Чем больше слежу за психологическими форумами, тем больше убеждаюсь, что хоть сколько-то сложные психологические проблемы решают единицы.
Остальные просто не могут сдвинуться с места. Это происходит во многом потому, что место им видится очень выгодным. Они умеют оберегать свой городской статус важного человека. И то, что этот важный человек намертво застрял на каком-то вопросе, меньшая проблема, чем если бы он свою важность утратил. Перестал бы воспроизводить западный колониальный дискурс про свои права и задумался об обязанностях. Нет, права у него должны быть без всяких условий, он же не селюк средневековый, он вершина прогресса. В условиях сокращения мирового среднего класса это выглядит самоубийственно. Во всё более напряжённой жизни 21-го века будет востребовано умение преодолевать и противостоять манипуляциям, а не держаться за маску статусного человека, которая обманывает всё меньшее число людей.

nchudova: В полном соответствии с концепцией Вертгеймера, продуктивное мышление моих мастеров основывается на их «искреннем отношении к истине». Задача принята, обдумана, средства подготовлены и... и парень опять задумывается. Что-то его тревожит. Отойдёт, покурит, поговорит о погоде, и вдруг говорит — «Нет, так оно не лучшим образом будет! Давайте-ка сделаем вот этак. Ну да, немного побольше работы получится, но мы успеем, не волнуйтесь, зато уж сделаем правильно, как оно требуется». Сколько раз я наблюдала эту картину! И каждый раз удивлялась — кому «требуется»?! Кто с него, мастера, спросит, кто сможет оценить совсем правильно или почти правильно он сделал? Ну не я же, москвичка-гуманитарий ;). И не сосед. И не начальник, которого у этих ребят нет в принципе. Нет, парень в этом момент явно вообще ни о ком не думает, он — над предметом думает, ему внешние оценки не нужны сейчас. Получается как у Б.П.Вышеславцева — есть недрёманное око в душе...
Забавно, что к этой способности погружаться с головой в задачу (внутренняя мотивация мышления по Х.Хекхаузену и О.К.Тихомирову) добавляется и нечто противоположное по направленности — они внимательны к людям, причём не только тактичны, но и искренне доброжелательны. И вообще, кажется, наделены способностью легко различать добро и зло. Кажется, обе эти способности — видеть реальное положение вещей в задаче и в человеческих отношениях — имеют общую основу. Что-то типа связи истины и красоты у греков (и у математиков), но тут, скорее, — истины и добра.
В целом эта особенность работы — ежедневное решение творческих задач — делает этих людей особенными. Хотя можно сказать и наоборот — именно они и воспроизводят особенности «русского менталитета» и «национального характера», как раз они-то и есть «соль земли».
Да, считаю, что способность к такого типа поведению составляют основу нац.характера, а такого рода задачи — требующие не регламентированных действий с применением заранее известных средств исполнения, а поиска принципа решения и релевантных конкретной ситуации средств — непрерывно воссоздают такой тип реагирования на проблемы. Не квалифицированный потребитель, а вдумчивый специалист составляют т.н. модальную личность русской культуры. Просто потому что реальность всё время предъявляет именно такие требования к человеку, что-то делающему на просторах нашей необъятной. Альтернативой такому подходу в условиях "рискованного земледелия", "незаданных границ", "непартнёрских соседей", "двух генералов, кормящихся с одного мужика" и прочих сложностей жизни — отказ от поисковой активности (В.Ротенберг) и саморазрушение в формате алкоголизма. Найти строителей-алкашей несложно, они тоже есть в нашей деревне. Но не этот тип поведения позволяет строить так, как строили 120 лет назад (как в случае с моим домом и домом одного из комментаторов, см.выше) и воссоздавать гармонию так, как это делают названные мною мастера.
izograf7: Почти вся западная литература для подросткового возраста. Попробуйте сейчас Золя или Мопассана почитать, а, между прочим, современники Чехова.
Алексей Ишков. Что обидно в данной тенденции — так это то, что все эти недолюбленные снежиночки затоптали тот росток разумного и светлого, который в психологии был. А именно РЕАЛЬНЫЕ проблемы "отцов и детей". Например, когда родитель гиперкомпенсирует своё детство, стремиться "додать" детям всё, чего у НЕГО в детстве не было, а детям это сто лет не надо. Им надо, например, просто человеческого участия, поддержки.
И так далее и так далее. Обо всём этом говорить стало просто неприлично, потому что на каждую жалобу тотчас же набегут "снежинки".
***
Кальвинизм у недостаточно подкованного/верующего прихожанина "сам получается". Кальвинизм — это такая "образованщина" от католицизма. "Это я вам говорю как практик" © Милонов. Я неоднократно наблюдал (и по себе, увы, тоже), как новообращенный христианин до "кальвинизма" додумывается САМ безо всяких Кальвинов.
"Если не будете как дети, не войдёте в Царствие Небесное". Настоящее христианство — это отношение Сына с Отцом. Притча о блудном сыне, "Отче Наш" как главная молитва, притчи об этом. Сын повинуется Отцу, Отец горой стоит за Сына. Сын радуется Отцу просто потому что он есть, а Отец — Сыну. И вообще так-то со стороны и не разберешься где начинается имущество или воля одного, а где кончается другого (опять же притча о блудном сыне) ведь "всё моё — твоё".
Кальвинизм — это отношения такого трудного подростка даже не с отцом, а отчимом, при том заведомо приёмным. С одной стороны он ни разу не Отец, а так, "папаша". Но богатенький и добренький, с причудами — это хорошо. И главная его причуда заключается в том, что он терпит всякую мразь вроде кальвиниста, который уж сам себя-то знает как облупленного. А с другой — именно потому что он не Отец, а "папаша", этот самый отчим может ТАК вломить, что "сынок" полетит в одну сторону, а дубина — в другую. Потому что, мягко говоря, есть за что — см. выше. Сам бы кальвинист такому "сыночку" с удовольствием бы вломил на месте "папаши".
