![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
swamp_lynx"В Англии принят жесткий закон «О безопасности в интернете», защищающий от вредного контента детей.
Во Франции ввели обязательное родительское согласие для пользователей младше 15 лет. В Австралии подросткам до 16 вообще запретили пользоваться соцсетями. В Непале отменили (правда, на очень короткий срок) соцсети и мессенджеры. И это только некоторые примеры. По-видимому, мы в самом начале процесса, в ходе которого человечество будет постепенно отказываться от навязанных ему вредных цифровых продуктов и технологий. Гладким этот процесс, конечно, не будет – достаточно вспомнить борьбу с продавцами опиума, морфия и кокаина в викторианскую эпоху." Дмитрий Орехов.
"Интереснейший факт. В 1895 году английская правительственная комиссия объявила, что прекращение производства опиума «нежелательно» и даже «невозможно», учитывая убытки производителей, недовольство людей и аргументы врачей, которые рекомендовали опиаты в качестве лечебных средств. В те времена этими «лекарствами» активно пичкали даже детей: их рекомендовали от колик в животе, при боли в деснах от режущихся зубов, от дизентерии, диареи и обычного плача. Особенно это явление процветало в трущобах. Родители должны были работать; чтобы дети не плакали, им давали микстуру, состав которой сейчас вызывает оторопь. В итоге маленькие дети лежали на полу как мертвые, а если кто-то поднимался и начинал бузить, дети постарше давали ему еще пол-ложки. Когда же родители замечали, что лекарства с милыми названиями «детская тишина» или «сироп миссис такой-то» вызывают привыкание и делают их чад вялыми и полуживыми, производители и продавцы только усиливали рекламу, утверждая со ссылками на известных медиков, что негативных последствий не существует. Если же дети умирали, ответственность за это целиком возлагалась на родителей.
Период, когда зависимость от опиума, кокаина или морфия считалась проблемой отдельных людей и отдельных семей, продолжался около ста лет. Но постепенно пришло понимание: наркотики – трагедия всего общества. И вот сначала наркотические вещества перестали отпускать без рецепта, потом их сделали очень дорогими, а уже в десятые–двадцатые годы прошлого века началась активная борьба с их продажей и распространением.
Сейчас сюжет, по-видимому, повторяется. В наши дни цифровая зависимость считается ошибкой отдельного человека или недосмотром родителей, но еще не осознается как масштабное социальное бедствие. При этом человек остается человеком: жить в цифре он неспособен. «Цифровой реальности» не существует, как не существует реальности потребителя кокаина.
Платон в «Государстве» описал подземелье, в котором сидят люди с оковами на ногах и на шее. За их спиной в свете факелов проносят предметы, и на стены ложатся дрожащие тени. Люди смотрят на эти тени, придумывают им названия и вообще находятся в полной уверенности, что кроме теней ничего не существует. Если кто-то пытается открыть узникам истину, что рядом находится настоящий мир, его поднимают на смех или даже убивают. Образ Платона отлично подходит к нашему случаю.
Пленники цифровой пещеры настолько привыкают к виртуальному миру, что он кажется им интереснее настоящего. В медицине такое поведение квалифицируется как род психического расстройства – аутизм. Но кто сказал, что на аутистах нельзя зарабатывать? Наоборот, очень удобно контролировать людей, транслируя им потребности через интернет, а потом скармливая соответствующие товары и услуги. Живой человек превращается в чей-то «материал богатства» (Мишель Фуко). Такой бизнес успешен и эффективен, и цифровые цепи могут оказаться прочнее настоящих, особенно если опутывать ими с детства.
Однако полная победа цифровизаторов (как, кстати, и полная победа наркоторговцев) означает смерть общества. Полностью оцифровать можно только труп. Так что, если жизнь на Земле все-таки сохранится, децифровизацию можно считать неизбежной. Какой она будет? Вариантов не так уж много.
