![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
swamp_lynxflikce. Люди вступают в общение по двум причинам. Выяснить отношения, кто круче и выше в социальном плане. И для прояснения какого-то вопроса, т.е. по делу.
Бесплодными, наверное, считаются первые? Выяснение отношений можно сравнить с игрой в царя горы. Только ты залез наверх, тебя тут же стащили вниз. И так по кругу. И смысл такой же. Игра.
Только в социальной игре многие не видят, что происходит. Поэтому когда их стаскивают с вершины им очень обидно. При этом они не видят, что только что точно также стащили вниз кого-то. Ну и играть нужно с дружественно настроенными людьми. И в физическую игру и в социальную. Иначе травмы неизбежны. Не друг может и за ухо стащить и за другие нежные места. А в дружеской компании словесные пикировки это весело и необидно. И даже если немного приложили, терпишь. Как и на горке.
swamp_lynx. В социальный пикировках смысл, кто останется живым, а кто нет — ну это если брать в пределе. Человек занимает хорошее место в социальной иерархии — он нужный, полезный, принимаемый, а того, кого отторгают в тьму внешнюю, — изгой, он умирает в лесу. Никто не хочет быть аут-сайдером. Ну или вместе с такими же отверженными пытается выживать, часто опираясь на другие социальные системы, и иногда переворачивает пирамиду в революционной ситуации.
Игры же работают действительно только в своём социальном кругу. Когда кто-то пытается играть в ту же игру, в которую он играет с друзьями, с другими людьми, то это конфикт. Поэтому так плохи эмоции при взаимодействиях людей из разных социальных слоёв, они сводятся к самоутверждению. Тут надо сохранять дистанцию и взаимодействовать по делу, пока не подружитесь. А если дружба рассыпалась, также без эмоций постараться разойтись в разные стороны.
Часто случаются конфликты из-за симулякра "общечеловеческих ценностей", как будто всё человечество должно играть в одну единственное игру, которую устанавливает западное общество. Например, так пытались делать герои фильма "Ад каннибалов", пока их не съели. Не повезло, оказались аутсайдерами вне своего социального круга, также не повезло кузине Рэйчел, которая пыталась обыграть наследственную аристократию, или матери Кевина из "Что-то не так с Кевином".
Злой рок менеджеров Кати и Олега — это полицейская фигура эпохи модерна (см. «Надзирать и наказывать: Рождение тюрьмы» Мишеля Фуко). Она не осознаётся, но незримо присутствует в жизни каждого современного человека, у которого иногда возникает мысль меньше зависеть от социальных правил и стандартов. "Нет, широк человек, слишком даже широк, я бы сузил." Начинается всё конечно с родителей, которые сами запуганы до полусмерти. Американские фильмы ужасов самой прогрессистской страны мира (единственной страны перманентной революции) — это комфортный, удобный фон человека, против которого он не смеет даже пикнуть.
Кевин — тень добропорядочных родителей, которая оформилась в маньяка, потому что они не просто её не осознавали, но даже не чувствовали, их полностью поглотили социальные роли.
Злому року родителей Кевина, которого оберегают даже когда из-за него пострадала сестра, хочется противопоставить долг перед обществом матери из рассказа Николая Носова, которая совсем иначе отреагировала на воровство сыном огурцов. Если человек абсолютизирует собственную слабость, то действительно ничего сделать нельзя, даже если ставка собственная жизнь и жизнь близких.
Жизнь современного человека вполне укладывается в некоторые философские рамки, и за них можно выйти, если о них знать. Юнговские маска и тень в этом ох как полезны, потому что тень есть не только у делинквента (если цель совладать со странностями ребёнка), она есть у любого человека, и он с её помощью может делинквента остановить, тот потенциал, который сейчас редко реализуется из-за идеала среднего класса с расслабленным, позитивным (чуть не сказал позитивистским) человеком, для которого мир в некотором роде большая игровая комната.
Я как-то встречал на IMDB опрос (там голосуют десятки тысяч кинозрителей) "лучший персонаж всех времён", который показался интересным своими результатами. Начало списка прочно оккупировали злодеи с Джокером во главе, дальше "тёмное я" Эдварда Нортона в "Бойцовском клубе", на пятом месте Дарт Вейдер. По версии журнала Empire первая пятёрка выглядит так: Тайлер Дарден, Дарт Вейдер, Джокер, Хан Соло, Доктор Ганнибал Лектер.
Людям тесно в социальной маске, хочется вытащить на свет то, что скрыто. И чем больше это подавляется в тем более уродливой форме хочет вылезти. У меня есть знакомые неудачливые люди: на вид милейшие мужчины и женщины, предупредительные, мягкие, но при этом, находясь рядом, немного подтрясывает из-за их нереализованной агрессии. Неудивительно, что, находясь в узких рамках социума, они обречены ничего не достичь, тут либо пан и кардинальные изменения, либо всё та же одинокая тягомотина, когда люди вежливо извиняются и отходят в сторону.
В теме про решение проблемы обратил внимание на подмену, что либо ты можешь всё решить, либо жизнь это цепочка случайностей, хотя в тексте подчёркнуто, что собственное всемогущество также неадекватно, как собственное ничтожество, когда человек игрушка в руках "рэндома".
Психология, как минимум с 19-го века, ориентирована на то, чтобы человек учился брать больше ответственности за собственную жизнь, учился понимать свой внутренний мир. Непонятно такое яростное желание свалить ответственность на окружающих, учитывая, что обсуждалась взрослая героиня. Плохие люди сделали плохо, а почему не поискать хороших людей? Или хотя бы не таких плохих, которые держат в тотальном рабстве, что пошевелиться нельзя. Разве прятаться от проблемы единственный выход. Похоже, да. Все достижения психологии можно выбрасывать.
Мне кажется, фактор волевого целеполагания часто отрицается на основании того, что усилий надо прикладывать много, причём всю жизнь, а отдача видится небольшой. Ты всего лишь прожил свою жизнь на максимуме, что необязательно даже привело к какому-то ощутимому материальному успеху. И стоило ли оно того. Для по-настоящем верующих людей или принадлежащим к философским школам, которые предполагают определённый путь, такой вопрос не стоит, но мы живём в светском обществе, где на вершине ценности комфортной жизни. Поэтому, конечно, люди сожалеют, что у них того нет, сего нет, но кажется вселенской несправедливостью ещё и прилагать постоянные усилия, то есть делать жизнь тяжелее, хотя и так плохо.
Ещё есть вариант душу соблазнить, а дух блокировать. Сейчас явно реализуется антиутопия по Хаксли, чем по Оруэллу. Забвение бытия, как называл происходящее Хайдеггер, а Ги Дебор уточнял про Общество спектакля. Очень много заламывания рук, манипуляций собственными страданиями и убеждённости, что ничего не надо делать, зачем отвлекаться от потребления всё более виртуальных товаров и услуг.
Тут каждый второй пост о плохом отношении в детстве и полученных травмах. А почему не справляются, потому что есть вещи поважнее: подумать, что мимокрокодилы скажут, слушать не свои чувства, а болтовню витающего в облаках мужа, поунижаться на работе, позавидовать окружающим.
az118. "Основной закон этологии. В сверхнекомфортной среде обитания популяция быстро погибает, ибо у нее не хватает сил для адаптации и выживания.
в сверхкомфортной среде обитания популяция быстро вырождается, ибо ей не нужно напрягать силы для выживания, что вызывает деадаптацию к нормальной для нее среде обитания и тоже гибель после неизбежного возвращения к ней.
т.н. прогресс создает ненормальную сверхкомфортную для хомо искусственную среду обитания."
Морлоки и элои — это ведь писалось по реалиям конца 19-го века, совершенно жуткого времени, но многим нравятся искусственные страдания аристократов. Туда мы сейчас и возвращаемся, когда у одних невыносимые страдания от бессмысленности жизни, а у других от невозможности к этой бессмысленности прикоснуться, которая подвешена как морковка, которую никогда не достичь.
Евгений Головин. "Комфорта не добиться без постоянного развития техники и коллективного труда. Причем это не обычная необходимая работа, как бывало в старину. Это кропотливый, тяжелый, ежедневный, многочасовой, доходящий до непосильности труд, однообразный до остервенения в силу растущей специализации.
Низшие уровни грубой силой всегда превосходят высшие. Тело покорило душу, притянуло ее к себе, навязало свои интересы, радости и печали и, в конце концов, ассимилировало так, что самоё понятие о душе растворилось в телесной эмоциональности.