Помните конец Оливера Твиста, когда его усыновляют? Это ОНО. Только теперь самого Оливера надо представить конкретной уркой, который ради своего "спасения" сам всех Фейгиных на нож посадит — потому что они покушаются на Святое — на возможность стать человеком, выбиться в Люди и все эти бандитские рожи сто лет не видеть. Вот это уже "кальвинизм". "Слыш, козёл, я тут спасаюсь, греховное быстро убрал пока я добрый. Не, ты мне лучше не зли, я в тяге к спасению страшен.".
Почему современному человеку это близко? Девальвация фигуры отца в современном мире. Ну что такое "отец" для многих современных людей? Это либо тюфяк, амёба, тряпка, "баба в юбке" и жировое пятно на диване. Либо это вообще что-то благополучно отсутствующее — и очень хорошо что отсутствующее. Потому что когда отец присутствует "для галочки" и свою роль не тянет, но пытается тянуть — это ещё хуже. Знаменитый образ из культуры, когда "да будь мужиком, вломи ему" говорит заведомый некомбатант, у которого объективная задача — в ближайшее десятилетие не сдохнуть от инфаркта во время очередного запора. Разумеется, если ТАКОЕ чудо-юдо будет пытаться кого-то заставлять "быть мужиком", тут идиосинкразия на всю жизнь сформируется.
Современный человек просто не может понять как ОТЕЦ может кого-то любить, и что значит эта самая любовь. Для него любить — значит "дать денег", "поступить в ВУЗ", "устроить по блату", а остальное — это уже так, отмазки чтобы денег не давать. И "любовь" для него эта конкретна, её можно в деньгах измерить. Мол, мне отце купил детскую железную дорогу (20$), а Паше его отец подарил "комп" (2000$), значит его отец в сто раз "отцовее" моего, а мой так — жалкая китайская подделка.
Разумеется, то же самое человек пытается проецировать и на Отца Небесного. А там — вопрос. Либо схватит себя за руку и скажет что христианство всё-таки "про другое", либо нет.
Vezyolka. СССР в некотором смысле был страной недолюбленных детей... Войны, тяжëлая работа и быт родителей... Алкоголь...
Немногим родителям удавалось давать своим детям любовь непосредственно. А не в лучшем случае в письмах и перерывах между командировками. СССР как страна ОЧЕНЬ много делал для детей. Но не факт, что это могло компенсировать внимание родителей.
az118: До середины 18 века пороли всех, начиная с детей князей и дворян, чтоб знали свое место в Отечестве и верно служили ему, Но золотой век имел червоточину в виде западничества, особенно после указа о вольности дворянской Петра III, расколовшего русское общество на непоротых, поротых и интеллигенцию, спекулирующую на противостоянии первых и вторых. Крылов из последних. Будучи типичным либеральным буржуа-интеллигентом, он спекулирует на Манифесте октября 1905 г., ненавидя в душе русское самодержавие.
kirovtanin. Мне кажется, корейцы нам ближе "братушек" по своему психотипу. Если японцы, Акутагава, Куросава были влюблены в Россию чисто умственно, то корейцы просто такие как мы, без любовей.
0blomoff. Жизнь существа - это его связь ментальная и физическая с окружающим миром. Без этих связей нельзя считать существо живым. Бункер или термос, буквальный или виртуальный превращает нас из человека в его оболочку. Не сапиенсы мы, не сапиенсы. Умышленно врут трактователи. Человек - существо открытое в первую очередь и лишь во вторую - разумное. Социализирующая функция индивидуума важнее размера его интеллекта.
***
Обожаю слово спонтанный. Непредсказуемый, непреднамеренный, непредумышленный, в конце концов. Первая наша реакция - как плач ребенка, так же чистосердечна и неподсудна. Элементарная задержка реакции на внезапное воздействие уже многое говорит о человеке. Секунды стачивают яркость момента, а пауза длиннее вообще рушит иллюзию волшебности происходящего. Человек - существо рефлексивное. Во всех остальных случаях - он взвешивает варианты и ищет выгоду.
Владимир Сергеевич Соловьев. ...Стыдясь своих природных влечений и функций собственного организма, человек тем самым показывает, что он не есть только это природное материальное существо, а еще нечто другое и высшее. То, что стыдится, в самом психическом акте стыда отделяет себя от того, чего стыдится; но материальная природа не может быть другою или внешнею для самой себя, —следовательно, если я стыжусь своей материальной природы, то этим самым на деле показываю, что я не то же самое, что она. И именно в тот момент, когда человек подпадает материальному процессу природы, смешивается с ним, тут-то вдруг и выступает его отличительная особенность и его внутренняя самостоятельность, именно в чувстве стыда, в котором он относится к материальной жизни как к чему-то другому, чуждому и не долженствующему владеть им.
...Рядом с этим основным нравственным чувством находится в природе человеческой другое, составляющее корень этического отношения уже не к низшему, материальному началу жизни в каждом человеке, а к другим человеческим и вообще живым существам, ему подобным,— именно чувство жалости*. Оно состоит вообще в том, что данный субъект соответственным образом ощущает чужое страдание или потребность, т. е. отзывается на них более или менее болезненно, проявляя, таким образом, в большей или меньшей степени свою солидарность с другими. Первичный, прирожденный нам характер этого нравственного чувства не отрицается ни одним серьезным мыслителем и естествоиспытателем уже по той простой причине, что чувство жалости или сострадания — в отличие от стыда — свойственно (в зачаточной степени) многим животным** и, следовательно, ни с какой точки зрения не может рассматриваться как позднейший продукт человеческого прогресса. Таким образом, если человек бесстыдный представляет собою возвращение к скотскому состоянию, то человек безжалостный падает ниже животного уровня.