Первый вариант – катастрофический. Нечто подобное описал Эдвард Форстер в своем фантастическом рассказе «Машина останавливается». Люди переселились жить в машину, которая дает им воду, еду, развлечения. Однако машина понемногу стареет, изнашивается, в ее работе начинаются сбои, а потом она полностью останавливается. Люди, умеющие только нажимать на кнопки, не способны выбраться на поверхность. Они умирают в подземных коридорах, а города, состоящие из пещер, обрушиваются. Выживают только те, кто оказался на поверхности.
Английский писатель не был пророком, но он отлично понимал, что человечество очень рискует, делая ставку на техногенный фактор. Сейчас мы все больше увеличиваем власть форстеровской машины, и нити, связывающие нас с реальностью, все тоньше. В какой-то момент процесс завершится, нити порвутся. Эта принудительная децифровизация, по-видимому, будет сопровождаться гибелью тех, кто разучился жить в настоящем мире. Уже сейчас дети, рано погрузившиеся в смартфоны, имеют огромные трудности с адаптацией. Выжившим в ту переломную эпоху тоже будет несладко. В худшем варианте эти люди вообще не смогут сохранить культуру – их уделом станет выкапывание корешков.
Второй, более удачный для всех вариант – децифровизация сверху. Этот процесс уже идет в тех государствах, которые первыми вступили на путь бездумного совершенствования IT-технологий. Сейчас законодатели в этих странах стараются в первую очередь оградить от цифры детей, но можно предположить, что это только начало. Тот же запрет на соцсети, вероятно, будет распространен на всех социально уязвимых (больных, внушаемых, юных, пожилых, беременных и т. д.). Потом дойдет дело и до полного запрета карманных компьютеров. Можно предположить, что в обществе будущего компьютеры снова станут дорогими и стационарными, а доступ к ним будет ограничен. Впрочем, беднейшие страны Африки и Латинской Америки еще долго будут оставаться в состоянии пресловутой цифровой «свободы». Там-то планшеты и смартфоны еще долго будут в ходу. И интернет-туризм наверняка станет для этих стран важным источником дохода, наряду с наркотиками в свободной продаже и секс-туризмом.
Третий вариант – децифровизация снизу. Пожалуй, сейчас это самый маловероятный сценарий, но все-таки его не стоит сбрасывать со счетов. Родители, молотком разбивающие телефоны своих детей, уже не редкость. Наметившийся отказ от смартфонов в пользу кнопочных телефонов тоже наводит на размышление. Здесь можно вспомнить и опыт английских луддитов XIX века: они отказывались принимать технические новшества, громили станки, лишавшие их работы, нападали на транспорт, поджигали фабрики.
А как насчет сопротивления IT-корпораций? Учитывая их доходы и связи, этого, конечно, не избежать. Если в середине XIX века наркоторговля использовалась как политический фактор, а с помощью опиума уничтожались целые страны, то теперь эту роль выполняют соцсети. Подобно наркоторговцам прошлого, цифровизаторы постараются мобилизовать общественное мнение и выведут людей на протест. О том, что узники пещеры могут убивать своих освободителей, предупреждал еще Платон. Собственно, все это мы видели недавно в Непале, где правительство полностью закрыло доступ к западным соцсетям, а в ответ получило сожженный парламент, убийства, погромы и разъяренные толпы, требующие цифровых «свобод».
Не хотелось бы, чтобы нечто подобное происходило у нас. Ошибки Непала, где слишком резко перешли от полного попустительства к запретам, нужно учесть. Но тянуть с началом децифровизации тоже не стоит. Российское общество (в котором, согласно социологическим опросам, на цифровую зависимость жалуется уже каждый второй) заинтересовано в том, чтобы вычищение цифры из быта началось уже сейчас. Выглядит фантастикой? Да, пожалуй. Но ведь когда-то и опиум по рецепту был фантастикой."