Аналогичную роль сыграла душа по отношению к духу. Он утратил свою спиритуальность, свой «умный огонь, интеллектуальную интуицию, гармонию Гермеса и Гестии», затребовав свою долю комфорта, которая выражалась в создании удобных условий для умственной работы, то есть для рациональных расчетов.
Люди поначалу растерялись, ощутив одиночество среди четырех космических стихий: умственное усилие вместо божьей помощи; ни ангелов-хранителей, ни благостного утешения церкви, в случае беды, ни достойных проповедников, объяснивших бы позитивность новой ситуации. Церковь сама пришла в колебание, ибо христианские призывы достигли обратного результата: облегчение жизни, замена роскоши для немногих скромным комфортом для большинства сплотило тело, душу и дух в чудовищное единство под безусловным диктатом тела. Христианство уступило вере в бесконечный прогресс и диким социальным утопиям.
Конкретные переживания незаметно сменились искусственными, фальшивыми, призрачными настолько, что в нашем тенеобразном существовании мы давно забыли о реальной жизни – о ней только напоминают бедствия, катастрофы и смерть. Но о последней думают мало, разве только на поминках. Потом вновь, очертя голову, кидаются в круг дешевых развлечений. Жить стало привлекательно и дешево.
Страх утрачивает свое магическое действие. Атомную войну или многочисленных жертв пандемий можно равным образом разглядывать на экране. Наступает торжество «общей теории относительности». Франциск Ассизкий и Джек Потрошитель мало чем отличаются друг от друга. Право и бесправие, милосердие и жестокость, справедливость и алчность, гений и злодейство, дети и взрослые, мужчины и женщины – все это тяготеет к одинаковости. Пламя костра Жанны д’ Арк и отравительницы Дарю одинакого цвета. Это не утопия в духе Замятина или Хаксли. Это современная сиюминутная жизнь-смерть."
swamp_lynx. Крайне стигматизирован выход за рамки стереотипов. На человека косо смотрят, если он не полностью вписан в социум, таким не положено счастье человека среднего класса. Героиня ради картинки счастья перекрыла связь с самой собой, но в отличие от зомби-отца чувствовала ненормальность ситуации. Да, ломать картинку страшно, но она взрослая, это и есть взрослость жить в реальности, пробиваться к ней любой ценой. Делай, что должно, а не чтобы другим понравиться. Она старалась ради начальства, соответствуя роли, ради мужа, соответствуя роли, ради мимокрокодилов, но не ради себя, это предательство себя прежде всего. Если брать Берна, то предательство Ребёнка в себе, который что-то чувствовал. И, скорее всего, она действительно ничего не могла сделать, потому что нигде этому не учат, не показывают на примерах, а в родительской семье всё было плохо, не получилось впитать с молоком матери.
Раньше снимали много фильмов, когда человек выбирает между "счастьем" и долгом долг. Из последних "Прощай детка, прощай", когда главный герой вернул дочь матери, которую тут вряд ли стали бы защищать, культурой не вышла, а его невеста и напарница была уверена, что надо преступить закон и оставить девочку похитителям из богатой семьи. Непростой конфликт, где герой теряет возлюбленную и приобретает кучу головной боли, потому что чувствует ответственнось за девочку и не оставит её.
flikce. Лимбическая система мозга чувствует, кора мозга понимает. В лимбической системе начинается активность, в коре это отражается (поэтому называется рефлексия) и оформляется в виде осознания проблемы (есть хочу). Потом в коре происходит поиск решения (сделать бутерброд). Которое потом реализуется телом. Страдание - чувство, голод - понимание. Разные отделы мозга работают. Может так понятней.
Пойнт в том, что под проблемами сейчас понимают мысль, которая пришла не как результат рефлексии своих ощущений, а как результат внешнего внушения (как надо жить). Первое является проблемой, поддержано энергетически и при решении дает радость. А второе не является проблемой, не поддержано энергетически и при решении вызывает фрустрацию.
Думаю, стоит обозначить, что является проблемой. Например, говорят, что Бог дает проблемы по силам человека. В таком контексте да, любая проблема может быть решена, т.е. исчезнет. И в таком контексте большинство проблем являются надуманными — "мне нужен именно такой результат именно такими средствами." Отсутствие ног, больной ребенок — это не проблемы, а обстоятельства жизни. Так же как отсутствие крыльев или третьего глаза у большинства.
Не силы даются для решения проблемы, а появление силы осознается как наличие проблемы (а ощущается как страдание, от которого хочется избавиться). Например, когда тело нуждается в очередной порции пищи, оно генерирует энергию, которая ощущается как нечто неприятное и осознается как голод (проблема). И потом ищется решение.
И в этом смысле отсутствие ног — это не проблема, а то, что надо учитывать при поиске решения настоящей проблемы. И тогда, кстати, чем больше сил, тем больше проблем. Но и возможностей для радости и счастья. Потому что трата излишних сил вызывает специфическое чувство под названием радость.
Я хотел отделить действительные собственные проблемы человека от надуманных. Появление лишней энергии и осознается как проблема. А когда эта энергия тратится проблема исчезает. Поэтому, например, дети радостно скачут, тратя излишки своей телесной энергии. А если их заставить сидеть смирно — страдают. Ощущают избыток энергии и это воспринимается как страдание.
Проблема — это то, что может быть решено. Иначе какая же это проблема.
Если вы можете установить пандус, то его можно назвать проблемой и решить. Если не можете, нет смысла называть его проблемой. Надо откатиться к проблеме, которую вы хотели решить с помощью установки пандуса и начать искать решение в другом направлении. И так откатываться можно вплоть до базовой потребности. Ну например, посадили человека в тюрьму и он автоматически откатывается. Вчерашние его проблемы перестают ими быть. Какой сериал выбрать или какую машину купить.
swamp_lynx. Очень откликнулась картинка счастливой жизни, которая важнее самой жизни, у меня очень много крови попила. Помню, долго не получалось вылезти из бесконечных переживаний из-за невозможности жить нормальной жизнью. Когда я начинал жить "как надо", "как принято", через время всё само собой разрушалось, а я и дальше лез в эту сторону. Только несколько месяцев больницы и годы реабилитации меня всерьё затормозили. Сразу стала понятнее книга "Болезнь как путь" Рудигера Дальке. Все мучительные процедуры, через которые каждый день приходилось проходить, воспринимались легче, чем прежнее желание жить "как надо". Оказалось, что есть вещи и пострашнее физической немощи и беззащитности. Так что я нормально отношусь к идее, что разрушение нормальной жизни для кого-то может быть чем-то освобождающим, для меня было. Что я не вписывался в нормальную жизнь — это было удачей, что, я к сожалению, не мог понять, было слишком мало людей, в которых можно было увидеть здесь опору. А вот страдания к этому пониманию привели. Они были совсем не случайны и во многом связаны с разрушением иллюзий, что я считаю настоящим благом. При этом я понимаю и противоположную точку зрения, что это зло. Был в этом искренне убеждён, люди сами от такого не отказываются, могут какие-то события в жизни научить, а могут и не научить, картиночное счастье очень сильно и даже через страдания может не отпустить, наоборот, человек в вере в него только укрепится. Особенно укрепятся те, кто смотрит со стороны, сам таким был, не без брезгливости смотрел на тех, "кому не повезло". Думал, что ад у них, а оказалось, что он был у меня, всего такого перспективного и лицемерно милосердного. Так что уверен, что жалости не меньше достойны и те "кому повезло", им в чём-то сложнее находить себя, что и есть настоящее счастье, а не искусственное картиночное. Счастье в нас самих, а не в потреблении, так называемом творчестве и прочих симулякрах, и хорошо, конечно, приходить к должному напряжению жизни без страданий, но почему-то не так много примеров этого вижу.
Проблема именно восприятия из-за невозможности видеть альтернативы. И страдания меняют восприятие, у Эрнста Юнгера есть эссе о боли, что люди дошли до такой стадии, что только боль приводит их в чувство (или не приводит, тут надо и клювом не щёлкать).
Написал по мотивам переживаний участников, что вот у людей может рухнуть жизнь и это непереживаемо. Да, наверное, так бывает, а для меня разрушение жизни стало чем-то хорошим. Никому не желаю, но и свой опыт отрицать не хочу.
hillaine. Люди, которые видят решение проблемы исключительно в изменении условий - мне нужен именно такой результат именно такими средствами а если так не получается то я бессильна что то изменить — видятся мне вовсе не бессильными, не носителями ощущения бессилия, а скорее хозяевами жизни: это не смиренный подход, это по сути наглость.