Тесная связь чувства жалости с общественными инстинктами у животных и человека не подлежит сомнению по самому существу этого чувства; однако оно в корне своем есть все-таки индивидуально-нравственное состояние, не покрываемое всецело социальными отношениями даже у животных, не только у человека. Если бы единственным основанием симпатии была потребность общественного организма, то каждое существо могло бы испытывать это чувство лишь по отношению к тем, которые принадлежат с ним к одному и тому же социальному целому. Так оно обыкновенно и бывает, однако далеко не всегда, по крайней мере у высших животных. Общеизвестны многочисленные факты самой нежной любви различных животных (не только домашних, но и диких) к особям других, иногда весьма далеких зоологических групп. Поэтому очень странно голословное утверждение Дарвина, будто у диких народов симпатические чувства ограничиваются сочленами одного и того же тесного общества. Конечно, и у культурных народов большинство людей обнаруживают настоящую симпатию главным образом относительно своей семьи и своего ближайшего кружка, но индивидуально-нравственное чувство во всех народах может переступать — и действительно издревле переступает — не только эти тесные, но и всякие другие эмпирические пределы. Принять утверждение Дарвина как безусловное, хотя бы только для диких племен,— значит допустить, что для дикого человека недоступна та нравственная высота, которой иногда достигают собаки, обезьяны и даже львы.
* Употребляю слово самое простое, обыкновенно же в литературе по этому предмету употребляется термин «симпатия» или «сострадание».
** Относящиеся сюда факты в изобилии находятся в разных сочинениях по описательной зоологии (см. особенно Брэма, «Жизнь животных»), а также в значительно развивающейся за последнее время литературе по психология животных.
pyshch. Мне кажется, речь идет о новом и прежде всего западной музыке. В 90-е было в этом смысле живенько и по российской и по западной музыке, а в 2000-е будто что-то умерло. И да, речь прежде всего о столицах. Чтобы проиллюстрировать: постарайтесь вспомнить группы, которые выстрелили в 2000-е и которые помнят сейчас если не все, то многие. Таких на мой взгляд нет.
ex0rtodox. Музыкальная культура действительно рухнула как раз в указанные годы (в РФ классика – даже чуть раньше, в 90-е). В джазе развитие также перешло на техническую сторону, такой содержательной музыки, как в 50–60-е, больше нет. Рок деградировал, техно- и прочие модные стили уже трудно назвать музыкой. Изменилось время – изменилась и сама функция музыки. Смысл в мире утрачен.
chaource. Томас Соуэлл (Thomas Sowell) "Vision of the anointed" (на русский я бы перевел приблизительно как "Мировоззрение помазанников").
Изложу свое понимание книги. Автор описывает коренную разницу между двумя идеологиями или мировоззрениями, названными по-английски "the vision of the anointed" and "the tragic vision". Это два видения того, как должна быть устроена жизнь. Условно, (1) "жизнь это непрерывный путь человечества к прогрессу под руководством его лучших представителей" и (2) "жизнь это трагическая борьба с непобедимым несовершенством мира и людей".
С первой точки зрения, человечество может и должно умозрительно понять, как правильно жить. Для этого сегодня достаточно изучить научно-исторически-логическую теорию общества, которую создали и непрерывно совершенствуют самые умные из людей (политические философы и политэкономы). Дальше надо просто последовать рецептам, уже изложенным в книгах. Правильная теория общества построена по интеллектуальным канонам науки и имеет статус научной истины. Соответственно, все те, кто не согласен с правильной желаемой картиной общества — либо недостаточно умственно развиты, чтобы понять, почему эта картина правильная, либо же они нарочно, из корыстных соображений, или просто из злобности и моральной ущербности, хотят предотвратить неизбежное наступление прогресса и счастья.
Со второй точки зрения, сложность мира, общества и поведения людей слишком превосходят логические способности человека понять их умом. Сложные системы, начиная с некоторого достаточного уровня запутанности связей, становятся непознаваемы и неподвластными доступной нам логике. Любые попытки построить "научную теорию общества" обречены на провал, а любые радикальные реформы, основанные на "правильной теории", неизбежно окончатся крахом и еще большим ухудшением ситуации даже в той самой области, в которой предполагалось ситуацию улучшить. Поэтому естественно было бы весьма подозрительно и предвзято-отрицательно относиться к любым интеллектуальным построениям, претендующим на глобальное усовершенствование жизни людей. ("Бойся того, кто скажет — я знаю, как надо!") Каждая страна, каждое сообщество людей, в каждую эпоху стихийно пытается приспособиться к сложившейся реальности и делает это по мере сил и обстоятельств. Что-то получается хорошо, что-то плохо и это неизбежно, а некоторые проблемы не удастся решить никогда (поэтому данная картина мира названа автором "трагической"). Реформировать общество можно только стихийно, интуитивно, маленькими и осторожными шажками.
С первой точки зрения, люди, придерживающиеся второй точки зрения — либо умственно ограниченные тупицы, которых можно лишь пожалеть ("deplorables", как сказала когда-то Хиллари Клинтон), либо моральные уроды, не желающие, чтобы человечество стало жить счастливее.
Со второй точки зрения, люди, придерживающиеся первой точки зрения — либо наивные, молодые идеалисты, еще не узнавшие жизни и верящие в простые рецепты счастья, оболваненные пройдохами-политиками и беспринципными журналистами, либо заносчивые интеллектуалы, живущие иждивенцами общества, закуклившиеся в своем мирке отвлеченных умствований и безнадежно оторванные от реальности.
Диалог между двумя лагерями практически невозможен, за редкими исключениями.
Кирилл Новиков. Пожалуй, единственное, что внешне сближает нас с американцами - это географические ландшафты (хотя это спорно) и стремление к освоению собственного континента, а не заморских территорий.
В остальном я особо ничего схожего не наблюдаю. Американская нация сформировалась под влиянием радикального, подчас сектанского протестантизма, который сводил христианство только к морали и к буквалистскому пониманию Священного Писания.
Государственная система Америки всегда была предельно децентрализованной, Россия себе подобную роскошь позволить никогда не могла. Хотя, стоит отметить, что глубоко уважаемый мною славянофил С. Ф. Шарапов восхищался американской системой, отмечая, что для совершенства ей не хватает лишь самодержца.
