![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
swamp_lynx"Разгул русофобии на Западе отлично иллюстрирует идею, что восприятие другой страны связано не столько с реальными впечатлениями, сколько со схемами и мифами. Одним из главных мифов, определяющих восприятие незападных стран на Западе, является миф о благородном дикаре.
В эпоху безудержных колониальных захватов европейские философы дружно славили дикаря, восхищаясь его моральными правилами, непринужденной семейной жизнью, легкомысленным отношением к собственности и безмятежным существованием на лоне природы. Как доказал Мирча Элиаде, изобретение благородного дикаря стало выражением тоски европейцев по земному раю и его обитателям. Запад перекладывал на «диких» свои комплексы и фантазии. Кроме того, с помощью идеи «естественного человека» буржуазия расправлялась с «искусственными» (по ее мнению) установлениями цивилизации: монархией, сословным обществом и Церковью." Дмитрий Орехов.
"Главными адвокатами дикаря стали Вольтер, Монтескье, Дидро и Руссо. В пику христианской Церкви они утверждали, что человек от природы является существом добрым, честным и благородным, но встреча с цивилизацией портит его. При столкновении с цивилизацией природа дикаря извращается, и он теряет свои моральные преимущества. Таким образом, благородному дикарю противостоит не цивилизованный человек (такой, как Руссо и его друзья, истинные служители прогресса), а грубый и злобный варвар. Он кое-что позаимствовал у европейских народов, но окультурился неглубоко и непрочно, его внутренняя природа искажена.
Деление людей на три сорта (цивилизованные европейцы, злобные варвары и простодушные дикари) стало на Западе каноническим со времен Руссо. Через эту призму Запад воспринимал и воспринимает своих незападных соседей, например, Россию и Турцию. Русские и турки пролезли в Европу, даже основали там свои столицы, но эти народы лишены всяких основ самоуправления; их сущность остается рабской; они ленивы, жестоки и пресмыкаются перед утопающими в роскоши тиранами. В сознании европейцев Россия и Турция стали своеобразным варварским поясом, отделяющим цивилизованные страны от мира простодушных дикарей.
Конечно, эти расистские бредни эпохи Просвещения даже не стоят того, чтобы их комментировать. Если уж делить людей на дикарей и не-дикарей, то лучше всего границу здесь провел Честертон: «Подлинный дикарь по определению не сравнивает себя с другими племенами даже в том, как сильно он мучает незнакомцев и пленников; подлинный дикарь хохочет, когда мучает вас, и ревет, когда вы мучаете его». Дикари – это те, кто придерживается двойных стандартов, а такие, конечно же, встречаются среди любого народа. Вот подлинно справедливый критерий, но мы сейчас говорим не о справедливости, а о Западе. С точки зрения Запада, его культура является эталонной, а все прочие делятся по очень простому признаку: они либо принимают Запад (простодушные дикари), либо не принимают (злобные варвары).
Интересно, что исторически на Западе представляли дикарей черными, а варваров – желтыми (краснокожими). Этот дискурс получил широкое распространение в литературе. Марк Твен в приключениях Тома Сойера и Гекльберри Финна изобразил в качестве благородного дикаря негра Джима, а в качестве злобного варвара – «проклятого метиса» индейца Джо. То же самое видим в «Затерянном мире» Конан Дойля, где действуют благородный негр Самбо и метис Гомес, импульсивный, жестокий и мстительный варвар-полукровка.
Конечно, иногда роли дикаря и варвара распределялись внутри одного народа. У Жюля Верна в «Пятнадцатилетнем капитане» честный негр Геркулес, помогающий «крепко сколоченному англосаксу Дику Сэнду», противопоставлен покрытому татуировками, увешанному стеклянными бусами и нацепившему на нас очки кузена Бенедикта африканскому королю-пьянице Муани-Лунге. У Фенимора Купера в «Последнем из могикан» благородный дикарь индеец Чингачгук, помогающий английскому полковнику, противостоит свирепому гурону Хитрой Лисице.
И здесь мы подошли к важнейшему вопросу: так в чем же состоит «благородство» дикаря? В чем его отличительный признак? Многочисленные литературные примеры показывают, что дело не только в том, что дикарь живет на лоне природы (хотя это, конечно, добавляет красок к его портрету); дело в том, что он преданно служит белому господину. Таковы Джим, Самбо и Геркулес, таков Чингачгук, таков пигмей Тонга из рассказа Конан Дойля «Знак четырех» и многие другие.