Сложность сложных ситуаций часто именно в том и состоит что не получается и на елку залезть и ноги не ободрать. Например твоя личная воля "хочу как я хочу" сталкивается с потребностями ребенка в большем контакте чем ты хочешь/готов ему давать. И тут уже разговоры про уважение личной воли и границ звучат уже не так достойно, раз эта воля реализуется через страдание другого. Социальное чаще всего негибкое, застывшее, потому что не очень живое, мои границы стоят вот здесь и хоть убейтесь все, в то время как человеческое — может изменяться и изменять своё "хочу", расти, в том числе сталкиваясь с трудностями.
swamp_lynx. Мне кажется, одно из самых отвратительных социальных явлений — это френдзона, когда один человек откровенно паразитирует на чувствах другого. Тот у кого есть социальные преимущества, вместо того чтобы становиться сильнее, использует другого, чтобы почувствовать наслаждение властью. Но так как власть получена обманным путём, то наслаждение это больное. Чтобы такого избежать, нужна прежде всего честность перед собой, что это не ты такой крутой, а другой человек в более сложной ситуации, а ты её только ухудшаешь, разрушая веру в хорошее. В итоге юноши и девушки, которых использовали для сомнительных целей, перестают верить в романтику, впитывают в себя часть стереотипов манипулятора и рискуют стать куда менее счастливыми в браке, пока не переживут подобный опыт и полностью не избавятся от клещей в голове.
Если человек задумывается и пытается размышлять, то он самоутверждается, я не в первый раз с такой логикой здесь встречаюсь. Лучше не пытаться, а говорить заученными клише. «Подчиненный перед лицом начальствующим должен иметь вид лихой и придурковатый, дабы разумением своим не смущать начальство». Видимо, возмутившиеся постом ассоциируют себя с подчинёнными, а ТС нет. Какая наглость с её стороны. Хотя для человека, который пытается что-то для себя понять и другим то же самое предлагает, это самое естественное и отнюдь не высокомерное поведение, уж точно скромнее, чем у тех, кто начал эмоционально трясти своими опытом и обидами, создавая ненужное напряжение не только для ТС, но и для всех остальных (обиды и болезненный личный опыт по правилам несут в шеринг).
Социальное, значит, стандартизированное. Когда человек следует социальным нормам и правилам (например, нормам успешного человека). Не так давно смотрел интервью Кэмерон Диас, где она рассказывала с каким облегчением сбросила с себя социальную маску и стала жить частной жизнью, что это была не она. Встретила свою любовь, а до этого в жизни было слишком много пустого по её словам.
Обычные люди также должны радовать толпу. Это основа социализации — принятие другими людьми, мы продаём себя на работе, заводим знакомства, участвуем в социальных взаимодействиях именно с социальной маской (Персона по Юнгу). И это можно делать более осознанно и менее осознанно, более успешно и менее успешно. Причём осознанности может мешать как неуспешный образ, так и успешный образ, когда человек добиваетс успеха, за счёт ущемления и подавления себя. Неуспешный образ может также быть навязанным, то есть человека ставят перед выбором: либо тебя принимаем в качестве вот такого чучелка, либо вообще не принимаем, что жутко — выпадение из социума жутко. Причём всё это начинается с мамы и папы и других близких людей. Если родители неосознанные, то ребёнку будет тяжеловато понимать кто он и что он, будет сложно следовать своим внутренним устремлениям, а не быть удобным (и не важно, сверху социума удобным или снизу социума удобным).
Как отличать уникальность от стандартизированного: свободный человек в меньшей степени зависит от социума, он творчески подходит к большинству взаимодействий, его маска — это не застывший образ, он преимущественно создаёт сам, а не слепо следует чужим стереотипами (пусть это будут и самые успешные стереотипы).
Приходите вы устраиваться на работу и вас вписывают в определенную среду, например, иметь вид лихой и придурковатый. Ну и ходите потом годами с таким видом. А можно отказаться иметь такой вид и вас не возьмут, будете вы без работы, страдать, ну и помучившись, примете этот вид. Родители вписывают ребёнка в определённую среду, которая им удобна, например, зелёными носочками Мурашовой, а могут и кричать и бить, и у ребёнка формируется определённая маска, чтобы не раздражать родителей чрезмерным разумением. Вот это всё социальное, а личное связано с внутренними интенициями, когда вы, например, хотите свободно и открыто себя проявлять. И чтобы это сделать, надо самому создавать социальную среду, открывать фирму, например, или выбивать условия у работодателя, чтобы он считался с вами, как с человеком. В отношениях люди также подстраиваются зачастую, теряя себя, потом их эти отношения угнетают. А чтобы создавать отношения, не пользуясь стандартом, требуется прикладывать усилия, повышать осознанность, становится сильнее. А это мучительно, проще считать себя невезучим, или сваливать вину на мужа, жену, детей.
Социум, начиная с эпохи Нового времени, то есть со времени, когда началась секуляризация, начинает связываться с надзирать и наказывать (по Мишелю Фуко), то есть свободное, божественное проявление человека оказывается ограниченным социальными институтами (суд, тюрьма, клиника, сумасшедший дом). "Широк русский человек — надо бы сузить". Тут идёт сравнение с западным человеком эпохи Нового времени (его сужали, например, чудовищным Кровавым кодексом, да, он так и назывался). Постепенно сузили и русского человека. Кто-то на это смотрит очень положительно, я же отрицательно. Кстати, маньяки и прочие социопаты стали так востребованы в массовой культуре, потому что они единственные сейчас представляются свободными людьми. Отсюда безумная популярность, особенно среди подростков, например, Джокера.
Евгений Головин. "Человек в себе и от себя идущий в самопознание из собственного центра; тот же человек, воспринимаемый близкими и дальними в перспективе одинаково чуждой. Странно выглядит фотография, незнакомо звучит голос на магнитофоне. Если спящего внезапно разбудить и подставить зеркало, реакция будет совсем странной... Человек индивидуальный, человек социальный. Дистанция между этими двумя существами, пребывающими в едином теле, может быть очень велика или очень мала. Как поступить? Сознавая собственную исключительность, стараться жить согласно внутреннему духовно-психическому требованию или, признавая себя частицей социума, шлифовать индивидуальную угловатость общественными законами и принципами? Все это звучит весьма провокационно. Что значит жить согласно собственной духовно-психической "константе"? "Если каждый станет жить как ему захочется"... — слышен опасливый голос социума, в котором, однако, звучит полицейская интонация... А как жить иначе? За демагогическим облаком рассуждений касательно общественной безопасности и блага просвечивает ясный ответ: вы должны жить по нашим правилам и соответственно нашей инструкции. Вы платите налоги нам, чтобы жить, как хотим мы.
Эта чудовищная ситуация начала обретать отчетливость в начале XVII века. К тому времени завершилась эпоха индивидуализма — Средние века, Ренессанс, в известной степени, постренессанс. Пропало вертикальное измерение бытия, исключающее смерть как неотвратимую и окончательную погибель; равенство перед Небом превратилось в равенство перед людьми. Здесь кардинальная разница: перед Небом любые объекты "живой" или "неживой" природы могут свободно проявлять свою индивидуальность, так как небо есть необъятная "полнота". Индивиды, еще не объединенные нравственными и социальными параметрами, еще не вынужденные бороться с репрессиями социума, могут жить свободно и свободно соединяться в группы (ордена, братства, корпорации), исповедуя до крайности разнообразные взгляды на мир.
Провозглашенная современным обществом "одна жизнь" с неминуемой и тотальной смертью, уничтожает идею "равенства между людьми", превращая эту самую "одну жизнь" в "борьбы за существование" агрессивно-отчужденных групп. Когда пьяный кричит другому пьяному "будь человеком", этот призыв вполне аналогичен гетевскому "Stirb und Werde" - "умри и стань". Умри для социума, родись человеком."
Андрей Фурсов. "Современная западная повседневность – это не Божий дар и не только эманация неких особых качеств западного или буржуазного человека. Нет, перед нами результат двухсот-, а то и трехсотлетней политики «кнута и пряника».
Кнут» – это система репрессивных институтов повседневности – и которые как системообразующие элементы повседневности появляются именно в капиталистическую эпоху. Надзирающие и карающие институты репрессивного воспитания. Всю вторую половину XVII, весь XVIII и всю первую половину XIX в. они отсекали тот человеческий материал, который социокультурно, психофизиологически и поведенчески не вписывался в систему «Капитал плюс Государство». Результаты? Например, уже с 1800 г. кривая преступности в Западной Европе поползла вниз. И – с небольшими отклонениями и всплесками – так и движется до сих пор. Главный результат – создание бытового человека, у которого контроль со стороны внешних репрессивных структур повседневности интериоризирован и который контролирует свои психофизиологические импульсы.
