Что такое эпоха модерна
Aug. 18th, 2021 12:00 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
swamp_lynxOriginally posted by ![[livejournal.com profile]](https://www.dreamwidth.org/img/external/lj-userinfo.gif)
dpmmax at Английская психиатрия начала XIX века
dpmmax at Английская психиатрия начала XIX векаИз-за нескольких скандалов в прессе Парламент всё же обратил внимание на то, что творится в сумасшедших домах. Особой комиссии по душевным болезням, которая, оказывается, была создана ещё черт-те когда, чуть ли не с момента принятия «Акта парламента о правилах содержания домов для умалишённых» в 1774 году и с тех пор считалась вполне себе уютной синекурой, пришлось предпринять какие-то телодвижения...
Переполненными палатами и кандалами по тем временам сложно было кого-либо удивить. Но этим перечень и не исчерпывался. Выяснилось, что на ночь в некоторых лечебницах было принято загонять больных в чуланы — без отопления, без единого поганого ведра, не говоря уже об освещении. Зато какая экономия на постельном белье! В других заведениях, особенно в тихой провинции, больных с вечера субботы до утра понедельника попросту приковывали к койкам и запирали палаты на ключ — выходные же, персоналу положен отдых! О том, чтобы хоть как-то разводить по разным палатам буйных и спокойных больных, речи не шло вообще: а зачем? Все одинаково сумасшедшие. И насчёт сытной кормежки Тенон в свое время либо сильно загнул, либо с тех пор рацион заметно сократили: полуголодное существование комиссары обнаружили практически повсеместно.
На этом фоне даже грязь, рваное бельё и непрекращающиеся вопли не столь сильно ушибали. Документация, соответственно, велась сильно в пользу бравурных цифр. Переместить три сотни умерших в списки поправившихся? Да легко! Ну ведь, если разобраться, сумасшествие-то у них прошло. А то, что и жизнь тоже — ну бывает. Про исчезнувших пациентов и говорить нечего: был человек — и нет человека. И из списков тоже куда-то испарился. Когда комиссия прижала администрацию очередной такой психиатрической лечебницы, главврач решил — да гори оно всё синим пламенем. Вернее, приказал. Оно и загорелось. Хотели спалить и больных, и документы, но успели только канцелярию, что, впрочем, тоже можно было считать успехом: поди-ка теперь разберись, что тут к чему к кто кому Бэзил.
Добралась комиссия и до Бедлама. И, несмотря на авторитетное противостояние целого клана «сумасшедших докторов» Монро, добилась, чтобы комиссаров пустили всюду, где они хотели бы побывать. Увиденное не сильно отличалось от общей картины в среднем по стране. Нижней палате Парламента был предоставлен отчёт и по Бедламу тоже — и увы, совсем не такой, каким его хотела бы видеть администрация больницы:
«Больные были прикованы к стене цепями, они были в отрепьях и босы; некоторые были совершенно слабоумны, неопрятны, покрыты грязью, и тут же рядом находились другие, еще вполне сознательные и даже культурные люди. В отдельных камерах лежали на соломе голые женщины, едва прикрытые дырявыми одеялами. В одной из клетушек мужского отделения был найден больной, изображенный впоследствии на рисунке в книге Эскироля. Это был когда-то сильный энергичный человек, по фамилии Норрис. После того, как он однажды ударил надсмотрщика, его посадили на длинную цепь, которая проведена была через отверстие в соседнюю комнату, откуда победитель-надсмотрщик мог притискивать больного к стене, укорачивая цепь, как угодно. В таком рабстве Норрис прожил 12 лет. Наконец явилось избавление, но было уже поздно, так как через год он умер».
Переполненными палатами и кандалами по тем временам сложно было кого-либо удивить. Но этим перечень и не исчерпывался. Выяснилось, что на ночь в некоторых лечебницах было принято загонять больных в чуланы — без отопления, без единого поганого ведра, не говоря уже об освещении. Зато какая экономия на постельном белье! В других заведениях, особенно в тихой провинции, больных с вечера субботы до утра понедельника попросту приковывали к койкам и запирали палаты на ключ — выходные же, персоналу положен отдых! О том, чтобы хоть как-то разводить по разным палатам буйных и спокойных больных, речи не шло вообще: а зачем? Все одинаково сумасшедшие. И насчёт сытной кормежки Тенон в свое время либо сильно загнул, либо с тех пор рацион заметно сократили: полуголодное существование комиссары обнаружили практически повсеместно.
На этом фоне даже грязь, рваное бельё и непрекращающиеся вопли не столь сильно ушибали. Документация, соответственно, велась сильно в пользу бравурных цифр. Переместить три сотни умерших в списки поправившихся? Да легко! Ну ведь, если разобраться, сумасшествие-то у них прошло. А то, что и жизнь тоже — ну бывает. Про исчезнувших пациентов и говорить нечего: был человек — и нет человека. И из списков тоже куда-то испарился. Когда комиссия прижала администрацию очередной такой психиатрической лечебницы, главврач решил — да гори оно всё синим пламенем. Вернее, приказал. Оно и загорелось. Хотели спалить и больных, и документы, но успели только канцелярию, что, впрочем, тоже можно было считать успехом: поди-ка теперь разберись, что тут к чему к кто кому Бэзил.
Добралась комиссия и до Бедлама. И, несмотря на авторитетное противостояние целого клана «сумасшедших докторов» Монро, добилась, чтобы комиссаров пустили всюду, где они хотели бы побывать. Увиденное не сильно отличалось от общей картины в среднем по стране. Нижней палате Парламента был предоставлен отчёт и по Бедламу тоже — и увы, совсем не такой, каким его хотела бы видеть администрация больницы:
«Больные были прикованы к стене цепями, они были в отрепьях и босы; некоторые были совершенно слабоумны, неопрятны, покрыты грязью, и тут же рядом находились другие, еще вполне сознательные и даже культурные люди. В отдельных камерах лежали на соломе голые женщины, едва прикрытые дырявыми одеялами. В одной из клетушек мужского отделения был найден больной, изображенный впоследствии на рисунке в книге Эскироля. Это был когда-то сильный энергичный человек, по фамилии Норрис. После того, как он однажды ударил надсмотрщика, его посадили на длинную цепь, которая проведена была через отверстие в соседнюю комнату, откуда победитель-надсмотрщик мог притискивать больного к стене, укорачивая цепь, как угодно. В таком рабстве Норрис прожил 12 лет. Наконец явилось избавление, но было уже поздно, так как через год он умер».
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2021-08-18 09:01 am (UTC)LiveJournal categorization system detected that your entry belongs to the following categories: Здоровье (https://www.livejournal.com/category/zdorove?utm_source=frank_comment), История (https://www.livejournal.com/category/istoriya?utm_source=frank_comment), Медицина (https://www.livejournal.com/category/medicina?utm_source=frank_comment).
If you think that this choice was wrong please reply this comment. Your feedback will help us improve system.
Frank,
LJ Team
no subject
Date: 2021-08-25 05:20 pm (UTC)no subject
Date: 2021-08-25 05:42 pm (UTC)