Во Франции ввели обязательное родительское согласие для пользователей младше 15 лет. В Австралии подросткам до 16 вообще запретили пользоваться соцсетями. В Непале отменили (правда, на очень короткий срок) соцсети и мессенджеры. И это только некоторые примеры. По-видимому, мы в самом начале процесса, в ходе которого человечество будет постепенно отказываться от навязанных ему вредных цифровых продуктов и технологий. Гладким этот процесс, конечно, не будет – достаточно вспомнить борьбу с продавцами опиума, морфия и кокаина в викторианскую эпоху." Дмитрий Орехов.
"Интереснейший факт. В 1895 году английская правительственная комиссия объявила, что прекращение производства опиума «нежелательно» и даже «невозможно», учитывая убытки производителей, недовольство людей и аргументы врачей, которые рекомендовали опиаты в качестве лечебных средств. В те времена этими «лекарствами» активно пичкали даже детей: их рекомендовали от колик в животе, при боли в деснах от режущихся зубов, от дизентерии, диареи и обычного плача. Особенно это явление процветало в трущобах. Родители должны были работать; чтобы дети не плакали, им давали микстуру, состав которой сейчас вызывает оторопь. В итоге маленькие дети лежали на полу как мертвые, а если кто-то поднимался и начинал бузить, дети постарше давали ему еще пол-ложки. Когда же родители замечали, что лекарства с милыми названиями «детская тишина» или «сироп миссис такой-то» вызывают привыкание и делают их чад вялыми и полуживыми, производители и продавцы только усиливали рекламу, утверждая со ссылками на известных медиков, что негативных последствий не существует. Если же дети умирали, ответственность за это целиком возлагалась на родителей.
Период, когда зависимость от опиума, кокаина или морфия считалась проблемой отдельных людей и отдельных семей, продолжался около ста лет. Но постепенно пришло понимание: наркотики – трагедия всего общества. И вот сначала наркотические вещества перестали отпускать без рецепта, потом их сделали очень дорогими, а уже в десятые–двадцатые годы прошлого века началась активная борьба с их продажей и распространением.
Сейчас сюжет, по-видимому, повторяется. В наши дни цифровая зависимость считается ошибкой отдельного человека или недосмотром родителей, но еще не осознается как масштабное социальное бедствие. При этом человек остается человеком: жить в цифре он неспособен. «Цифровой реальности» не существует, как не существует реальности потребителя кокаина.
Платон в «Государстве» описал подземелье, в котором сидят люди с оковами на ногах и на шее. За их спиной в свете факелов проносят предметы, и на стены ложатся дрожащие тени. Люди смотрят на эти тени, придумывают им названия и вообще находятся в полной уверенности, что кроме теней ничего не существует. Если кто-то пытается открыть узникам истину, что рядом находится настоящий мир, его поднимают на смех или даже убивают. Образ Платона отлично подходит к нашему случаю.
Пленники цифровой пещеры настолько привыкают к виртуальному миру, что он кажется им интереснее настоящего. В медицине такое поведение квалифицируется как род психического расстройства – аутизм. Но кто сказал, что на аутистах нельзя зарабатывать? Наоборот, очень удобно контролировать людей, транслируя им потребности через интернет, а потом скармливая соответствующие товары и услуги. Живой человек превращается в чей-то «материал богатства» (Мишель Фуко). Такой бизнес успешен и эффективен, и цифровые цепи могут оказаться прочнее настоящих, особенно если опутывать ими с детства.
Однако полная победа цифровизаторов (как, кстати, и полная победа наркоторговцев) означает смерть общества. Полностью оцифровать можно только труп. Так что, если жизнь на Земле все-таки сохранится, децифровизацию можно считать неизбежной. Какой она будет? Вариантов не так уж много.
Первый вариант – катастрофический. Нечто подобное описал Эдвард Форстер в своем фантастическом рассказе «Машина останавливается». Люди переселились жить в машину, которая дает им воду, еду, развлечения. Однако машина понемногу стареет, изнашивается, в ее работе начинаются сбои, а потом она полностью останавливается. Люди, умеющие только нажимать на кнопки, не способны выбраться на поверхность. Они умирают в подземных коридорах, а города, состоящие из пещер, обрушиваются. Выживают только те, кто оказался на поверхности.