Капиталистическая Система, по крайней мере в своем историческом, цивилизационном ядре, создала определенный тип человека. Или хотя бы модальной личности, задающей тон и код поведения в современном западном обществе: рационально действующий, законопослушный, минимально агрессивный. Во всяком случае пока он находится в «гравитационном» поле своей системы и ее институтов. Произошла интериоризация социального контроля. Он превратился в самоконтроль. «Человек самоконтролирующий» – это и есть зауженный человек»...
Но каждое приобретение есть потеря. Оборотная сторона самоконтроля – невроз. Распространение нервных заболеваний в Западной Европе в последней трети XIX в., формирование нескольких «тихих омутов» традиционных зон самоубийств, возникновение психоанализа – все это оборотная сторона триумфа самоконтроля, зауживания человека.
Современное государство и капитал с их репрессивными институтами повседневности заузили человека на ограниченных пространствах североатлантического побережья. И эта пространственная ограниченность в немалой степени способствовала успеху.»"
swamp_lynx. По моему опыту сильно на жизнь влияют определённые практики, которыми человек регулярно занимается, например, управление вниманием. Жизненные сценарии по Берну можно менять регулярной работой с травмирующими воспоминаниями и тем самым выходить за их жёсткие рамки.
Из программы можно выйти, пусть и дорогой ценой. Сейчас у детей никого кроме родителей нет, атомизация, конкуренция, внешние связи некрепкие, практически нереально встретить наставника или такого же важного человека. Поэтому я считаю, что на родителях огромная ответственность, именно в плане борьбы за своё личное, что будет борьбой и за личное детей, в социуме опоры сейчас практически не найти, общество людей, скорее, упрощает, а не помогает развиваться.
Важно, что человек сам создаёт мир, в котором хотел бы жить (как писал А. Зиновьев "я сам собственное государство").
Вот если взять семью, то семья настолько хороша, насколько в ней особый мир, об этом Отто Кернберг хорошо пишет. А если семья живёт по стереотипам, то от этого копится усталость, которая компенсируется только тем, что есть семьи и похуже (стереотипы менее успешных людей).
Человек должен быть достаточно сильным и осознанным, чтобы не упрощать себе жизнь, за счёт социальных стереотипов. Например, когда люди не страшатся говорить самые сокровенные вещи, в юности такие отношения возникают, хотя они часто недолговечны. А после вступления во взрослую жизнь приходится идти на компромиссы, чтобы просто выжить (кто-то и раньше к этому приходит). Социальность часто состоит из стереотипов выживания, из которых человек боится выйти под страхом смерти. Ну вот я работаю со многими людьми, только от одного или двух ощущение, что полностью контролирует социальную реальность, сильные, волевые, глубокие люди, учусь у них такому же отношению к жизни.
Меня редко когда понимают, раньше прямо очень сильно переживал, пытался чего-то доказать, объяснить, но со временем стал спокойнее относиться. Ну да, видят на моём месте кого-то другого, иногда кого-то очень неприятного, это надо просто принять. Главное, как близкие видят, а что обо мне могут знать малознакомые люди.
Много поддержки можно найти в каких-то эмоциональных и простых темах — мол это черное, это белое — и у всех что-то похожее было. А если начать рассуждать что все неоднозначно — то вроде как одиночество в толпе наступает.
Такая поддержка мало чего стоит, она не может по-настоящему объединять людей, люди покричали лозунги и разбежались по разным углам. То есть не сильно отличается от одиночества в толпе, во втором случае хотя голова включается, можно какую-то мысль выразить, продвинуться в понимании чего-то.
Люди воспитаны в разных культурных средах и семейных традициях, к чему добавляются различия в образовании, социальном положении, интересах и т.д., что-то одно или всё сразу будет мешать пониманию. Чтобы эти отличия учитывать, требуется много сил и знаний, на что способно не так много людей. От большинства же максимум стоит ждать терпимости друг к другу.
hillaine. Задача понять собеседника почти никогда не стоит (хотя вроде как общепринято что люди общаются именно за этим), потому что чаще всего другая точка зрения в той или иной мере угрожает твоей собственной и если ты её действиельно поймешь — то тебе придётся как-то видоизменять свою картину мира, а это не сказать чтобы очень приятный процесс. Понимание (как и любое другое изменение в человеке) на мой взгляд происходит почти всегда вынужденно — когда не понять тебе больнее чем понять. Условно, когда человек звучит и выглядит настолько лучше убедительнее тебя, что не учитывание его точки зрения внутренне ощущается как своя неадекватность. И даже тогда контакт может не удастся, потому что понимание не равно принятие. Социальная игра это не детская дружба, в её базе соревнование и конкуренция, на этой основе можно потом строить более сложные конструкции — кооперацию, взаимный выигрыш — но без базы не получится.
И тут встает вопрос — что для вас будет дискомфортнее: когда не получается выражать себя через своё мнение и претендовать на его звучание в общем поле (= его существование) или когда не получается "дружить", то есть допустима возможность конфликтов даже в таком лёгком, буквально подпороговом виде, который случился в той ветке. В первом случае придётся учиться не сдаваться в социальном взаимодействии после первого же дискомфорта. Во втором случае придётся учиться общаться ни на что не претендуя какими-нибудь очень обтекаемыми формальными и довольно пустыми фразами про "у всех своя правда" или как-то ещё "прятаться". Дискомфорт запросного коммента мне кажется объясняется тем что вы пока не до конца выстроили приоритеты: вам хочется и звучать (самореализовываться) и нравиться, а это не всегда совместимо.
Иногда бывает так: человек высказывается довольно понятно и "своим голосом" и получается микроконфликт, очень микро, подпороговый буквально. Но психика-то всё считывает. И ей поступает информация — "когда я понятна и выразительна, я некоторым людям мешаю, а это мне очень опасно потому что они сильнее и социально опытнее меня, поэтому в следующий раз мне лучше быть непонятной" и как говорится сказано-сделано — в следующий раз человек пытается прятаться лучше и от этого теряет и голос и структуру мысли.
Если приоритетная цель — не получать даже минимльный дискомфорт от микроконфликтов, то можно не отвечать прямо человеку, а поговорить самому с собой в своей ветке, можно искать фон единомышленников, чтобы с ним слиться, или как-то вуалировать лучше — чтобы не виден был момент оспаривания (но с этим пропадает и значительная часть смысла сказанного). Всё это можно, но тогда возникает другой дискомфорт — "меня нет" и это тоже не самое приятное ощущение, потому что такое прятание и общение "из под куста" убирает ваш голос, делает незаметным ваше присутсвие в общественном поле. "Я ни на что не претендую" в социальной игре значит "меня нет", "я пустое место". Поэтому любое более менее внятное звучание — это претендование (на свою роль в общем поле), то есть борьба за поле, то есть конфликт.
В общем определенный дискомфорт будет в любом случае — и если вы дадите себе звучать, и если не дадите, уменьшая один вы растите второй и наоборот. Можно просто понять откуда эти ощущения берутся и принять сам факт их существования, а также того что быть в социальном взаимодействии = испытывать дискомфорт (уверяю вас, все пишущие здесь его испытывают примерно постоянно, по тем или иным причинам и конечно разной интенсивности).
swamp_lynx: Вопрос границ, который на этой неделе обсуждался мне кажется очень важным. Знаю по опыту, что социальному хищнику абсолютно плевать на мои границы, он будет топтаться там так, как захочет, а единственный способ защититься — не иметь с ним дело. Но работать надо, с людьми по другим вопросам взаимодействовать надо — и всё, границы не границы, а кто наглее — тот и будет на чужие границы заходить. Единственный способ, который у меня работает — это не выстраивать границы, которые ни от чего не защищают, а искать альтернативную текущей социальность, где другие ценности, где хищника всем миром подавят. Мне помогли сильные люди с сильными ценностями, у которых многому научился, которые дали опоры и научили, что не надо играть по чужим правилам, а надо постепенно годами становится сильнее и осознаннее. То есть сначала ценностная основа, а границы сами собой возникают, иначе это будут границы из песка, которые любой манипулятор преодолеет при желании.
Косметика, укладка и т.д. — это боевой окрас для социального успеха. Ну а для семьи внутреняя сила, чтобы не зависеть от социальных битв. В этом плане внешность — это минимальный уровень здоровья, а не соответствие каким-то стандартам, что признак неудачника, на мой взгляд. Чем стандартней — тем меньше человека, сильно на любителя такое.
Хочется нравиться другим людям — надо быть выше них в социуме. Хочется при этом быть ещё и интересным — надо становиться сильнее, чтобы из этого социума выделяться. Внешность — дело 5-е или 10-е.
