"Белый Бог" К.Мундруцо, Венгрия, 2014 г.
Feb. 26th, 2015 07:47 pmOriginally posted by
lev_semerkin at «Чем больше узнаю людей…
Очень хорошее кино – и зрелищное и серьезное, и конкретно-социальное и отвлеченно философское, но уж слишком загромождено смыслами, метафорами, аллегориями, ведущими в разные стороны. Посвящение Янчо, эпиграф из Рильке, «Венгерская рапсодия» Листа. Камерная история про девочку и пса превращается в фантастический триллер со стрельбой и кровью.
Классические образцы зоо-кино-философии – «Птицы» Хичкока, «Балтазар» Брессона совсем (неслыханно, еретически) просты и безыскусны. Зрелые мастера работают спокойно, а этот фильм (этого режиссера) разрывает изнутри. Начинается в спокойной манере, с семьи – ячейки общества.
Родители в разводе, ребенок по большому счету ни матери, ни отцу не нужен. Собака только обостряет и проявляет эту ненужность. Отец между прочим работает на скотобойне, проверяет туши – натуралистическая сцена, маленькая тревожная деталь, тревожный намек на дальнейшую развертку отношений людей к животным.
И далее разворачивается образ Будапешта, современного города, современного мира, неуютного, злого, жесткого, холодного. Ни у кого ни с кем нет естественных человеческих отношений, привязанностей – ни у отца с матерью, ни у отца с дочерью, ни у преподавателя и учеников, ни у учеников между собой, ни у соседей по дому, ни у коллег по работе, ни у партнеров по криминальному собачьему бизнесу. Все злятся и собачатся, наезжают и обманывают. Тотальное отчуждение, люди разделены заборами, автомобилями, решетками, законами, деньгами.
Единственная настоящая привязанность – между девочкой и собакой (и еще между двумя собаками). В этом городе, в этом мире у таких привязанностей нет никаких перспектив.
Человеческое, душевное оттеснено на обочину (на свалку, в подполье, за решетку) и там оно мутирует, копит месть, оборачивается прямой агрессией и вырывается на улицы.
Режиссер приводит аналогию с цыганами ( http://www.colta.ru/articles/cinema/3267/ ). А у меня возникла прямая аналогия с майданом в одном из эпизодов (когда отряд полицейских держит оборону).
Животные (собаки) как зеркало поставленное перед человеком. В нем можно увидеть природу (и собственную природу, и природу собственной стаи-общества и природу вещей). Природа амбивалентна. И только, когда доходит до крайности, оказывается, что эти крайности сходятся
«Чудовище, которое ужасает тебя, больше всего нуждается в твоей любви».
Любовь спасет мир, но если она вытеснена из города, ее место займет ненависть, природа не терпит пустоты.
А как же красота, красота спасет мир? В фильме есть режиссерская рефлексия и на эту тему. Красота (музыка) в башне из слоновой кости, башня в осаде, но отсидеться за стенами филармонии не получится.
Надо выходить и смотреть прямо в глаза собаке/Богу (dog/god) и сыграть соло трубы прямо ему.
Актеры люди в этом фильме играют впроброс, в бытовой, закрытой манере, а вот работа с собаками потрясающая, собачьи глаза (зеркала человеческой души) впечатываются в память навсегда.
Классические образцы зоо-кино-философии – «Птицы» Хичкока, «Балтазар» Брессона совсем (неслыханно, еретически) просты и безыскусны. Зрелые мастера работают спокойно, а этот фильм (этого режиссера) разрывает изнутри. Начинается в спокойной манере, с семьи – ячейки общества.
Родители в разводе, ребенок по большому счету ни матери, ни отцу не нужен. Собака только обостряет и проявляет эту ненужность. Отец между прочим работает на скотобойне, проверяет туши – натуралистическая сцена, маленькая тревожная деталь, тревожный намек на дальнейшую развертку отношений людей к животным.
И далее разворачивается образ Будапешта, современного города, современного мира, неуютного, злого, жесткого, холодного. Ни у кого ни с кем нет естественных человеческих отношений, привязанностей – ни у отца с матерью, ни у отца с дочерью, ни у преподавателя и учеников, ни у учеников между собой, ни у соседей по дому, ни у коллег по работе, ни у партнеров по криминальному собачьему бизнесу. Все злятся и собачатся, наезжают и обманывают. Тотальное отчуждение, люди разделены заборами, автомобилями, решетками, законами, деньгами.
Единственная настоящая привязанность – между девочкой и собакой (и еще между двумя собаками). В этом городе, в этом мире у таких привязанностей нет никаких перспектив.
Человеческое, душевное оттеснено на обочину (на свалку, в подполье, за решетку) и там оно мутирует, копит месть, оборачивается прямой агрессией и вырывается на улицы.
Режиссер приводит аналогию с цыганами ( http://www.colta.ru/articles/cinema/3267/ ). А у меня возникла прямая аналогия с майданом в одном из эпизодов (когда отряд полицейских держит оборону).
Животные (собаки) как зеркало поставленное перед человеком. В нем можно увидеть природу (и собственную природу, и природу собственной стаи-общества и природу вещей). Природа амбивалентна. И только, когда доходит до крайности, оказывается, что эти крайности сходятся
«Чудовище, которое ужасает тебя, больше всего нуждается в твоей любви».
Любовь спасет мир, но если она вытеснена из города, ее место займет ненависть, природа не терпит пустоты.
А как же красота, красота спасет мир? В фильме есть режиссерская рефлексия и на эту тему. Красота (музыка) в башне из слоновой кости, башня в осаде, но отсидеться за стенами филармонии не получится.
Надо выходить и смотреть прямо в глаза собаке/Богу (dog/god) и сыграть соло трубы прямо ему.
Актеры люди в этом фильме играют впроброс, в бытовой, закрытой манере, а вот работа с собаками потрясающая, собачьи глаза (зеркала человеческой души) впечатываются в память навсегда.