного базиса. Когда он будет сформирован — с удовольствием подискутирую на эту тему, а пока тезисы не вышли за рамки отдельных теорий — увы и ах, этого недостаточно. :)
Коллективные инстинкты социальных видов животных легко спутать с искусственными сущностями вроде человеческой этики, примерно как умение птиц летать со знанием аэродинамики, — но Вы тут не первый и явно не последний. :) Повторюсь, что для существования этики нужно умение формализовать и вербализировать определённые её компоненты, — у свежепоявившегося человека этих умений нет, они просто не сформированы в соответствующих областях мозга, поэтому если их не развить (т.е. произвести культурный импринтинг), они не смогут выполнить эту функцию полноценно, либо вообще окажутся не функциональными. У большинства животных, в том числе социальных, этих умений с большой вероятностью нет в принципе или мы не можем их надёжно продетектировать.
Образ "ведро — это биологическая основа этики", я, пожалуй, запомню и распространю среди общественности. :D Я Вам по секрету скажу — у этики вообще нет биологической основы, это своеобразная мутация абстрактного мышления, — во многих случаях полезная, но из-за слабой связанности с критериями биологической рациональности, легко ведущая человека к разносу. В вопросах этики полно аспектов, которые не имеют аналогов в животном мире, — отношение к накоплению ресурсов сверх необходимого, к власти над тем, что не является нужным для выживания, к моральным метаниям и т.п.
Деградировать общество начнёт и тогда, когда все будут этичны до потери индивидуальности. :) Развитие — это всегда нарушение устоявшихся правил, для подбора полезных мутаций нужен определённый их процент в поколениях вида, а то всё закончится инцестуальным этическим вырождением. Мы в этом вопросе с И.-П. неоднократно дискутировали и тоже остались при своих, но важным моментом является то, что я остался доволен тем, что мы думаем по-разному, а Вы и И.-П. явно больше склоняетесь к тому, что я анфан террибль, совершенно напрасно сопротивляющийся колониальному прозелитизму самопровозглашённых носителей совершенной этики, теряя возможность просветлиться. Вот именно эта мелочь и определяет рациональность: мне не нужно от других что-то, что должно избавить меня от беспокойства, а вам — нужно. :) Кто здесь достиг большего приближения к идеалу (собственному, разумеется)? ;)
Нет, разумеется, — это не я декларирую наличие этики у животных, а Вы, — приведите соответствующие статьи, как это принято в академическом мире, — в духе медицинских double blind, placebo controlled clinical trials и т.п., — с удовольствием обсудим. Ёрничать-то и я умею не хуже, — хорошо бы что-нибудь повесомее. :)
Ещё раз, терпеливо пытаясь вернуть Вас из бодрого бега по кругу (как там было у Гомеса Давилы "ничто так не развлекает нас, осёдлых и безразличных к моде, как одышка вечно бегущих позади нас прогрессистов"): я понимаю Ваш подход с абсолютизацией базовой этики, он вполне распространён и не является в моём представлении чем-то ущербным или неправильным, но он, по сути своей, как и любая другая мифология, претендующая на доминирование, оказывается лишён части того инструментария компромиссной оценки, который конфликтует с базовой аксиомой приоритетности своего мировоззрения. Это обычный детский эгоцентризм, распространённый в религиях, фанатизме, традиционализме, этическом экстремизме и так далее, — удобное упрощение, экономящее ресурсы на анализ ситуации по клише "не удовлетворяет определённым маркерам — чужак, удовлетворяет — свой". Будучи обычной частью функционирования человеческого мышления, компонентом быстрой памяти, он и у меня присутствует и часто используется. Просто надо понимать, что любое обсуждение с позиций "моя шкала оценки объективно верная, - дискуссия нужна лишь для того, чтобы дать оппоненту просветлённое знание о его неправоте" — это конфликт интересов, она не используется для уточнения знания. Мне дискуссии интересны прежде всего тем, что я могу из них извлечь для видоизменения своей позиции, а простая констатация различий во взглядах — это не особо калорийная пища для ума, ею надолго сыт не будешь. :) Пока я уяснил, что Вы полагаете биологию ведром, хранящим этические концепции, а я считаю этические концепции искусственным продуктом самоджастификации мифологий, конкурирующих с биологической рациональностью. Как Вы видите дальнейшее развитие нашего диалога в осмысленном ключе? :)
Гммм... если мы таки дошли до определения терминов, то давайте всё-таки на время несколько снизим градус экзальтированного любования концепциями и попробуем сконцентрировать информацию, выделив её из разбавленного цветущей языковой сложностью состояния. :) Попробую поработать дистиллятором, сформулировав несколько тезисов Вашего подхода, как я их понимаю, а Вы поправьте меня, желательно лаконично и без экскурса к ментальной акробатике предков, близко это к искомому или нет.
1) человек имеет врождённое нравственное чувство, которое можно назвать базовой этикой.
2) врождённое нравственное чувство базируется на механизме инстинктов (помещено в "ведро").
3) животные не имеют базовой этики в том виде, которая присутствует у людей.
4) человек определяет, годится ли конкретное живое существо для проявления этического отношения, на основе определённой веры, к кому применять расчеловечивание, а к кому — очеловечивание.
5) полноценная этика строится на основе этой самой веры, формируя мнение, описывающее границу между теми, к кому надо относиться, как к полноценным живым организмам, и теми, которого можно давить, как колорадских жуков.
propatriamori. Поскольку все люди обладают разными личными свойствами, делающими их индивидуальностями, общее благо, которое является благом некоторой воображенной абстрактной сущности — назовите ее хоть Левиафаном, хоть политической нацией — может не быть благом ни для какого отдельного организма. Из этого простого обстоятельства следуют важные следствия, в том числе, для политики, которая, как считается, является областью целеполагания для всех и связана с обсуждениями общего блага. Участвовать в такой деятельности индивид может только исходя исключительно из своих абстрактных всеобщих свойств, тех, что присущи ему как универсальному существу, неотличимому от других человеческих особей, но совсем не из тех личных свойств, что делают его тем, кем он привык себя считать. Это верно, разумеется, если участвовать со смыслом — то есть с пониманием этого самого блага. Но, конечно, как в анекдоте про зайца, можно и не участвовать.
Общее благо это благо с точки зрения самых общих свойств человека. А коллизия здесь мне видится в том, что человек не живет этими общими свойствами. Они подразумеваются, но он ими не живет. Если бы он ими жил, он не был бы собой, а был бы никем, человеком в родовом смысле, особью, неотличимой от любой другой. Но какое тогда возможно обсуждение общего блага, между кем и кем тогда будет дискуссия, если все одинаковые.
Higher cognitive ability linked to weaker moral foundations in UK adults.