Как я думаю, реальная проблема — это неуспешность или неинтересность (либо и то, и другое), а перевод внимания на внешность призваны реальную проблему не решать
Бесплодными, наверное, считаются первые? Выяснение отношений можно сравнить с игрой в царя горы. Только ты залез наверх, тебя тут же стащили вниз. И так по кругу. И смысл такой же. Игра.
Только в социальной игре многие не видят, что происходит. Поэтому когда их стаскивают с вершины им очень обидно. При этом они не видят, что только что точно также стащили вниз кого-то. Ну и играть нужно с дружественно настроенными людьми. И в физическую игру и в социальную. Иначе травмы неизбежны. Не друг может и за ухо стащить и за другие нежные места. А в дружеской компании словесные пикировки это весело и необидно. И даже если немного приложили, терпишь. Как и на горке.
swamp_lynx. В социальный пикировках смысл, кто останется живым, а кто нет — ну это если брать в пределе. Человек занимает хорошее место в социальной иерархии — он нужный, полезный, принимаемый, а того, кого отторгают в тьму внешнюю, — изгой, он умирает в лесу. Никто не хочет быть аут-сайдером. Ну или вместе с такими же отверженными пытается выживать, часто опираясь на другие социальные системы, и иногда переворачивает пирамиду в революционной ситуации.
Игры же работают действительно только в своём социальном кругу. Когда кто-то пытается играть в ту же игру, в которую он играет с друзьями, с другими людьми, то это конфикт. Поэтому так плохи эмоции при взаимодействиях людей из разных социальных слоёв, они сводятся к самоутверждению. Тут надо сохранять дистанцию и взаимодействовать по делу, пока не подружитесь. А если дружба рассыпалась, также без эмоций постараться разойтись в разные стороны.
Часто случаются конфликты из-за симулякра "общечеловеческих ценностей", как будто всё человечество должно играть в одну единственное игру, которую устанавливает западное общество. Например, так пытались делать герои фильма "Ад каннибалов", пока их не съели. Не повезло, оказались аутсайдерами вне своего социального круга, также не повезло кузине Рэйчел, которая пыталась обыграть наследственную аристократию, или матери Кевина из "Что-то не так с Кевином".
Злой рок менеджеров Кати и Олега — это полицейская фигура эпохи модерна (см. «Надзирать и наказывать: Рождение тюрьмы» Мишеля Фуко). Она не осознаётся, но незримо присутствует в жизни каждого современного человека, у которого иногда возникает мысль меньше зависеть от социальных правил и стандартов. "Нет, широк человек, слишком даже широк, я бы сузил." Начинается всё конечно с родителей, которые сами запуганы до полусмерти. Американские фильмы ужасов самой прогрессистской страны мира (единственной страны перманентной революции) — это комфортный, удобный фон человека, против которого он не смеет даже пикнуть.
Кевин — тень добропорядочных родителей, которая оформилась в маньяка, потому что они не просто её не осознавали, но даже не чувствовали, их полностью поглотили социальные роли.
Злому року родителей Кевина, которого оберегают даже когда из-за него пострадала сестра, хочется противопоставить долг перед обществом матери из рассказа Николая Носова, которая совсем иначе отреагировала на воровство сыном огурцов. Если человек абсолютизирует собственную слабость, то действительно ничего сделать нельзя, даже если ставка собственная жизнь и жизнь близких.
Жизнь современного человека вполне укладывается в некоторые философские рамки, и за них можно выйти, если о них знать. Юнговские маска и тень в этом ох как полезны, потому что тень есть не только у делинквента (если цель совладать со странностями ребёнка), она есть у любого человека, и он с её помощью может делинквента остановить, тот потенциал, который сейчас редко реализуется из-за идеала среднего класса с расслабленным, позитивным (чуть не сказал позитивистским) человеком, для которого мир в некотором роде большая игровая комната.
Я как-то встречал на IMDB опрос (там голосуют десятки тысяч кинозрителей) "лучший персонаж всех времён", который показался интересным своими результатами. Начало списка прочно оккупировали злодеи с Джокером во главе, дальше "тёмное я" Эдварда Нортона в "Бойцовском клубе", на пятом месте Дарт Вейдер. По версии журнала Empire первая пятёрка выглядит так: Тайлер Дарден, Дарт Вейдер, Джокер, Хан Соло, Доктор Ганнибал Лектер.
Людям тесно в социальной маске, хочется вытащить на свет то, что скрыто. И чем больше это подавляется в тем более уродливой форме хочет вылезти. У меня есть знакомые неудачливые люди: на вид милейшие мужчины и женщины, предупредительные, мягкие, но при этом, находясь рядом, немного подтрясывает из-за их нереализованной агрессии. Неудивительно, что, находясь в узких рамках социума, они обречены ничего не достичь, тут либо пан и кардинальные изменения, либо всё та же одинокая тягомотина, когда люди вежливо извиняются и отходят в сторону.
В теме про решение проблемы обратил внимание на подмену, что либо ты можешь всё решить, либо жизнь это цепочка случайностей, хотя в тексте подчёркнуто, что собственное всемогущество также неадекватно, как собственное ничтожество, когда человек игрушка в руках "рэндома".
Психология, как минимум с 19-го века, ориентирована на то, чтобы человек учился брать больше ответственности за собственную жизнь, учился понимать свой внутренний мир. Непонятно такое яростное желание свалить ответственность на окружающих, учитывая, что обсуждалась взрослая героиня. Плохие люди сделали плохо, а почему не поискать хороших людей? Или хотя бы не таких плохих, которые держат в тотальном рабстве, что пошевелиться нельзя. Разве прятаться от проблемы единственный выход. Похоже, да. Все достижения психологии можно выбрасывать.
Мне кажется, фактор волевого целеполагания часто отрицается на основании того, что усилий надо прикладывать много, причём всю жизнь, а отдача видится небольшой. Ты всего лишь прожил свою жизнь на максимуме, что необязательно даже привело к какому-то ощутимому материальному успеху. И стоило ли оно того. Для по-настоящем верующих людей или принадлежащим к философским школам, которые предполагают определённый путь, такой вопрос не стоит, но мы живём в светском обществе, где на вершине ценности комфортной жизни. Поэтому, конечно, люди сожалеют, что у них того нет, сего нет, но кажется вселенской несправедливостью ещё и прилагать постоянные усилия, то есть делать жизнь тяжелее, хотя и так плохо.
Ещё есть вариант душу соблазнить, а дух блокировать. Сейчас явно реализуется антиутопия по Хаксли, чем по Оруэллу. Забвение бытия, как называл происходящее Хайдеггер, а Ги Дебор уточнял про Общество спектакля. Очень много заламывания рук, манипуляций собственными страданиями и убеждённости, что ничего не надо делать, зачем отвлекаться от потребления всё более виртуальных товаров и услуг.
Тут каждый второй пост о плохом отношении в детстве и полученных травмах. А почему не справляются, потому что есть вещи поважнее: подумать, что мимокрокодилы скажут, слушать не свои чувства, а болтовню витающего в облаках мужа, поунижаться на работе, позавидовать окружающим.
az118. "Основной закон этологии. В сверхнекомфортной среде обитания популяция быстро погибает, ибо у нее не хватает сил для адаптации и выживания.
в сверхкомфортной среде обитания популяция быстро вырождается, ибо ей не нужно напрягать силы для выживания, что вызывает деадаптацию к нормальной для нее среде обитания и тоже гибель после неизбежного возвращения к ней.
т.н. прогресс создает ненормальную сверхкомфортную для хомо искусственную среду обитания."
Морлоки и элои — это ведь писалось по реалиям конца 19-го века, совершенно жуткого времени, но многим нравятся искусственные страдания аристократов. Туда мы сейчас и возвращаемся, когда у одних невыносимые страдания от бессмысленности жизни, а у других от невозможности к этой бессмысленности прикоснуться, которая подвешена как морковка, которую никогда не достичь.
Евгений Головин. "Комфорта не добиться без постоянного развития техники и коллективного труда. Причем это не обычная необходимая работа, как бывало в старину. Это кропотливый, тяжелый, ежедневный, многочасовой, доходящий до непосильности труд, однообразный до остервенения в силу растущей специализации.
Низшие уровни грубой силой всегда превосходят высшие. Тело покорило душу, притянуло ее к себе, навязало свои интересы, радости и печали и, в конце концов, ассимилировало так, что самоё понятие о душе растворилось в телесной эмоциональности.
Аналогичную роль сыграла душа по отношению к духу. Он утратил свою спиритуальность, свой «умный огонь, интеллектуальную интуицию, гармонию Гермеса и Гестии», затребовав свою долю комфорта, которая выражалась в создании удобных условий для умственной работы, то есть для рациональных расчетов.