Действительно, у нас не было противоречий с Америкой до тех пор, пока она не встала на путь мондиализма, более того, наши страны не раз оказывались союзниками, бывало, что мы объединялись против Англии.
С национальным государством США у нас нет экзистенциальной вражды. А вот с мондиалистским гегемоном была, есть и будет, ибо любое стремление к универсализму априори преступно.
У мондиализма много ликов: есть левацкие и леволиберальные проекты, но определённые круги мирового капитала готовы спекулировать на религиозной тематике. Цель у всех одна: добиться объединения человечества вокруг какой-либо сверхидеи, которая позволит им стабилизировать собственную гегемонию.
Сегодня нам надо помнить одну простую истину: консерватор и, шире, человек правых взглядов, защищает конкретные, локальные ценности и никогда не апеллирует к концепту "человечества".
Европа вполне могла бы позволить себе суверенную политику, никаких объективных причин следовать в фарватере американских интересов, кроме инерции, у неё нет. Не факт, кстати, что мы бы от этого выиграли: новая империя, скорее всего, подобно Ирану провозгласила бы США - большим шайтаном, а Россию - малым, истории с Наполеоном и Гитлером это наглядно доказывают.
Однако на сегодняшний день вассальное положение Европы несомненно, в ближайшее время ситуация не изменится.
Валерий Шабан. Только сейчас до меня дошло, глядя на первую обложку "волшебника из Оз", что на ней изображены типичные персонажи американского фольклора — "предприниматель", без сердца, в железном, непробиваемом футляре, и "неудачник", без мозгов, но с сердцем — обувь выдает. Опять же бабочка и высокий стоячий воротник. Так что "железный дровосек" никак не тянет на работягу. Кстати фамилия Блехман (Blechmann) вполне себе имела место быть, учитывая интерес автора к немецким курам.
Александр Монович Станкевичюс. ...В католических странах случаев сожжения ведьм было очень мало. Наиболее поразительным является показатель Испании и Италии, где инквизиция имела сильные позиции. Так, в Испании известных случаев дел о колдовстве зафиксировано 50, в Италии — 800. Для сравнения: в Германии таковых — от 17 до 26 тысяч, во Франции — от 5 до 6 тысяч, в Швейцарии — 5 тысяч, в Польше — от 1 до 5 тысяч, в Австрии — от 1,5 до 3 тысяч. В Ирландии дел о ведовстве, по всей видимости, удалось избежать. В испанских и французских колониях никто не был сожжен за ведовство, чего не скажешь о тех, кто был осужден в протестантских английских колониях, то есть налицо противоречие мифа: самые инквизиторские страны оказываются самыми толерантными по отношению к так называемым ведьмам!
Алекс Масалья. Корни русофобии на Западе обусловлены экономическими и социальными факторами. Накопление капитала в западном обществе вызвало безграничную потребность в присваивании ресурсов. Таким образом, любое национальное государство с более высоким уровнем государственности, рассматривается как враг.
Глеб Кузнецов. 10 тезисов об экономике данных из зала ожидания
Сидел на прошлой неделе под "Ковром" в аэропорту, скучал, набросал кое-чего в заметках и думать забыл. А сегодня – после истории с "Аэрофлотом" - вспомнил.
Данные добываются всегда
Каждый отмененный рейс генерирует информацию о работе инфраструктуры под давлением. Каждая реакция пассажиров на объявления - данные о поведении населения в стрессе. Женщина рядом нервно листает телефон - еще одна точка данных о том, как люди ищут информацию в кризисе.
Сбор неизбежен, владение - нет
Palantir и подобные компании уже обрабатывают информацию о сегодняшней атаке дронов. Траектории, время перехвата, реакция ПВО - все записано и проанализировано. Вопрос не в том, собирать данные или нет. Вопрос в том, кто их получит помимо западных корпораций. Например, российские разработчики для улучшения работы собственной ПВО
Украинская модель = нефтяные СРП 90-х
Украина сегодня – это "средняя постсоветская страна" 90-х с модными тогда "соглашениями по разделу продукции", только вместо нефтяных скважин "майнят" боевые данные. Западные корпорации приходят с готовыми технологиями и решениями, элита предоставляет доступ к "месторождению" (конфликту), корпорации добывают данные и продают готовые продукты глобально. Местная элита получает процент, страна остается сырьевым придатком.
Суверенитет XXI века - контроль полного цикла от данных к решениям на их основе
Россия развивает "Герани" на основе собственного боевого опыта. Китай создает ИИ-системы на собственных данных. Это императивная необходимость: как в стратегическом военном смысле, так и в экономическом утилитарном. Кто контролирует обработку данных, тот диктует цены на технологические решения всем остальным.
Американский план развития ИИ – вполне себе манифест технологической колонизации, нового империализма
"Full-stack AI export packages" – которые ставятся в центр плана – системы полного цикла от железа и чипов до алгоритма и даже программной оболочки – приложения в телефоне - готовые комплекты зависимости для союзников. США откровенно планируют превратить весь мир в потребителей американских ИИ-стандартов. Украина - прототип такого "союзника": предоставляет данные, получает готовый "полный пакет", остается зависимой навсегда.
Каждая задержка рейса принесет прибыль
Пока мы ждем в аэропорту, корпорации получают уникальную информацию о работе российской транспортной системы под регулярными атаками. Эти данные через пять лет станут основой для ИИ-систем управления логистикой, которые будут проданы по всему миру как "проверенные в экстремальных условиях".
Население стало сырьем
Мы больше не граждане, мы - источники данных. Наши реакции на воздушные тревоги, маршруты эвакуации, паттерны поведения в стрессе - все это обрабатывается алгоритмами для создания систем управления гражданским населением.
Технологическая зависимость необратима
Если твоя страна не развивает собственные IT-технологии, ты навсегда остаешься покупателем чужих решений. Цены диктует продавец. Условия использования - тоже. Захочет отключить - отключит. Захочет скомпрометировать – скомпрометирует, как это произошло с "Аэрофлотом".