Именно в этой оптике Запад и сейчас видит содержание всех незападных конфликтов. Благородные дикари Навальный, Скрипаль, Тихановская, Гуайдо и Гюлен встали на сторону белых людей и доблестно противостоят свирепым тиранам. В этом же ряду благородных дикарей и предводитель маленьких симпатичных аборигенов из Восточной Европы Владимир Зеленский. Его чубатые подданные живут на лоне щедрой украинской природы, где-то неподалеку от белорусского моря, они ходят в шароварах и вышиванках, едят деревянными ложками борщ из котла и ходят с рогатиной на медведя в день после весеннего полнолуния; их длинноногие светловолосые женщины уступчивы и сладострастны. (Кстати, уступчивость туземных женщин – важнейший признак, по которому на Западе всегда различали простодушных дикарей и злых варваров).
Этот шаблон сложился, конечно же, не вчера. Посмотрите американский блокбастер 1962 года «Тарас Бульба» с Юлом Бриннером в главной роли. Показанные в нем полуголые дикари-украинцы немногим отличаются от традиционных команчей Голливуда. Все вместе это дает нам широко распространенный в карикатурах образ Украины как прекрасной дикарки, которую русский варвар истязает кнутом и держит на цепи, не пуская в цивилизацию. Понятно, что в этом случае «весь мир» (то есть атлантистские страны вкупе со своими маленькими, но преданными геополитическими слугами) должен выступить на стороне дикарки.
Таково начало этой сказки, но зная основной миф, легко угадать и конец. Союз цивилизованного европейца и дикаря очень непрочен. Когда дикарь навлекает неприятности на господина, он получает порку свободным концом веревки. Именно так поступил со своим маленьким другом Джонатан Смолл, а потом, когда Тонга отправился на дно Темзы, никто не проронил о нем и слезинки. Мавр сделал свое дело, мавр может уходить. Когда смуглая дикарка выполняет все, что от нее хотели, европеец уходит к своей рыжей подруге. Об этом на Западе написаны многие тома – начиная от романов Пьера Лоти и заканчивая оперой Пуччини «Мадам Баттерфляй». Но трагической бывает судьба не только туземных женщин – по этому пути, увы, идут многие народы.
Самая неприятная истина для дикарей заключается в том, что они достаточно легко могут превратиться в злобных варваров (и подняться таким образом на вторую строчку в рейтинге), но им никогда не войти в число «подлинно цивилизованных». Границы цивилизованного мира очерчены раз и навсегда. Максимум, что светит самым преданным – умереть за интересы белого господина. А вот жертвовать собой ради диких у европейцев не принято.
Сейчас западная пропаганда рисует украинцев свободными и гордыми людьми с величественной осанкой, всей душой возлюбившими демократию. Но так будет не всегда. И здесь стоит вспомнить, как на толки о благородных дикарях однажды отреагировал Чарльз Диккенс.
«Я называю дикарем то, что желательно было бы цивилизовать до такой степени, чтобы оно совсем исчезло с лица земли, – писал английский классик. – Этот дикарь – жестокий, лживый, вороватый, кровожадный; он зависит от животного жира, звериных внутренностей и звериных обычаев; дикое животное с сомнительным даром хвастовства; тщеславный, скучный, однообразный обманщик... Новой является не несчастная природа благородного дикаря, новым является слезливое хныканье над ним, и притворное сожаление о нем, и сравнение пороков цивилизации с преимуществами его свинской жизни (swinish life). Если нам и стоит тут чему-то учиться, так это тому, как этого дикаря избегать. Его добродетели – сказка; его счастье – иллюзия; его благородство – бессмыслица. Мир станет лучше, когда в местах, где он живет, не останется памяти о нем».
Можно удивляться резкости оценок, но Диккенс всего лишь показывает нам обратную сторону той же самой медали. От любви до ненависти один шаг. И чем больше сейчас накручивается миф о благородном украинце, тем ближе не полная победа этой лжи, а ее полный крах. Месть окна Овертона никто не отменял.
Когда-то на Западе прославляли жителей Южного Вьетнама, но потом они оказались «слишком коррумпированными» (политкорректный синоним «варварской развращенности») и «не имеющими подлинной воли к борьбе за свободу» (политкорректный синоним для «рабской сущности»). Потом эта же метаморфоза произошла со сторонниками афганского президента Ашрафа Гани. Такой поворот в сознании Запада ждет и современных украинцев."