Люди поначалу растерялись, ощутив одиночество среди четырех космических стихий: умственное усилие вместо божьей помощи; ни ангелов-хранителей, ни благостного утешения церкви, в случае беды, ни достойных проповедников, объяснивших бы позитивность новой ситуации. Церковь сама пришла в колебание, ибо христианские призывы достигли обратного результата: облегчение жизни, замена роскоши для немногих скромным комфортом для большинства сплотило тело, душу и дух в чудовищное единство под безусловным диктатом тела. Христианство уступило вере в бесконечный прогресс и диким социальным утопиям.
Конкретные переживания незаметно сменились искусственными, фальшивыми, призрачными настолько, что в нашем тенеобразном существовании мы давно забыли о реальной жизни – о ней только напоминают бедствия, катастрофы и смерть. Но о последней думают мало, разве только на поминках. Потом вновь, очертя голову, кидаются в круг дешевых развлечений. Жить стало привлекательно и дешево.
Страх утрачивает свое магическое действие. Атомную войну или многочисленных жертв пандемий можно равным образом разглядывать на экране. Наступает торжество «общей теории относительности». Франциск Ассизкий и Джек Потрошитель мало чем отличаются друг от друга. Право и бесправие, милосердие и жестокость, справедливость и алчность, гений и злодейство, дети и взрослые, мужчины и женщины – все это тяготеет к одинаковости. Пламя костра Жанны д’ Арк и отравительницы Дарю одинакого цвета. Это не утопия в духе Замятина или Хаксли. Это современная сиюминутная жизнь-смерть."
swamp_lynx. Крайне стигматизирован выход за рамки стереотипов. На человека косо смотрят, если он не полностью вписан в социум, таким не положено счастье человека среднего класса. Героиня ради картинки счастья перекрыла связь с самой собой, но в отличие от зомби-отца чувствовала ненормальность ситуации. Да, ломать картинку страшно, но она взрослая, это и есть взрослость жить в реальности, пробиваться к ней любой ценой. Делай, что должно, а не чтобы другим понравиться. Она старалась ради начальства, соответствуя роли, ради мужа, соответствуя роли, ради мимокрокодилов, но не ради себя, это предательство себя прежде всего. Если брать Берна, то предательство Ребёнка в себе, который что-то чувствовал. И, скорее всего, она действительно ничего не могла сделать, потому что нигде этому не учат, не показывают на примерах, а в родительской семье всё было плохо, не получилось впитать с молоком матери.
Раньше снимали много фильмов, когда человек выбирает между "счастьем" и долгом долг. Из последних "Прощай детка, прощай", когда главный герой вернул дочь матери, которую тут вряд ли стали бы защищать, культурой не вышла, а его невеста и напарница была уверена, что надо преступить закон и оставить девочку похитителям из богатой семьи. Непростой конфликт, где герой теряет возлюбленную и приобретает кучу головной боли, потому что чувствует ответственнось за девочку и не оставит её.
flikce. Лимбическая система мозга чувствует, кора мозга понимает. В лимбической системе начинается активность, в коре это отражается (поэтому называется рефлексия) и оформляется в виде осознания проблемы (есть хочу). Потом в коре происходит поиск решения (сделать бутерброд). Которое потом реализуется телом. Страдание - чувство, голод - понимание. Разные отделы мозга работают. Может так понятней.
Пойнт в том, что под проблемами сейчас понимают мысль, которая пришла не как результат рефлексии своих ощущений, а как результат внешнего внушения (как надо жить). Первое является проблемой, поддержано энергетически и при решении дает радость. А второе не является проблемой, не поддержано энергетически и при решении вызывает фрустрацию.
Думаю, стоит обозначить, что является проблемой. Например, говорят, что Бог дает проблемы по силам человека. В таком контексте да, любая проблема может быть решена, т.е. исчезнет. И в таком контексте большинство проблем являются надуманными — "мне нужен именно такой результат именно такими средствами." Отсутствие ног, больной ребенок — это не проблемы, а обстоятельства жизни. Так же как отсутствие крыльев или третьего глаза у большинства.
Не силы даются для решения проблемы, а появление силы осознается как наличие проблемы (а ощущается как страдание, от которого хочется избавиться). Например, когда тело нуждается в очередной порции пищи, оно генерирует энергию, которая ощущается как нечто неприятное и осознается как голод (проблема). И потом ищется решение.
И в этом смысле отсутствие ног — это не проблема, а то, что надо учитывать при поиске решения настоящей проблемы. И тогда, кстати, чем больше сил, тем больше проблем. Но и возможностей для радости и счастья. Потому что трата излишних сил вызывает специфическое чувство под названием радость.
Я хотел отделить действительные собственные проблемы человека от надуманных. Появление лишней энергии и осознается как проблема. А когда эта энергия тратится проблема исчезает. Поэтому, например, дети радостно скачут, тратя излишки своей телесной энергии. А если их заставить сидеть смирно — страдают. Ощущают избыток энергии и это воспринимается как страдание.
Проблема — это то, что может быть решено. Иначе какая же это проблема.
Если вы можете установить пандус, то его можно назвать проблемой и решить. Если не можете, нет смысла называть его проблемой. Надо откатиться к проблеме, которую вы хотели решить с помощью установки пандуса и начать искать решение в другом направлении. И так откатываться можно вплоть до базовой потребности. Ну например, посадили человека в тюрьму и он автоматически откатывается. Вчерашние его проблемы перестают ими быть. Какой сериал выбрать или какую машину купить.
swamp_lynx. Очень откликнулась картинка счастливой жизни, которая важнее самой жизни, у меня очень много крови попила. Помню, долго не получалось вылезти из бесконечных переживаний из-за невозможности жить нормальной жизнью. Когда я начинал жить "как надо", "как принято", через время всё само собой разрушалось, а я и дальше лез в эту сторону. Только несколько месяцев больницы и годы реабилитации меня всерьё затормозили. Сразу стала понятнее книга "Болезнь как путь" Рудигера Дальке. Все мучительные процедуры, через которые каждый день приходилось проходить, воспринимались легче, чем прежнее желание жить "как надо". Оказалось, что есть вещи и пострашнее физической немощи и беззащитности. Так что я нормально отношусь к идее, что разрушение нормальной жизни для кого-то может быть чем-то освобождающим, для меня было. Что я не вписывался в нормальную жизнь — это было удачей, что, я к сожалению, не мог понять, было слишком мало людей, в которых можно было увидеть здесь опору. А вот страдания к этому пониманию привели. Они были совсем не случайны и во многом связаны с разрушением иллюзий, что я считаю настоящим благом. При этом я понимаю и противоположную точку зрения, что это зло. Был в этом искренне убеждён, люди сами от такого не отказываются, могут какие-то события в жизни научить, а могут и не научить, картиночное счастье очень сильно и даже через страдания может не отпустить, наоборот, человек в вере в него только укрепится. Особенно укрепятся те, кто смотрит со стороны, сам таким был, не без брезгливости смотрел на тех, "кому не повезло". Думал, что ад у них, а оказалось, что он был у меня, всего такого перспективного и лицемерно милосердного. Так что уверен, что жалости не меньше достойны и те "кому повезло", им в чём-то сложнее находить себя, что и есть настоящее счастье, а не искусственное картиночное. Счастье в нас самих, а не в потреблении, так называемом творчестве и прочих симулякрах, и хорошо, конечно, приходить к должному напряжению жизни без страданий, но почему-то не так много примеров этого вижу.
Проблема именно восприятия из-за невозможности видеть альтернативы. И страдания меняют восприятие, у Эрнста Юнгера есть эссе о боли, что люди дошли до такой стадии, что только боль приводит их в чувство (или не приводит, тут надо и клювом не щёлкать).
Написал по мотивам переживаний участников, что вот у людей может рухнуть жизнь и это непереживаемо. Да, наверное, так бывает, а для меня разрушение жизни стало чем-то хорошим. Никому не желаю, но и свой опыт отрицать не хочу.
hillaine. Люди, которые видят решение проблемы исключительно в изменении условий - мне нужен именно такой результат именно такими средствами а если так не получается то я бессильна что то изменить — видятся мне вовсе не бессильными, не носителями ощущения бессилия, а скорее хозяевами жизни: это не смиренный подход, это по сути наглость.