Данные нельзя национализировать задним числом
В отличие от нефтяных скважин, данные нельзя отобрать обратно после того, как их передали корпорациям. Palantir уже обучил свои алгоритмы на украинских боевых данных. Эти знания останутся у корпорации навсегда, даже если завтра Украина попытается разорвать все контракты.
Выбор делается сейчас
Либо страны развивают собственные технологии обработки данных (как Россия и Китай), либо становятся технологическими колониями (как Украина). Третьего не дано. Нейтралитета в экономике данных не существует.
Остальные просто не могут сдвинуться с места. Это происходит во многом потому, что место им видится очень выгодным. Они умеют оберегать свой городской статус важного человека. И то, что этот важный человек намертво застрял на каком-то вопросе, меньшая проблема, чем если бы он свою важность утратил. Перестал бы воспроизводить западный колониальный дискурс про свои права и задумался об обязанностях. Нет, права у него должны быть без всяких условий, он же не селюк средневековый, он вершина прогресса. В условиях сокращения мирового среднего класса это выглядит самоубийственно. Во всё более напряжённой жизни 21-го века будет востребовано умение преодолевать и противостоять манипуляциям, а не держаться за маску статусного человека, которая обманывает всё меньшее число людей.

Забавно, что к этой способности погружаться с головой в задачу (внутренняя мотивация мышления по Х.Хекхаузену и О.К.Тихомирову) добавляется и нечто противоположное по направленности — они внимательны к людям, причём не только тактичны, но и искренне доброжелательны. И вообще, кажется, наделены способностью легко различать добро и зло. Кажется, обе эти способности — видеть реальное положение вещей в задаче и в человеческих отношениях — имеют общую основу. Что-то типа связи истины и красоты у греков (и у математиков), но тут, скорее, — истины и добра.
В целом эта особенность работы — ежедневное решение творческих задач — делает этих людей особенными. Хотя можно сказать и наоборот — именно они и воспроизводят особенности «русского менталитета» и «национального характера», как раз они-то и есть «соль земли».
Да, считаю, что способность к такого типа поведению составляют основу нац.характера, а такого рода задачи — требующие не регламентированных действий с применением заранее известных средств исполнения, а поиска принципа решения и релевантных конкретной ситуации средств — непрерывно воссоздают такой тип реагирования на проблемы. Не квалифицированный потребитель, а вдумчивый специалист составляют т.н. модальную личность русской культуры. Просто потому что реальность всё время предъявляет именно такие требования к человеку, что-то делающему на просторах нашей необъятной. Альтернативой такому подходу в условиях "рискованного земледелия", "незаданных границ", "непартнёрских соседей", "двух генералов, кормящихся с одного мужика" и прочих сложностей жизни — отказ от поисковой активности (В.Ротенберг) и саморазрушение в формате алкоголизма. Найти строителей-алкашей несложно, они тоже есть в нашей деревне. Но не этот тип поведения позволяет строить так, как строили 120 лет назад (как в случае с моим домом и домом одного из комментаторов, см.выше) и воссоздавать гармонию так, как это делают названные мною мастера.
Алексей Ишков. Что обидно в данной тенденции — так это то, что все эти недолюбленные снежиночки затоптали тот росток разумного и светлого, который в психологии был. А именно РЕАЛЬНЫЕ проблемы "отцов и детей". Например, когда родитель гиперкомпенсирует своё детство, стремиться "додать" детям всё, чего у НЕГО в детстве не было, а детям это сто лет не надо. Им надо, например, просто человеческого участия, поддержки.
И так далее и так далее. Обо всём этом говорить стало просто неприлично, потому что на каждую жалобу тотчас же набегут "снежинки".
***
Кальвинизм у недостаточно подкованного/верующего прихожанина "сам получается". Кальвинизм — это такая "образованщина" от католицизма. "Это я вам говорю как практик" © Милонов. Я неоднократно наблюдал (и по себе, увы, тоже), как новообращенный христианин до "кальвинизма" додумывается САМ безо всяких Кальвинов.
"Если не будете как дети, не войдёте в Царствие Небесное". Настоящее христианство — это отношение Сына с Отцом. Притча о блудном сыне, "Отче Наш" как главная молитва, притчи об этом. Сын повинуется Отцу, Отец горой стоит за Сына. Сын радуется Отцу просто потому что он есть, а Отец — Сыну. И вообще так-то со стороны и не разберешься где начинается имущество или воля одного, а где кончается другого (опять же притча о блудном сыне) ведь "всё моё — твоё".
Кальвинизм — это отношения такого трудного подростка даже не с отцом, а отчимом, при том заведомо приёмным. С одной стороны он ни разу не Отец, а так, "папаша". Но богатенький и добренький, с причудами — это хорошо. И главная его причуда заключается в том, что он терпит всякую мразь вроде кальвиниста, который уж сам себя-то знает как облупленного. А с другой — именно потому что он не Отец, а "папаша", этот самый отчим может ТАК вломить, что "сынок" полетит в одну сторону, а дубина — в другую. Потому что, мягко говоря, есть за что — см. выше. Сам бы кальвинист такому "сыночку" с удовольствием бы вломил на месте "папаши".
Помните конец Оливера Твиста, когда его усыновляют? Это ОНО. Только теперь самого Оливера надо представить конкретной уркой, который ради своего "спасения" сам всех Фейгиных на нож посадит — потому что они покушаются на Святое — на возможность стать человеком, выбиться в Люди и все эти бандитские рожи сто лет не видеть. Вот это уже "кальвинизм". "Слыш, козёл, я тут спасаюсь, греховное быстро убрал пока я добрый. Не, ты мне лучше не зли, я в тяге к спасению страшен.".
Почему современному человеку это близко? Девальвация фигуры отца в современном мире. Ну что такое "отец" для многих современных людей? Это либо тюфяк, амёба, тряпка, "баба в юбке" и жировое пятно на диване. Либо это вообще что-то благополучно отсутствующее — и очень хорошо что отсутствующее. Потому что когда отец присутствует "для галочки" и свою роль не тянет, но пытается тянуть — это ещё хуже. Знаменитый образ из культуры, когда "да будь мужиком, вломи ему" говорит заведомый некомбатант, у которого объективная задача — в ближайшее десятилетие не сдохнуть от инфаркта во время очередного запора. Разумеется, если ТАКОЕ чудо-юдо будет пытаться кого-то заставлять "быть мужиком", тут идиосинкразия на всю жизнь сформируется.