![[livejournal.com profile]](https://www.dreamwidth.org/img/external/lj-userinfo.gif)
az118: С конца 1980-х гг нацист - ультранационалист (любой, в Ср.Азии например без всякой привязки к социализму) удобный старый правый инструмент новейшей мировой левой - неомарксистов, неотроцкистов и неолибералов, используемый ультралибералами для уничтожения последних крупных традиционных идентичностей (этнических, гендерных, сословных и пр.) при построении глобального мира без границ для свободного движения труда, капитала, технологий, товаров и услуг и главное нового человека-потребителя всех этих благ в глобальной искусственной среде обитания, где все высшие качества атрофируются за ненадобностью. При этом в современном нацизме сжигаются остатки мужественности, ибо мужественность в этом новом дивном мире баб, дебилов и маразматиков представляет собой явную угрозу для его существования. Как только сей рай на земле будет построен, оставшихся нацистов тут же утилизируют.
Доктрина неоконсерватизма в США: сосуществование с Россией невозможно.
"Неоконсерваторы — американская идейно-политической "секта" последователей философа Лео Штрауса. Эти люди, ещё при Рейгане проникшие в истеблишмент США и цементирующие сегодня американский Deep State, как считается, стоят за многими геополитическими проектами Вашингтона — вплоть до войны на Украине.
Сектантство неоконов проявляется не только в насаждении "грибницы избранных", но и в их отрицании собственной принадлежности к какой-либо идеологии вообще. Всё в духе традиции благородной лжи. То есть, скажем, обман на переговорах или в СМИ — доктринальная установка штраусианства.
В редких случаях самопозиционирования эти люди предпочитают термины "убеждённость", "предрасположение". Самое же удачное их определение — фраза Ирвинга Кристола "Неоконсерватор — это либерал, ограбленный реальностью".
Тут сразу четыре намёка: на леволиберальный, часто троцкистский генезис; на эволюцию к жёсткому консерватизму; на способность к интеллектуальным метаморфозам, когда любые идеалы временны; и наконец, на неприятие реальности как таковой — с неё требуется "взыскать должок".
С этим перекликается неоконовская абсолютизация борьбы Добра и Зла, не допускающая никаких компромиссов. Тут не только "Добро должно быть с кулаками", но и "Зло должно быть побеждено любой ценой".
Последнее понимается буквально. Враг мыслится, в духе Карла Шмитта, не как конкурент, а как чужой, само сосуществование с которым невозможно. Таким врагом, обличьем абсолютного зла, считается, в частности, Россия. Точнее, Россия, наделённая идеологической идентичностью.
Особая роль в штраусианстве отводится бесконечной войне — как единственному средству национального строительства и восстановления самой сути человечности. Превентивные удары, как и ложь, оправданны. Друг — всегда прав и должен быть поддержан в силу одного статуса. Правда — всегда одна, и это исключительно "американская правда".
Отсюда — полное неприятие авторитета ООН, многополярного мира и прочих "балансов интересов". Американские ценности самоочевидны и в силу этого достойны продвижения по миру, учат неоконы. Если же какая-то "диктатура" сопротивляется, она должна быть уничтожена без сожаления.
Вот какой враг нам противостоит.
Неверно считать его чем-то чуждым Америке. Напротив, в неоконах заключён глубинный синдром, восходящий к самой истории США. Эти люди смогли уловить суть невысказанных американских чаяний и представлений о должном — и теперь воплощают их с бесчеловечным фанатизмом."
Владимир Карпец. Сегодня вообще часто забывают, что само по себе понятие расизма, рожденное эпохой Великих географических открытий, а затем британской океанической экспансией, связано с фундаментальными основами протестантской этики, в особенности в ее кальвинистском варианте, связью понятий богатства и «богоизбранности». Человек – не собственник в этом смысле и есть человек низшей расы, чем – в том числе – объясняется и расизм Запада в отношении действительно «истинных арийцев» – русских, сербов, индусов, персов и т.п. «Чистота расы» здесь такое же – только с иной стороны – прикрытие, как и «права человека». Западная цивилизация стоит на соединении библейской идеи «богоизбранности» и римской идеи «священной частной собственности». Там и только там корни явления, в котором вот уже более полустолетия пытается разобраться ООН, международно легитимная, хотя и крайне внутреннее противоречивая организация, в основании которой были положены идеалы и интересы принципиально несовместимых цивилизационных полюсов.
tyurin: "Раса" идеологическая это не то же самое, что раса в науке. "Низшей расой" могут объявляться и черные, и индоарии, и вполне себе белые ирландцы (как то было двести лет назад), и русские. Основа у расизма, как у любой идеологии, порожденной капитализмом - вполне экономическая. Надо кого-то ограбить, использовать или хотя бы выкинуть с рынка. И этот кто-то будет объявлен расово неполноценным, не способным ничего создать, вором, лентяем, маньяком, злодеем и так далее. Так что, кто у нас слишком сильно переживал насчет BLM, за чистых, белых и трудолюбивых англосаксов, делал это зря. Взаимностью они не ответят. Англосаксонская правящая финансовая олигархия выросла из купеческих сообществ, жиревших на работорговле, пиратстве, наркоторговле (опиум), захвате чужого труда и чужих ресурсов, для которых расизм, идеология превосходства всегда была естественным инструментом. На этой основе создавались и западные буржуазные нации.