Сложность сложных ситуаций часто именно в том и состоит что не получается и на елку залезть и ноги не ободрать. Например твоя личная воля "хочу как я хочу" сталкивается с потребностями ребенка в большем контакте чем ты хочешь/готов ему давать. И тут уже разговоры про уважение личной воли и границ звучат уже не так достойно, раз эта воля реализуется через страдание другого. Социальное чаще всего негибкое, застывшее, потому что не очень живое, мои границы стоят вот здесь и хоть убейтесь все, в то время как человеческое — может изменяться и изменять своё "хочу", расти, в том числе сталкиваясь с трудностями.
swamp_lynx. Мне кажется, одно из самых отвратительных социальных явлений — это френдзона, когда один человек откровенно паразитирует на чувствах другого. Тот у кого есть социальные преимущества, вместо того чтобы становиться сильнее, использует другого, чтобы почувствовать наслаждение властью. Но так как власть получена обманным путём, то наслаждение это больное. Чтобы такого избежать, нужна прежде всего честность перед собой, что это не ты такой крутой, а другой человек в более сложной ситуации, а ты её только ухудшаешь, разрушая веру в хорошее. В итоге юноши и девушки, которых использовали для сомнительных целей, перестают верить в романтику, впитывают в себя часть стереотипов манипулятора и рискуют стать куда менее счастливыми в браке, пока не переживут подобный опыт и полностью не избавятся от клещей в голове.
Если человек задумывается и пытается размышлять, то он самоутверждается, я не в первый раз с такой логикой здесь встречаюсь. Лучше не пытаться, а говорить заученными клише. «Подчиненный перед лицом начальствующим должен иметь вид лихой и придурковатый, дабы разумением своим не смущать начальство». Видимо, возмутившиеся постом ассоциируют себя с подчинёнными, а ТС нет. Какая наглость с её стороны. Хотя для человека, который пытается что-то для себя понять и другим то же самое предлагает, это самое естественное и отнюдь не высокомерное поведение, уж точно скромнее, чем у тех, кто начал эмоционально трясти своими опытом и обидами, создавая ненужное напряжение не только для ТС, но и для всех остальных (обиды и болезненный личный опыт по правилам несут в шеринг).
Социальное, значит, стандартизированное. Когда человек следует социальным нормам и правилам (например, нормам успешного человека). Не так давно смотрел интервью Кэмерон Диас, где она рассказывала с каким облегчением сбросила с себя социальную маску и стала жить частной жизнью, что это была не она. Встретила свою любовь, а до этого в жизни было слишком много пустого по её словам.
Обычные люди также должны радовать толпу. Это основа социализации — принятие другими людьми, мы продаём себя на работе, заводим знакомства, участвуем в социальных взаимодействиях именно с социальной маской (Персона по Юнгу). И это можно делать более осознанно и менее осознанно, более успешно и менее успешно. Причём осознанности может мешать как неуспешный образ, так и успешный образ, когда человек добиваетс успеха, за счёт ущемления и подавления себя. Неуспешный образ может также быть навязанным, то есть человека ставят перед выбором: либо тебя принимаем в качестве вот такого чучелка, либо вообще не принимаем, что жутко — выпадение из социума жутко. Причём всё это начинается с мамы и папы и других близких людей. Если родители неосознанные, то ребёнку будет тяжеловато понимать кто он и что он, будет сложно следовать своим внутренним устремлениям, а не быть удобным (и не важно, сверху социума удобным или снизу социума удобным).
Как отличать уникальность от стандартизированного: свободный человек в меньшей степени зависит от социума, он творчески подходит к большинству взаимодействий, его маска — это не застывший образ, он преимущественно создаёт сам, а не слепо следует чужим стереотипами (пусть это будут и самые успешные стереотипы).
Приходите вы устраиваться на работу и вас вписывают в определенную среду, например, иметь вид лихой и придурковатый. Ну и ходите потом годами с таким видом. А можно отказаться иметь такой вид и вас не возьмут, будете вы без работы, страдать, ну и помучившись, примете этот вид. Родители вписывают ребёнка в определённую среду, которая им удобна, например, зелёными носочками Мурашовой, а могут и кричать и бить, и у ребёнка формируется определённая маска, чтобы не раздражать родителей чрезмерным разумением. Вот это всё социальное, а личное связано с внутренними интенициями, когда вы, например, хотите свободно и открыто себя проявлять. И чтобы это сделать, надо самому создавать социальную среду, открывать фирму, например, или выбивать условия у работодателя, чтобы он считался с вами, как с человеком. В отношениях люди также подстраиваются зачастую, теряя себя, потом их эти отношения угнетают. А чтобы создавать отношения, не пользуясь стандартом, требуется прикладывать усилия, повышать осознанность, становится сильнее. А это мучительно, проще считать себя невезучим, или сваливать вину на мужа, жену, детей.
Социум, начиная с эпохи Нового времени, то есть со времени, когда началась секуляризация, начинает связываться с надзирать и наказывать (по Мишелю Фуко), то есть свободное, божественное проявление человека оказывается ограниченным социальными институтами (суд, тюрьма, клиника, сумасшедший дом). "Широк русский человек — надо бы сузить". Тут идёт сравнение с западным человеком эпохи Нового времени (его сужали, например, чудовищным Кровавым кодексом, да, он так и назывался). Постепенно сузили и русского человека. Кто-то на это смотрит очень положительно, я же отрицательно. Кстати, маньяки и прочие социопаты стали так востребованы в массовой культуре, потому что они единственные сейчас представляются свободными людьми. Отсюда безумная популярность, особенно среди подростков, например, Джокера.
Евгений Головин. "Человек в себе и от себя идущий в самопознание из собственного центра; тот же человек, воспринимаемый близкими и дальними в перспективе одинаково чуждой. Странно выглядит фотография, незнакомо звучит голос на магнитофоне. Если спящего внезапно разбудить и подставить зеркало, реакция будет совсем странной... Человек индивидуальный, человек социальный. Дистанция между этими двумя существами, пребывающими в едином теле, может быть очень велика или очень мала. Как поступить? Сознавая собственную исключительность, стараться жить согласно внутреннему духовно-психическому требованию или, признавая себя частицей социума, шлифовать индивидуальную угловатость общественными законами и принципами? Все это звучит весьма провокационно. Что значит жить согласно собственной духовно-психической "константе"? "Если каждый станет жить как ему захочется"... — слышен опасливый голос социума, в котором, однако, звучит полицейская интонация... А как жить иначе? За демагогическим облаком рассуждений касательно общественной безопасности и блага просвечивает ясный ответ: вы должны жить по нашим правилам и соответственно нашей инструкции. Вы платите налоги нам, чтобы жить, как хотим мы.
Эта чудовищная ситуация начала обретать отчетливость в начале XVII века. К тому времени завершилась эпоха индивидуализма — Средние века, Ренессанс, в известной степени, постренессанс. Пропало вертикальное измерение бытия, исключающее смерть как неотвратимую и окончательную погибель; равенство перед Небом превратилось в равенство перед людьми. Здесь кардинальная разница: перед Небом любые объекты "живой" или "неживой" природы могут свободно проявлять свою индивидуальность, так как небо есть необъятная "полнота". Индивиды, еще не объединенные нравственными и социальными параметрами, еще не вынужденные бороться с репрессиями социума, могут жить свободно и свободно соединяться в группы (ордена, братства, корпорации), исповедуя до крайности разнообразные взгляды на мир.
Провозглашенная современным обществом "одна жизнь" с неминуемой и тотальной смертью, уничтожает идею "равенства между людьми", превращая эту самую "одну жизнь" в "борьбы за существование" агрессивно-отчужденных групп. Когда пьяный кричит другому пьяному "будь человеком", этот призыв вполне аналогичен гетевскому "Stirb und Werde" - "умри и стань". Умри для социума, родись человеком."
Андрей Фурсов. "Современная западная повседневность – это не Божий дар и не только эманация неких особых качеств западного или буржуазного человека. Нет, перед нами результат двухсот-, а то и трехсотлетней политики «кнута и пряника».
Кнут» – это система репрессивных институтов повседневности – и которые как системообразующие элементы повседневности появляются именно в капиталистическую эпоху. Надзирающие и карающие институты репрессивного воспитания. Всю вторую половину XVII, весь XVIII и всю первую половину XIX в. они отсекали тот человеческий материал, который социокультурно, психофизиологически и поведенчески не вписывался в систему «Капитал плюс Государство». Результаты? Например, уже с 1800 г. кривая преступности в Западной Европе поползла вниз. И – с небольшими отклонениями и всплесками – так и движется до сих пор. Главный результат – создание бытового человека, у которого контроль со стороны внешних репрессивных структур повседневности интериоризирован и который контролирует свои психофизиологические импульсы.