Современный человек просто не может понять как ОТЕЦ может кого-то любить, и что значит эта самая любовь. Для него любить — значит "дать денег", "поступить в ВУЗ", "устроить по блату", а остальное — это уже так, отмазки чтобы денег не давать. И "любовь" для него эта конкретна, её можно в деньгах измерить. Мол, мне отце купил детскую железную дорогу (20$), а Паше его отец подарил "комп" (2000$), значит его отец в сто раз "отцовее" моего, а мой так — жалкая китайская подделка.
Разумеется, то же самое человек пытается проецировать и на Отца Небесного. А там — вопрос. Либо схватит себя за руку и скажет что христианство всё-таки "про другое", либо нет.
Vezyolka. СССР в некотором смысле был страной недолюбленных детей... Войны, тяжëлая работа и быт родителей... Алкоголь...
Немногим родителям удавалось давать своим детям любовь непосредственно. А не в лучшем случае в письмах и перерывах между командировками. СССР как страна ОЧЕНЬ много делал для детей. Но не факт, что это могло компенсировать внимание родителей.
kirovtanin. Мне кажется, корейцы нам ближе "братушек" по своему психотипу. Если японцы, Акутагава, Куросава были влюблены в Россию чисто умственно, то корейцы просто такие как мы, без любовей.
0blomoff. Жизнь существа - это его связь ментальная и физическая с окружающим миром. Без этих связей нельзя считать существо живым. Бункер или термос, буквальный или виртуальный превращает нас из человека в его оболочку. Не сапиенсы мы, не сапиенсы. Умышленно врут трактователи. Человек - существо открытое в первую очередь и лишь во вторую - разумное. Социализирующая функция индивидуума важнее размера его интеллекта.
***
Обожаю слово спонтанный. Непредсказуемый, непреднамеренный, непредумышленный, в конце концов. Первая наша реакция - как плач ребенка, так же чистосердечна и неподсудна. Элементарная задержка реакции на внезапное воздействие уже многое говорит о человеке. Секунды стачивают яркость момента, а пауза длиннее вообще рушит иллюзию волшебности происходящего. Человек - существо рефлексивное. Во всех остальных случаях - он взвешивает варианты и ищет выгоду.
Владимир Сергеевич Соловьев. ...Стыдясь своих природных влечений и функций собственного организма, человек тем самым показывает, что он не есть только это природное материальное существо, а еще нечто другое и высшее. То, что стыдится, в самом психическом акте стыда отделяет себя от того, чего стыдится; но материальная природа не может быть другою или внешнею для самой себя, —следовательно, если я стыжусь своей материальной природы, то этим самым на деле показываю, что я не то же самое, что она. И именно в тот момент, когда человек подпадает материальному процессу природы, смешивается с ним, тут-то вдруг и выступает его отличительная особенность и его внутренняя самостоятельность, именно в чувстве стыда, в котором он относится к материальной жизни как к чему-то другому, чуждому и не долженствующему владеть им.
...Рядом с этим основным нравственным чувством находится в природе человеческой другое, составляющее корень этического отношения уже не к низшему, материальному началу жизни в каждом человеке, а к другим человеческим и вообще живым существам, ему подобным,— именно чувство жалости*. Оно состоит вообще в том, что данный субъект соответственным образом ощущает чужое страдание или потребность, т. е. отзывается на них более или менее болезненно, проявляя, таким образом, в большей или меньшей степени свою солидарность с другими. Первичный, прирожденный нам характер этого нравственного чувства не отрицается ни одним серьезным мыслителем и естествоиспытателем уже по той простой причине, что чувство жалости или сострадания — в отличие от стыда — свойственно (в зачаточной степени) многим животным** и, следовательно, ни с какой точки зрения не может рассматриваться как позднейший продукт человеческого прогресса. Таким образом, если человек бесстыдный представляет собою возвращение к скотскому состоянию, то человек безжалостный падает ниже животного уровня.
Тесная связь чувства жалости с общественными инстинктами у животных и человека не подлежит сомнению по самому существу этого чувства; однако оно в корне своем есть все-таки индивидуально-нравственное состояние, не покрываемое всецело социальными отношениями даже у животных, не только у человека. Если бы единственным основанием симпатии была потребность общественного организма, то каждое существо могло бы испытывать это чувство лишь по отношению к тем, которые принадлежат с ним к одному и тому же социальному целому. Так оно обыкновенно и бывает, однако далеко не всегда, по крайней мере у высших животных. Общеизвестны многочисленные факты самой нежной любви различных животных (не только домашних, но и диких) к особям других, иногда весьма далеких зоологических групп. Поэтому очень странно голословное утверждение Дарвина, будто у диких народов симпатические чувства ограничиваются сочленами одного и того же тесного общества. Конечно, и у культурных народов большинство людей обнаруживают настоящую симпатию главным образом относительно своей семьи и своего ближайшего кружка, но индивидуально-нравственное чувство во всех народах может переступать — и действительно издревле переступает — не только эти тесные, но и всякие другие эмпирические пределы. Принять утверждение Дарвина как безусловное, хотя бы только для диких племен,— значит допустить, что для дикого человека недоступна та нравственная высота, которой иногда достигают собаки, обезьяны и даже львы.
* Употребляю слово самое простое, обыкновенно же в литературе по этому предмету употребляется термин «симпатия» или «сострадание».