Английский писатель не был пророком, но он отлично понимал, что человечество очень рискует, делая ставку на техногенный фактор. Сейчас мы все больше увеличиваем власть форстеровской машины, и нити, связывающие нас с реальностью, все тоньше. В какой-то момент процесс завершится, нити порвутся. Эта принудительная децифровизация, по-видимому, будет сопровождаться гибелью тех, кто разучился жить в настоящем мире. Уже сейчас дети, рано погрузившиеся в смартфоны, имеют огромные трудности с адаптацией. Выжившим в ту переломную эпоху тоже будет несладко. В худшем варианте эти люди вообще не смогут сохранить культуру – их уделом станет выкапывание корешков.
Второй, более удачный для всех вариант – децифровизация сверху. Этот процесс уже идет в тех государствах, которые первыми вступили на путь бездумного совершенствования IT-технологий. Сейчас законодатели в этих странах стараются в первую очередь оградить от цифры детей, но можно предположить, что это только начало. Тот же запрет на соцсети, вероятно, будет распространен на всех социально уязвимых (больных, внушаемых, юных, пожилых, беременных и т. д.). Потом дойдет дело и до полного запрета карманных компьютеров. Можно предположить, что в обществе будущего компьютеры снова станут дорогими и стационарными, а доступ к ним будет ограничен. Впрочем, беднейшие страны Африки и Латинской Америки еще долго будут оставаться в состоянии пресловутой цифровой «свободы». Там-то планшеты и смартфоны еще долго будут в ходу. И интернет-туризм наверняка станет для этих стран важным источником дохода, наряду с наркотиками в свободной продаже и секс-туризмом.
Третий вариант – децифровизация снизу. Пожалуй, сейчас это самый маловероятный сценарий, но все-таки его не стоит сбрасывать со счетов. Родители, молотком разбивающие телефоны своих детей, уже не редкость. Наметившийся отказ от смартфонов в пользу кнопочных телефонов тоже наводит на размышление. Здесь можно вспомнить и опыт английских луддитов XIX века: они отказывались принимать технические новшества, громили станки, лишавшие их работы, нападали на транспорт, поджигали фабрики.
А как насчет сопротивления IT-корпораций? Учитывая их доходы и связи, этого, конечно, не избежать. Если в середине XIX века наркоторговля использовалась как политический фактор, а с помощью опиума уничтожались целые страны, то теперь эту роль выполняют соцсети. Подобно наркоторговцам прошлого, цифровизаторы постараются мобилизовать общественное мнение и выведут людей на протест. О том, что узники пещеры могут убивать своих освободителей, предупреждал еще Платон. Собственно, все это мы видели недавно в Непале, где правительство полностью закрыло доступ к западным соцсетям, а в ответ получило сожженный парламент, убийства, погромы и разъяренные толпы, требующие цифровых «свобод».
Не хотелось бы, чтобы нечто подобное происходило у нас. Ошибки Непала, где слишком резко перешли от полного попустительства к запретам, нужно учесть. Но тянуть с началом децифровизации тоже не стоит. Российское общество (в котором, согласно социологическим опросам, на цифровую зависимость жалуется уже каждый второй) заинтересовано в том, чтобы вычищение цифры из быта началось уже сейчас. Выглядит фантастикой? Да, пожалуй. Но ведь когда-то и опиум по рецепту был фантастикой."
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2025-09-15 10:31 am (UTC)Система категоризации Живого Журнала посчитала, что вашу запись можно отнести к категории: Общество (https://www.livejournal.com/category/obschestvo/?utm_source=frank_comment).
Если вы считаете, что система ошиблась — напишите об этом в ответе на этот комментарий. Ваша обратная связь поможет сделать систему точнее.