Капиталистическая Система, по крайней мере в своем историческом, цивилизационном ядре, создала определенный тип человека. Или хотя бы модальной личности, задающей тон и код поведения в современном западном обществе: рационально действующий, законопослушный, минимально агрессивный. Во всяком случае пока он находится в «гравитационном» поле своей системы и ее институтов. Произошла интериоризация социального контроля. Он превратился в самоконтроль. «Человек самоконтролирующий» – это и есть зауженный человек»...
Но каждое приобретение есть потеря. Оборотная сторона самоконтроля – невроз. Распространение нервных заболеваний в Западной Европе в последней трети XIX в., формирование нескольких «тихих омутов» традиционных зон самоубийств, возникновение психоанализа – все это оборотная сторона триумфа самоконтроля, зауживания человека.
Современное государство и капитал с их репрессивными институтами повседневности заузили человека на ограниченных пространствах североатлантического побережья. И эта пространственная ограниченность в немалой степени способствовала успеху.»"
swamp_lynx. По моему опыту сильно на жизнь влияют определённые практики, которыми человек регулярно занимается, например, управление вниманием. Жизненные сценарии по Берну можно менять регулярной работой с травмирующими воспоминаниями и тем самым выходить за их жёсткие рамки.
Из программы можно выйти, пусть и дорогой ценой. Сейчас у детей никого кроме родителей нет, атомизация, конкуренция, внешние связи некрепкие, практически нереально встретить наставника или такого же важного человека. Поэтому я считаю, что на родителях огромная ответственность, именно в плане борьбы за своё личное, что будет борьбой и за личное детей, в социуме опоры сейчас практически не найти, общество людей, скорее, упрощает, а не помогает развиваться.
Важно, что человек сам создаёт мир, в котором хотел бы жить (как писал А. Зиновьев "я сам собственное государство").
Вот если взять семью, то семья настолько хороша, насколько в ней особый мир, об этом Отто Кернберг хорошо пишет. А если семья живёт по стереотипам, то от этого копится усталость, которая компенсируется только тем, что есть семьи и похуже (стереотипы менее успешных людей).
Человек должен быть достаточно сильным и осознанным, чтобы не упрощать себе жизнь, за счёт социальных стереотипов. Например, когда люди не страшатся говорить самые сокровенные вещи, в юности такие отношения возникают, хотя они часто недолговечны. А после вступления во взрослую жизнь приходится идти на компромиссы, чтобы просто выжить (кто-то и раньше к этому приходит). Социальность часто состоит из стереотипов выживания, из которых человек боится выйти под страхом смерти. Ну вот я работаю со многими людьми, только от одного или двух ощущение, что полностью контролирует социальную реальность, сильные, волевые, глубокие люди, учусь у них такому же отношению к жизни.
Меня редко когда понимают, раньше прямо очень сильно переживал, пытался чего-то доказать, объяснить, но со временем стал спокойнее относиться. Ну да, видят на моём месте кого-то другого, иногда кого-то очень неприятного, это надо просто принять. Главное, как близкие видят, а что обо мне могут знать малознакомые люди.
Много поддержки можно найти в каких-то эмоциональных и простых темах — мол это черное, это белое — и у всех что-то похожее было. А если начать рассуждать что все неоднозначно — то вроде как одиночество в толпе наступает.
Такая поддержка мало чего стоит, она не может по-настоящему объединять людей, люди покричали лозунги и разбежались по разным углам. То есть не сильно отличается от одиночества в толпе, во втором случае хотя голова включается, можно какую-то мысль выразить, продвинуться в понимании чего-то.
Люди воспитаны в разных культурных средах и семейных традициях, к чему добавляются различия в образовании, социальном положении, интересах и т.д., что-то одно или всё сразу будет мешать пониманию. Чтобы эти отличия учитывать, требуется много сил и знаний, на что способно не так много людей. От большинства же максимум стоит ждать терпимости друг к другу.
hillaine. Задача понять собеседника почти никогда не стоит (хотя вроде как общепринято что люди общаются именно за этим), потому что чаще всего другая точка зрения в той или иной мере угрожает твоей собственной и если ты её действиельно поймешь — то тебе придётся как-то видоизменять свою картину мира, а это не сказать чтобы очень приятный процесс. Понимание (как и любое другое изменение в человеке) на мой взгляд происходит почти всегда вынужденно — когда не понять тебе больнее чем понять. Условно, когда человек звучит и выглядит настолько лучше убедительнее тебя, что не учитывание его точки зрения внутренне ощущается как своя неадекватность. И даже тогда контакт может не удастся, потому что понимание не равно принятие. Социальная игра это не детская дружба, в её базе соревнование и конкуренция, на этой основе можно потом строить более сложные конструкции — кооперацию, взаимный выигрыш — но без базы не получится.
И тут встает вопрос — что для вас будет дискомфортнее: когда не получается выражать себя через своё мнение и претендовать на его звучание в общем поле (= его существование) или когда не получается "дружить", то есть допустима возможность конфликтов даже в таком лёгком, буквально подпороговом виде, который случился в той ветке. В первом случае придётся учиться не сдаваться в социальном взаимодействии после первого же дискомфорта. Во втором случае придётся учиться общаться ни на что не претендуя какими-нибудь очень обтекаемыми формальными и довольно пустыми фразами про "у всех своя правда" или как-то ещё "прятаться". Дискомфорт запросного коммента мне кажется объясняется тем что вы пока не до конца выстроили приоритеты: вам хочется и звучать (самореализовываться) и нравиться, а это не всегда совместимо.
Иногда бывает так: человек высказывается довольно понятно и "своим голосом" и получается микроконфликт, очень микро, подпороговый буквально. Но психика-то всё считывает. И ей поступает информация — "когда я понятна и выразительна, я некоторым людям мешаю, а это мне очень опасно потому что они сильнее и социально опытнее меня, поэтому в следующий раз мне лучше быть непонятной" и как говорится сказано-сделано — в следующий раз человек пытается прятаться лучше и от этого теряет и голос и структуру мысли.
Если приоритетная цель — не получать даже минимльный дискомфорт от микроконфликтов, то можно не отвечать прямо человеку, а поговорить самому с собой в своей ветке, можно искать фон единомышленников, чтобы с ним слиться, или как-то вуалировать лучше — чтобы не виден был момент оспаривания (но с этим пропадает и значительная часть смысла сказанного). Всё это можно, но тогда возникает другой дискомфорт — "меня нет" и это тоже не самое приятное ощущение, потому что такое прятание и общение "из под куста" убирает ваш голос, делает незаметным ваше присутсвие в общественном поле. "Я ни на что не претендую" в социальной игре значит "меня нет", "я пустое место". Поэтому любое более менее внятное звучание — это претендование (на свою роль в общем поле), то есть борьба за поле, то есть конфликт.
В общем определенный дискомфорт будет в любом случае — и если вы дадите себе звучать, и если не дадите, уменьшая один вы растите второй и наоборот. Можно просто понять откуда эти ощущения берутся и принять сам факт их существования, а также того что быть в социальном взаимодействии = испытывать дискомфорт (уверяю вас, все пишущие здесь его испытывают примерно постоянно, по тем или иным причинам и конечно разной интенсивности).
swamp_lynx: Вопрос границ, который на этой неделе обсуждался мне кажется очень важным. Знаю по опыту, что социальному хищнику абсолютно плевать на мои границы, он будет топтаться там так, как захочет, а единственный способ защититься — не иметь с ним дело. Но работать надо, с людьми по другим вопросам взаимодействовать надо — и всё, границы не границы, а кто наглее — тот и будет на чужие границы заходить. Единственный способ, который у меня работает — это не выстраивать границы, которые ни от чего не защищают, а искать альтернативную текущей социальность, где другие ценности, где хищника всем миром подавят. Мне помогли сильные люди с сильными ценностями, у которых многому научился, которые дали опоры и научили, что не надо играть по чужим правилам, а надо постепенно годами становится сильнее и осознаннее. То есть сначала ценностная основа, а границы сами собой возникают, иначе это будут границы из песка, которые любой манипулятор преодолеет при желании.
Косметика, укладка и т.д. — это боевой окрас для социального успеха. Ну а для семьи внутреняя сила, чтобы не зависеть от социальных битв. В этом плане внешность — это минимальный уровень здоровья, а не соответствие каким-то стандартам, что признак неудачника, на мой взгляд. Чем стандартней — тем меньше человека, сильно на любителя такое.
Хочется нравиться другим людям — надо быть выше них в социуме. Хочется при этом быть ещё и интересным — надо становиться сильнее, чтобы из этого социума выделяться. Внешность — дело 5-е или 10-е.
Как я думаю, реальная проблема — это неуспешность или неинтересность (либо и то, и другое), а перевод внимания на внешность призваны реальную проблему не решать