** Относящиеся сюда факты в изобилии находятся в разных сочинениях по описательной зоологии (см. особенно Брэма, «Жизнь животных»), а также в значительно развивающейся за последнее время литературе по психология животных.
pyshch. Мне кажется, речь идет о новом и прежде всего западной музыке. В 90-е было в этом смысле живенько и по российской и по западной музыке, а в 2000-е будто что-то умерло. И да, речь прежде всего о столицах. Чтобы проиллюстрировать: постарайтесь вспомнить группы, которые выстрелили в 2000-е и которые помнят сейчас если не все, то многие. Таких на мой взгляд нет.
ex0rtodox. Музыкальная культура действительно рухнула как раз в указанные годы (в РФ классика – даже чуть раньше, в 90-е). В джазе развитие также перешло на техническую сторону, такой содержательной музыки, как в 50–60-е, больше нет. Рок деградировал, техно- и прочие модные стили уже трудно назвать музыкой. Изменилось время – изменилась и сама функция музыки. Смысл в мире утрачен.
chaource. Томас Соуэлл (Thomas Sowell) "Vision of the anointed" (на русский я бы перевел приблизительно как "Мировоззрение помазанников").
Изложу свое понимание книги. Автор описывает коренную разницу между двумя идеологиями или мировоззрениями, названными по-английски "the vision of the anointed" and "the tragic vision". Это два видения того, как должна быть устроена жизнь. Условно, (1) "жизнь это непрерывный путь человечества к прогрессу под руководством его лучших представителей" и (2) "жизнь это трагическая борьба с непобедимым несовершенством мира и людей".
С первой точки зрения, человечество может и должно умозрительно понять, как правильно жить. Для этого сегодня достаточно изучить научно-исторически-логическую теорию общества, которую создали и непрерывно совершенствуют самые умные из людей (политические философы и политэкономы). Дальше надо просто последовать рецептам, уже изложенным в книгах. Правильная теория общества построена по интеллектуальным канонам науки и имеет статус научной истины. Соответственно, все те, кто не согласен с правильной желаемой картиной общества — либо недостаточно умственно развиты, чтобы понять, почему эта картина правильная, либо же они нарочно, из корыстных соображений, или просто из злобности и моральной ущербности, хотят предотвратить неизбежное наступление прогресса и счастья.
Со второй точки зрения, сложность мира, общества и поведения людей слишком превосходят логические способности человека понять их умом. Сложные системы, начиная с некоторого достаточного уровня запутанности связей, становятся непознаваемы и неподвластными доступной нам логике. Любые попытки построить "научную теорию общества" обречены на провал, а любые радикальные реформы, основанные на "правильной теории", неизбежно окончатся крахом и еще большим ухудшением ситуации даже в той самой области, в которой предполагалось ситуацию улучшить. Поэтому естественно было бы весьма подозрительно и предвзято-отрицательно относиться к любым интеллектуальным построениям, претендующим на глобальное усовершенствование жизни людей. ("Бойся того, кто скажет — я знаю, как надо!") Каждая страна, каждое сообщество людей, в каждую эпоху стихийно пытается приспособиться к сложившейся реальности и делает это по мере сил и обстоятельств. Что-то получается хорошо, что-то плохо и это неизбежно, а некоторые проблемы не удастся решить никогда (поэтому данная картина мира названа автором "трагической"). Реформировать общество можно только стихийно, интуитивно, маленькими и осторожными шажками.
С первой точки зрения, люди, придерживающиеся второй точки зрения — либо умственно ограниченные тупицы, которых можно лишь пожалеть ("deplorables", как сказала когда-то Хиллари Клинтон), либо моральные уроды, не желающие, чтобы человечество стало жить счастливее.
Со второй точки зрения, люди, придерживающиеся первой точки зрения — либо наивные, молодые идеалисты, еще не узнавшие жизни и верящие в простые рецепты счастья, оболваненные пройдохами-политиками и беспринципными журналистами, либо заносчивые интеллектуалы, живущие иждивенцами общества, закуклившиеся в своем мирке отвлеченных умствований и безнадежно оторванные от реальности.
Диалог между двумя лагерями практически невозможен, за редкими исключениями.
Кирилл Новиков. Пожалуй, единственное, что внешне сближает нас с американцами - это географические ландшафты (хотя это спорно) и стремление к освоению собственного континента, а не заморских территорий.
В остальном я особо ничего схожего не наблюдаю. Американская нация сформировалась под влиянием радикального, подчас сектанского протестантизма, который сводил христианство только к морали и к буквалистскому пониманию Священного Писания.
Государственная система Америки всегда была предельно децентрализованной, Россия себе подобную роскошь позволить никогда не могла. Хотя, стоит отметить, что глубоко уважаемый мною славянофил С. Ф. Шарапов восхищался американской системой, отмечая, что для совершенства ей не хватает лишь самодержца.
Действительно, у нас не было противоречий с Америкой до тех пор, пока она не встала на путь мондиализма, более того, наши страны не раз оказывались союзниками, бывало, что мы объединялись против Англии.
С национальным государством США у нас нет экзистенциальной вражды. А вот с мондиалистским гегемоном была, есть и будет, ибо любое стремление к универсализму априори преступно.
У мондиализма много ликов: есть левацкие и леволиберальные проекты, но определённые круги мирового капитала готовы спекулировать на религиозной тематике. Цель у всех одна: добиться объединения человечества вокруг какой-либо сверхидеи, которая позволит им стабилизировать собственную гегемонию.
Сегодня нам надо помнить одну простую истину: консерватор и, шире, человек правых взглядов, защищает конкретные, локальные ценности и никогда не апеллирует к концепту "человечества".
Европа вполне могла бы позволить себе суверенную политику, никаких объективных причин следовать в фарватере американских интересов, кроме инерции, у неё нет. Не факт, кстати, что мы бы от этого выиграли: новая империя, скорее всего, подобно Ирану провозгласила бы США - большим шайтаном, а Россию - малым, истории с Наполеоном и Гитлером это наглядно доказывают.
Однако на сегодняшний день вассальное положение Европы несомненно, в ближайшее время ситуация не изменится.