Фрэнк,
команда ЖЖ.
no subject
Date: 2025-09-15 11:11 am (UTC)>А как насчет сопротивления IT-корпораций? Учитывая их доходы и связи, этого, конечно, не избежать.
"Кто нам мешает, тот нам и поможет!"
Я бы побурчал для вида по поводу недозакрытия-"замедления" Ютуба, если бы этот самый ютуб с упорством маньяка не навяливал бы мне самых одиозных хохлиных пропаGUN'DOWNов вроде Арестовича, беглую "российскую" "оппозицию" (шутка про морскую свинку, которая и не свинья и не морская) и тому подобных персонажей.
Более того, даже на набравший скорость ютуб лишний раз заходить не хочется. Всё равно что ходить в ресторан, где официант нет-нет да и подложит то таракана то муху то ещё какой прикол.
Да чего далеко ходить, вся политика Гугелей давно уже напоминает такого Тараса Бульбу на минималках. Мол, что я породил, то и задушу вот этими вот своими ручечками. Когда поиск начали цензурить и выкидывать оттуда всякую "неправильную" информацию уже встал вопрос, а зачем этот гугл вообще нужен, если не может найти заведомо существующую цитату там, куда ткнёшь его мордой через site:http://васяпупкин.инфо. Ну а искусственный идиот его просто добил.
— Окей, гугл, социальные протесты в США 1970х
— Да не было там никаких протестов.
— Окей, гугл, социальные протесты в США 1970х по поводу нефтяного кризиса.
— Да не было никаких протестов, успокойся, таблетки выпей, шизик.
— Как не было? Дальнобойщики бастовали, цены взлетели, автозаправки закрыли.
— Ты таблетки выпил?
— ... Гугл, ну не тупи. Война судного дня, нефтяной кризис, снижение добычи нефти в ОПЕК, социальные протесты в США по этому поводу.
— А-а-а! Понял! Ты, наверное, имел в виду "социальные протесты в России"?
Занавес.
Я, разумеется, чуточку утрировал но именно что чуточку. Суть "нововведений" примерно такова — либо вам честно скажут что "это чувствительная информация", либо искусственный идиот "включит дурака".
И так, в общем-то, везде. Что делают все эти "айти-компании?". Ну если честно? Паразитируют на наследии энтузиастов, хотевших счастья всем даром, обвешивая его, это самое наследие, нефункциональными свистоперделками и очередной монетизацией. То есть правильно, душат-душат-душат "своё" гм, детище. Эффективный менеджмен в любой стране примерно одинаков, тут выбор исключительно по степени деликатности — между комариком, который будет каждый день литр крови отсасывать и между чокнутым мясником, который хозяйскую корову сразу на куски порубит. Но, повторюсь, итог плюс-минус один и тот же.
no subject
Date: 2025-09-15 03:14 pm (UTC)no subject
Date: 2025-09-15 09:58 pm (UTC)Это неправда конечно. У меня отключены все рекомендации и я регулярно тыкаю в "Не интересует" в абсолютно все политическое. Тем не менее раз в месяц пропаганду он мне пытается подать.
no subject
Date: 2025-09-16 06:25 am (UTC)no subject
Date: 2025-09-16 01:21 pm (UTC)Не. У нас у всех одинаковое отвращение к пропаганде.
no subject
Date: 2025-09-17 08:59 am (UTC)no subject
Date: 2025-09-15 11:20 am (UTC)А как здесь не вспомнить Фейсбук/МЕТА?
Сначала фейсбуковцы русскую аудиторию к своему закрытию методично подготавливали, в открытую издеваясь — например, назначая модераторов-украинцев. Для которых бандеровщина — ни разу не язык ненависти. Когда и этого оказалось мало и вопрос встал ребром, пошли ва-банк:
— А мы вот не считаем, что призывы убивать русских — это что-то плохое.
Ну а я не считаю что банить уродов — это что-то плохое.
