Направление пути

[swamp_lynx]

Семья - это единственное, что ещё осталось от прежнего мира, только под таким углом надо рассматривать проблему ювенальной юстиции. Европейцы выбрали инкубатор, ограниченный десятками тысяч правил и законов, что делает отчуждение необратимым. В России, с одной стороны, общество более жёсткое (расслоение, как в США), с другой, ещё до конца не сформировавшееся. И в этом наш главный шанс, люди интуитивно тянутся к более справедливому устройству, а непривлекательность западной модели наглядно демонстрируют доморощенные люди будущего. Ювенальная юстиция призвана защищать от домашнего насилия, но совершенно неадекватна для мира, где предельная социальная атомизация. Антиутопия Кадзуо Исигуро "Не отпускай меня" именно об этом, общность уходит, и государство воспитывает либо абсолютных конформистов, либо их жертв.

Originally posted by avvakoum at Всхлипнем по Европке вместе с Миловым.

Ах ах ах. Кетай наступает Европа ковыряет в носу, вся покинутая. Ах ах, она может обидиццо.

Гражданин Милов, а вот чего хорошего мы из Европы видели?  Наполеон вломился и сжег Москву. Масоны напустили вшей, развратили туземное чиновье и даже пролов до изумления.  Про немцев надо ли вспоминать?  По банчку Соси Женераль соскучились, да? А про коррупционные скандалы забыли? Вот эти бомжи во всей красе: гнобят невинных людей, воруют, обманывают лохов.

Это которая из колоний Европки процветает? Африка?

Европейцы жгут фабрики, пытают людей, бомбят югославов, продают их на органы, растлевают детей своих и чужих, насилуют правосудие, расстреливают подростков и сидят-посиживают с комфортом (Брейвик). Европейцы убивают руководителей других стран только потому, что они одолжили им денег. (Ливия).

Или вот, возьмем Украину. Она, бедная, трепещет, из последних сил выбивается, а Европко все обещает обещать, посылая теток в гости, да всё пострашнее рожами а ногами помохнатее. На харчи хохловские. Отвратительное, паскудное зрелище очередного еврокидалова.

И Вам всё мало, гражданин Милов? А может быть Вы людоед?

Не, ну правда: чего хорошего мы видели оттуда, с Запада?

Ах культуру мы видели, да? Посмеялся. Это миф. Современная европка не в состоянии ничего нового и стоящего родить, и не в состоянии уберечь наследство своих великих предков.

Comments

[bastardsonoftyr.livejournal.com]

Это заставляет задуматься, и у меня есть свои соображения на этот счёт.
Ницше -- это апофеоз модерна, на нём сошлись все линии этой эпохи и все они в его личности были доведены до своего логического завершения. Вот некоторые из них.

Историцизм перешёл в сращивание с историческим потоком, совершенный релятивизм: кому нужно прошлое, если саму историю можно подвергать сознательному монтажу и проектированию? Ею можно стать.
Эстетизм, наследие поздних, отчаявшихся в возможности что-либо уже изменить романтиков, превратился в изуверскую меланхолию -- "театр жестокости". Так безумная молодёжь, которая не может найти себе места в опустевшем мире, обезбоженном и обезлюдевшем, не имеющем никакого центра притяжения, кроме выгоды и обладания, воспевает смерть и сладострастно упивается её образами.
Мир позитивизма, деонтологизированный, лишённый метафизики, оказался "реальностью, данной в феноменах" -- т.е. серией картинок без всякой бытийной основы; не более, чем конструкторское бюро для самых тщеславных.
Человек нового времени, столь усердно освобождавший себя от всякого "внешнего давления", оказался содержательно пуст. Он столкнулся с внешней и внутренней пропастью. Это была полная победа модерна: ничтожество, правящее ничем.

Просветители, либералы, социалисты всех цветов и оттенков -- они видели человекобога, но не смогли им стать. Ницше показал, как нужно отвергаться себя, чтобы получить целый мир в своё обладание. Здесь близится апофеоз для "личного-для-себя" человека. Совершив преступление, Каин уходит от Бога и строит город; но даже здесь, в рукотворной идиллии ему нет утешения, он уходит всё дальше и дальше от Бога, всё глубже и глубже -- в самого себя. Если левые делают вид, что ничего не произошло и просто интенсифицируют нигилизм, то Ницше смело разворачивает реальность из самого себя посредством сакрализованной жестокости. "Новый человек", продукт великих идеологий, балансирует на грани Ничто, и потому стремится закрепить собственную аутентичность в лихорадочных порывах страстей. Эти пароксизмы опустевшей личности должны доказать ей, что он всё ещё существует и что-то может. Это буйство импотентов: модернистское искусство, навязчивый демонизм, презрение к "низшим людям"...

"Воля к власти" -- то же, что третий подвид "болезни-к-смерти" у Кьеркегора: отчаяние, порождающее изуверство. Если в прежние времена человек приближался к истинному бытию через духовную борьбу и созерцание, то "новый человек" аутентичен в зверстве, в надрыве, в натиске на косную среду. Если вера уже невозможна, если отчаяние таково, что страдание теряет всякую перспективу и становится самоценным, тогда люди становятся друг для друга бесконечно далёкими садистами-мучителями; "судьями на исповеди" из "Падения" Камю. Сакрализованное насилие позволяет утвердить волю насильника-"сверхчеловека" над его клочком реальности: остатки субъекта выливаются на расплывающийся, фантасмагорический объект, конструируя из него собственный мир. В котором можно беззаветно любить своё лучшее творение -- самого себя.

Родившийся на этой почве постмодерн -- это самая тёмная ночь. Здесь уже ничего не будет. Показательно, что человек может лишь тогда быть подлинно собой, когда он не мнит себя центром мироздания. Ныне же он окончательно стал сам для себя чем-то внешним. Если, например, устранить человека как душу живую, чьё спасение осуществляется в истории и среди других душ, если убрать некий ordo amoris, иерархию ценностей, ограждённой от технического отношения к себе, то этому последует закономерное гниение и смерть. Грустно смотреть, как некоторые возмущаются, мол, куда же подевалось подлинно высокое искусство, понимание уместности тех или иных вещей в разных ситуациях, благородство, и проч. -- да вот туда и подевалось, вслед за человеком, миром и Богом; цельными, неподвластными нам универсалиями. Можно настрогать новую идеологию и насильно ею обложить; суть-то не изменится: это будет такое же поверхностное добрецо, как у обычных протестантов и "секулярных" производных от них.

Прежде, чем мы пришли к этой пустыне, бытие для нас перестало быть благом и даром. Со временем выветрились способности хранить и взращивать, быть благодарными. Иное отношение порождает, в конечном счёте, тяжкое безумие перед лицом Ничто и самоуничтожение.

[swamp-lynx.livejournal.com]

Одно время общался с людьми, которые переехали из России в Европу, и при этом образцовыми западниками. Далеко не сразу понял, что с ними не так, безграничный ужас перед чем-то по-настоящему живым. Наши люди тоже привыкли жить в виртуальной реальности, но она при этом воспринимается как нечто внешнее, пусть и занимающая большую часть жизни. Западничество выглядит иначе, там нет места человеку, только искусственные конструкции, и страх.