Валерий Шабан. Только сейчас до меня дошло, глядя на первую обложку "волшебника из Оз", что на ней изображены типичные персонажи американского фольклора — "предприниматель", без сердца, в железном, непробиваемом футляре, и "неудачник", без мозгов, но с сердцем — обувь выдает. Опять же бабочка и высокий стоячий воротник. Так что "железный дровосек" никак не тянет на работягу. Кстати фамилия Блехман (Blechmann) вполне себе имела место быть, учитывая интерес автора к немецким курам.
Александр Монович Станкевичюс. ...В католических странах случаев сожжения ведьм было очень мало. Наиболее поразительным является показатель Испании и Италии, где инквизиция имела сильные позиции. Так, в Испании известных случаев дел о колдовстве зафиксировано 50, в Италии — 800. Для сравнения: в Германии таковых — от 17 до 26 тысяч, во Франции — от 5 до 6 тысяч, в Швейцарии — 5 тысяч, в Польше — от 1 до 5 тысяч, в Австрии — от 1,5 до 3 тысяч. В Ирландии дел о ведовстве, по всей видимости, удалось избежать. В испанских и французских колониях никто не был сожжен за ведовство, чего не скажешь о тех, кто был осужден в протестантских английских колониях, то есть налицо противоречие мифа: самые инквизиторские страны оказываются самыми толерантными по отношению к так называемым ведьмам!
Алекс Масалья. Корни русофобии на Западе обусловлены экономическими и социальными факторами. Накопление капитала в западном обществе вызвало безграничную потребность в присваивании ресурсов. Таким образом, любое национальное государство с более высоким уровнем государственности, рассматривается как враг.
Глеб Кузнецов. 10 тезисов об экономике данных из зала ожидания
Сидел на прошлой неделе под "Ковром" в аэропорту, скучал, набросал кое-чего в заметках и думать забыл. А сегодня – после истории с "Аэрофлотом" - вспомнил.
Данные добываются всегда
Каждый отмененный рейс генерирует информацию о работе инфраструктуры под давлением. Каждая реакция пассажиров на объявления - данные о поведении населения в стрессе. Женщина рядом нервно листает телефон - еще одна точка данных о том, как люди ищут информацию в кризисе.
Сбор неизбежен, владение - нет
Palantir и подобные компании уже обрабатывают информацию о сегодняшней атаке дронов. Траектории, время перехвата, реакция ПВО - все записано и проанализировано. Вопрос не в том, собирать данные или нет. Вопрос в том, кто их получит помимо западных корпораций. Например, российские разработчики для улучшения работы собственной ПВО
Украинская модель = нефтяные СРП 90-х
Украина сегодня – это "средняя постсоветская страна" 90-х с модными тогда "соглашениями по разделу продукции", только вместо нефтяных скважин "майнят" боевые данные. Западные корпорации приходят с готовыми технологиями и решениями, элита предоставляет доступ к "месторождению" (конфликту), корпорации добывают данные и продают готовые продукты глобально. Местная элита получает процент, страна остается сырьевым придатком.
Суверенитет XXI века - контроль полного цикла от данных к решениям на их основе
Россия развивает "Герани" на основе собственного боевого опыта. Китай создает ИИ-системы на собственных данных. Это императивная необходимость: как в стратегическом военном смысле, так и в экономическом утилитарном. Кто контролирует обработку данных, тот диктует цены на технологические решения всем остальным.
Американский план развития ИИ – вполне себе манифест технологической колонизации, нового империализма
"Full-stack AI export packages" – которые ставятся в центр плана – системы полного цикла от железа и чипов до алгоритма и даже программной оболочки – приложения в телефоне - готовые комплекты зависимости для союзников. США откровенно планируют превратить весь мир в потребителей американских ИИ-стандартов. Украина - прототип такого "союзника": предоставляет данные, получает готовый "полный пакет", остается зависимой навсегда.
Каждая задержка рейса принесет прибыль
Пока мы ждем в аэропорту, корпорации получают уникальную информацию о работе российской транспортной системы под регулярными атаками. Эти данные через пять лет станут основой для ИИ-систем управления логистикой, которые будут проданы по всему миру как "проверенные в экстремальных условиях".
Население стало сырьем
Мы больше не граждане, мы - источники данных. Наши реакции на воздушные тревоги, маршруты эвакуации, паттерны поведения в стрессе - все это обрабатывается алгоритмами для создания систем управления гражданским населением.
Технологическая зависимость необратима
Если твоя страна не развивает собственные IT-технологии, ты навсегда остаешься покупателем чужих решений. Цены диктует продавец. Условия использования - тоже. Захочет отключить - отключит. Захочет скомпрометировать – скомпрометирует, как это произошло с "Аэрофлотом".
Данные нельзя национализировать задним числом
В отличие от нефтяных скважин, данные нельзя отобрать обратно после того, как их передали корпорациям. Palantir уже обучил свои алгоритмы на украинских боевых данных. Эти знания останутся у корпорации навсегда, даже если завтра Украина попытается разорвать все контракты.
Выбор делается сейчас
Либо страны развивают собственные технологии обработки данных (как Россия и Китай), либо становятся технологическими колониями (как Украина). Третьего не дано. Нейтралитета в экономике данных не существует.
no subject
Date: 2025-07-30 10:10 pm (UTC)Система категоризации Живого Журнала посчитала, что вашу запись можно отнести к категории: Общество (https://www.livejournal.com/category/obschestvo/?utm_source=frank_comment).
Если вы считаете, что система ошиблась — напишите об этом в ответе на этот комментарий. Ваша обратная связь поможет сделать систему точнее.
Фрэнк,
команда ЖЖ.
no subject
Date: 2025-07-31 11:43 am (UTC)Добрый день.
Вы пишете, что сложенные проблемы решают единицы. Моему сыну нужна психологическая помощь. Случай не особо тяжёлый, я думаю. Обычная история - лень, прокрастинация, и т.п. он обращался уже к другим психологам, но необходимо работать над проблемой ещё.
Можете посоветовать психолога, который может-таки решать подобные проблемы?
no subject
Date: 2025-07-31 12:20 pm (UTC)no subject
Date: 2025-07-31 12:24 pm (UTC)