Много "доброго" про РКН могу сказать, но конкретно в случае с ФБ он всё-таки прав.
no subject
Date: 2025-09-15 12:15 pm (UTC)Фарш не провернуть назад, форумы забиты инструкции для англичан как обойти запреты.
Доступ к запрешенке и умение обойти становится признаком крутизны у пацанов. Таким и девушки дают.
.
Над детьми без смартфона смеются — они выпадают из общественной жизни, они не знаю последних новостей, их считают за лохов.
.
Так что вернуться к мракобесию не удастся.
no subject
Date: 2025-09-15 03:13 pm (UTC)no subject
Date: 2025-09-16 06:15 am (UTC)// В те времена [опиатами] активно пичкали даже детей: их рекомендовали от … обычного плача. ... Родители должны были работать; чтобы дети не плакали, им давали микстуру, состав которой сейчас вызывает оторопь.//
Очень интересная информация. Такое практиковалось в Индии – некоторые женщины, уходя на работу, пичкали детей опиумом, чтобы те не плакали. Подобные явления и давали всякой английской шушере повод для разной высокомерной болтовни («ответственность за это целиком возлагалась на родителей»). А оно вон как. Если, конечно, Орехов использует достоверные источники. Мне самому не встречалось.
// Но постепенно ПРИШЛО ПОНИМАНИЕ: НАРКОТИКИ – ТРАГЕДИЯ ВСЕГО ОБЩЕСТВА. И вот сначала наркотические вещества перестали отпускать без рецепта, потом их сделали очень дорогими, а уже в десятые–двадцатые годы прошлого века началась активная борьба с их продажей и распространением.//
Вот очень сомнительное утверждение. Хотя, конечно, можно допустить, что «в десятые–двадцатые годы прошлого века» такое еще было возможно.
Чей-то интерес - да, «пришло понимание» - вряд ли. Есть, к примеру, много объяснений атаки на курильщиков, но «забота о здоровье» - наименее вероятное из них. Как и в случае с недавней всемирной ангиной.
Этот ваш Орехов совсем крутой стал.
no subject
Date: 2025-09-17 03:33 am (UTC)Например, в России, наоборот, этот сценарий не реализовался даже в минимальной сущности. Во-первых, из-за растущего уровня жизни в целом, во-вторых из-за того, что цифровые наркотики отключают постепенно и отчасти заменяют на цифровую наркоту собственного производства. (А она такого плохого качества, что вместо привыкания вызывает отвращение. Вот и подумай, кто тут кого переиграл — Усманов с его VK/mailre государство — или государство всех цифровиков.)
В целом проблема цифровой зависимости есть, но порой происходит перегибание палки в обратную сторону. Хороший пример с луддитами. В историческом плане они проиграли, потому что пытались насилием остановить прогресс. Выживает же адаптация к новым условиям. Замена смартфона на кнопочный телефон выглядит как связывание наркоману одной руки за спиной — чтобы не ширялся. Никакого практического смысла, никакого отвыкания.
Лучшая прививка от проваливания в цифровую зависимость — это труд. Умственный, физический, а еще лучше сочетание умственного и физического труда. Мы еще слабо осознаем насколько труд меняет сознание, мораль и привычки. Труд не просто сделал из обезьяны человека, а делает постоянно из каждой отдельной обезьяны каждого отдельного человека. Только труд способен преодолеть негативные факторы цифровизации и дать в руки человечества отличный инструмент прогресса — компьютер (Интернет, ИИ и т.д.).
А что касается воспитания детей — то всё решает личный пример. Если папа играет всеми вечерами в онлайн игры, а мама постоянно висит в Инсте или соцсетях, то у детей можно отбирать смартфоны, запрещать интернет, не давать им калькулятор — но родительская модель общения с миром будет полностью скопирована. Если же родители ответственно и разумно используют современные технологии и при этом ощутимо трудятся — то и ребёнок найдёт правильную грань между Непалом и цифровой цивилизацией будущего.