"Разочарование иранцев в «западных» идеологиях – национализме, коммунизме и либерализме – отчетливо проявилось в 1960-е. На фоне затухания политической жизни после расцвета 40-х – начала 50-х., установления двухпартийной системы (про которую сами иранцы шутили, что теперь есть два варианта для голосования – «да» и «да, господин») и авторитарной модернизации, проводимой Мохаммадом-Резой Пехлеви, мучительный поиск альтернативы был неизбежен. Стремление найти «третий путь» в иранском случае сводилось не только к возвращению к «красному шиизму», как это предлагал Али Шариати." Телеграм канал Pax Iranica.

"Близкий друг Шариати писатель и публицист Джалал-е Ал-е Ахмад (1924–1969) развивает свою критику западных моделей развития Ирана в вышедшем в 1962 г. сочинении «Поражение Западом» (ġarbzādegī). Эта книга становится настоящим интеллектуальным прорывом и своего рода манифестом «иранского нативизма». Ал-е Ахмад провозглашает необходимость «возвращения к себе» и поиска собственных методов построения настоящего и будущего: «Тысячу лет назад Насир Хосров уже все сказал, и это всегда было прямо передо мной. Это он научил меня писать, а не Ньютон или Сартр».
Ал-е Ахмад говорит о приоритете иранского поэта и мыслителя перед Ньютоном и Сартром, таким образом создавая свою особую версию «иранской традиции»: именно на ее основании, по мнению автора, необходимо строить будущее Ирана. Западные стандарты неприменимы для иранской действительности – Ал-е Ахмад называет влияние Запада «болезнью», от которой Ирану необходимо излечиться. «Поражение Западом» – это цивилизационный и культурный вызов навязываемым в течение долгого времени культурным ценностям и встать на собственный путь. «Двести лет мы напоминали ворона, который хочет быть похожим на куропатку», – резюмирует Ал-е Ахмад.
Упоминание двух птиц отнюдь не случайно и отсылает к известной иранской притче, в которой ворон был восхищен оперением и поступью куропатки. Так как он не мог отрастить такие же перья, то хотел научиться ходить, как она, однако в результате забыл собственную поступь. Выбор именно этой истории, приводимой, в частности, последним персидским классиком Джами, также кажется осознанным. В тех случаях, когда Шариати предлагает искать иранскую идентичность в шиизме, Ал-е Ахмад уповает на литературную традицию и пытается найти основу для «особого пути» Ирана именно в его богатейшей культурной традиции, способной бросить вызов Западу.
Ал-е Ахмад, как и Шариати, не дожил до Исламской революции, однако их влияние на революционную идеологию видно невооруженным взглядом и признается (пусть, кажется, и не в должной мере) нынешним иранским официозом. «Третий путь» Ирана четко выражен в революционном лозунге «ни Запад, ни Восток», а в словах лидера революции Рухоллы Хомейни об отсталости мусульман из-за поклонения перед Западом отчетливо прослеживается образность и риторика Ал-е Ахмада: «Чтобы излечить эту болезнь, мы должны заменить западную форму правления на исламскую. До этого все в нашей жизни было на западный манер. Если мы избавимся от этого, то увидим, кто мы есть на самом деле»."

"Близкий друг Шариати писатель и публицист Джалал-е Ал-е Ахмад (1924–1969) развивает свою критику западных моделей развития Ирана в вышедшем в 1962 г. сочинении «Поражение Западом» (ġarbzādegī). Эта книга становится настоящим интеллектуальным прорывом и своего рода манифестом «иранского нативизма». Ал-е Ахмад провозглашает необходимость «возвращения к себе» и поиска собственных методов построения настоящего и будущего: «Тысячу лет назад Насир Хосров уже все сказал, и это всегда было прямо передо мной. Это он научил меня писать, а не Ньютон или Сартр».
Ал-е Ахмад говорит о приоритете иранского поэта и мыслителя перед Ньютоном и Сартром, таким образом создавая свою особую версию «иранской традиции»: именно на ее основании, по мнению автора, необходимо строить будущее Ирана. Западные стандарты неприменимы для иранской действительности – Ал-е Ахмад называет влияние Запада «болезнью», от которой Ирану необходимо излечиться. «Поражение Западом» – это цивилизационный и культурный вызов навязываемым в течение долгого времени культурным ценностям и встать на собственный путь. «Двести лет мы напоминали ворона, который хочет быть похожим на куропатку», – резюмирует Ал-е Ахмад.
Упоминание двух птиц отнюдь не случайно и отсылает к известной иранской притче, в которой ворон был восхищен оперением и поступью куропатки. Так как он не мог отрастить такие же перья, то хотел научиться ходить, как она, однако в результате забыл собственную поступь. Выбор именно этой истории, приводимой, в частности, последним персидским классиком Джами, также кажется осознанным. В тех случаях, когда Шариати предлагает искать иранскую идентичность в шиизме, Ал-е Ахмад уповает на литературную традицию и пытается найти основу для «особого пути» Ирана именно в его богатейшей культурной традиции, способной бросить вызов Западу.
Ал-е Ахмад, как и Шариати, не дожил до Исламской революции, однако их влияние на революционную идеологию видно невооруженным взглядом и признается (пусть, кажется, и не в должной мере) нынешним иранским официозом. «Третий путь» Ирана четко выражен в революционном лозунге «ни Запад, ни Восток», а в словах лидера революции Рухоллы Хомейни об отсталости мусульман из-за поклонения перед Западом отчетливо прослеживается образность и риторика Ал-е Ахмада: «Чтобы излечить эту болезнь, мы должны заменить западную форму правления на исламскую. До этого все в нашей жизни было на западный манер. Если мы избавимся от этого, то увидим, кто мы есть на самом деле»."
no subject
Date: 2021-02-20 04:11 pm (UTC)