Роберт Виллэн. "Ад каннибалов", который, скорее всего, изначально был задуман как антропологический фильм ужасов, в процессе своего создания просто перерос узкие рамки своего поджанра, ибо на материале фильма ужасов рассказывает притчу о духовном каннибализме и лицемерии современного общества, живущего в эпоху научно-технического прогресса (отчасти тому же посвящён и философский фантастический фильм "2001: Космическая одиссея" Стэнли Кубрика, созданный в 1968 году, как бы между двумя этапами современной научно-технической революции).
Владимир Карпец. Европа - выродившаяся русо-венедско-киммерийская земля, уничтожившая русо-венедско-киммерийских монархов и пошедшая по пути "ариев-предателей" (М. Серрано, называющий в связи с этим Карла Великого и Бонавентуру). "Кладбище народов" - в противовес России, да, возможно, их "тюрьме" (об этой антиномии говорил покойный В.В.Кожинов). "Тюрьма" против "кладбища". Но мир и есть тюрьма (как говорил тот же дон Мигель, "концентрационная вселенная" ). Поэтому нечего слов "тюрьма народов" бояться. Всё - не кладбище... Принятие же настоящего Православия означало бы для Европейцев - вновь стать собой.
Но предательство не имеет прощения. И предатель никогда не вернется к тому, кого он предал Ни диавол не вернется к Богу (как надеялся Ориген), ни Июда к Сыну Божию (как надеялся о. Сергий Булгаков). Точка невозврата для "земли Заката" пройдена.
buyaner: Если классические западники были большей частью приличными людьми, то их нынешние наследники подорвали своё реноме. Слишком многие из них ..., утверждая, что "Россия — Европа", имеют в виду не реальную страну, а некую идеальную, "правильную" Россию — а именно такую, какой она, по их мнению должна быть. Сталкиваясь с реальной, не укладывающейся в искусственную схему страной, они приходят в крайнее раздражение и начинают сетовать на "азиатчину", не замечая, что сами себе противоречат. Я уж не говорю о том, что сетования эти отдают махровым расизмом — вполне, надо признать, европейским.
Дмитрий Травин (сотрудник ЕУ СПб). "Как выглядит обычно наша первая реакция на какие-нибудь не очень приятные действия Запада в отношении России? Мы возмущаемся: «Почему они с нами не считаются?», «Какое имеют право лезть в наши дела?», «Пусть получат адекватный ответ!» А затем поддерживаем этот ответ вне зависимости от того, какие последствия он для нас вызовет. Попытки объяснить стороннику подобного подхода, что мы поступаем по принципу «назло маме уши отморожу», чаще всего остаются непонятыми. Собеседник искренне возмущается: «Но ведь они же и вправду неправы!» И поскольку в ряде случаев это действительно так, спор становится бессмысленным.
При этом тот же человек гораздо реже ведет себя подобным образом в случае, если неправ его деловой партнер. Или клиент. Или, тем более, начальник, от которого зависят зарплата и карьера. То есть в глубине души возмущение все равно остается, но наружу не выплескивается, поскольку встает закономерный вопрос: если я из-за этого «сукина сына» потеряю контракт или работу, то как завтра буду кормить семью? Не лучше ли, скрепя сердце, договориться? Пойти на уступки. Променять гордость на материальную выгоду…
Или возьмем другой пример. Как многие россияне оценивают успехи Запада? Все чаще можно встретить размышления о том, что Америка ничего не производит, кроме зеленых бумажек. Что за ленивых европейцев работают мигранты. Что пирамиды госдолга, выстроенные в развитых странах, — это способ эксплуатации кредиторов из третьего мира. Что Евросоюз — сплошная бюрократия. И т. д., и т. п. Многое из этого верно, многое — не совсем. Но характерно, что у нас становится все меньше стремления перенимать позитивный опыт и все больше попыток успокоить самих себя: они там ничем не лучше нас, пусть не гордятся.
По своим человеческим характеристикам они и впрямь не лучше. Не стоит представлять граждан «свободного мира» людьми, не склонными к коррупции, к подлости, к двойным стандартам. Не стоит думать, будто они при голосовании за президентов и депутатов всегда совершают продуманный выбор, тогда как граждане России сплошь и рядом ведутся на пропаганду. Но много ли нам пользы от того, что мы оцениваем недостатки соседей, забыв про достоинства?
Ведь, как ни крути, по качеству экономики, по уровню доходов они успешнее. И прагматичный человек скорее обратит внимание на то, почему США, печатая бесчисленные зеленые бумажки, все же пользуются доверием кредиторов. И почему именно туда устремляются «мозги» со всего мира, формируя в американских университетах базу для разработки технологий, которые затем уже мигранты на заводах превращают в продукт. Подобный прагматизм свойственен многим из нас в быту, когда надо научиться чему-то у нелюбимого учителя или коллеги. Однако в политике наши люди о необходимости учиться забывают — и просто радуются, что у «пиндосов» тоже не все гладко."
В эпоху безудержных колониальных захватов европейские философы дружно славили дикаря, восхищаясь его моральными правилами, непринужденной семейной жизнью, легкомысленным отношением к собственности и безмятежным существованием на лоне природы. Как доказал Мирча Элиаде, изобретение благородного дикаря стало выражением тоски европейцев по земному раю и его обитателям. Запад перекладывал на «диких» свои комплексы и фантазии. Кроме того, с помощью идеи «естественного человека» буржуазия расправлялась с «искусственными» (по ее мнению) установлениями цивилизации: монархией, сословным обществом и Церковью." Дмитрий Орехов.
"Главными адвокатами дикаря стали Вольтер, Монтескье, Дидро и Руссо. В пику христианской Церкви они утверждали, что человек от природы является существом добрым, честным и благородным, но встреча с цивилизацией портит его. При столкновении с цивилизацией природа дикаря извращается, и он теряет свои моральные преимущества. Таким образом, благородному дикарю противостоит не цивилизованный человек (такой, как Руссо и его друзья, истинные служители прогресса), а грубый и злобный варвар. Он кое-что позаимствовал у европейских народов, но окультурился неглубоко и непрочно, его внутренняя природа искажена.
Деление людей на три сорта (цивилизованные европейцы, злобные варвары и простодушные дикари) стало на Западе каноническим со времен Руссо. Через эту призму Запад воспринимал и воспринимает своих незападных соседей, например, Россию и Турцию. Русские и турки пролезли в Европу, даже основали там свои столицы, но эти народы лишены всяких основ самоуправления; их сущность остается рабской; они ленивы, жестоки и пресмыкаются перед утопающими в роскоши тиранами. В сознании европейцев Россия и Турция стали своеобразным варварским поясом, отделяющим цивилизованные страны от мира простодушных дикарей.
Конечно, эти расистские бредни эпохи Просвещения даже не стоят того, чтобы их комментировать. Если уж делить людей на дикарей и не-дикарей, то лучше всего границу здесь провел Честертон: «Подлинный дикарь по определению не сравнивает себя с другими племенами даже в том, как сильно он мучает незнакомцев и пленников; подлинный дикарь хохочет, когда мучает вас, и ревет, когда вы мучаете его». Дикари – это те, кто придерживается двойных стандартов, а такие, конечно же, встречаются среди любого народа. Вот подлинно справедливый критерий, но мы сейчас говорим не о справедливости, а о Западе. С точки зрения Запада, его культура является эталонной, а все прочие делятся по очень простому признаку: они либо принимают Запад (простодушные дикари), либо не принимают (злобные варвары).
Интересно, что исторически на Западе представляли дикарей черными, а варваров – желтыми (краснокожими). Этот дискурс получил широкое распространение в литературе. Марк Твен в приключениях Тома Сойера и Гекльберри Финна изобразил в качестве благородного дикаря негра Джима, а в качестве злобного варвара – «проклятого метиса» индейца Джо. То же самое видим в «Затерянном мире» Конан Дойля, где действуют благородный негр Самбо и метис Гомес, импульсивный, жестокий и мстительный варвар-полукровка.
Конечно, иногда роли дикаря и варвара распределялись внутри одного народа. У Жюля Верна в «Пятнадцатилетнем капитане» честный негр Геркулес, помогающий «крепко сколоченному англосаксу Дику Сэнду», противопоставлен покрытому татуировками, увешанному стеклянными бусами и нацепившему на нас очки кузена Бенедикта африканскому королю-пьянице Муани-Лунге. У Фенимора Купера в «Последнем из могикан» благородный дикарь индеец Чингачгук, помогающий английскому полковнику, противостоит свирепому гурону Хитрой Лисице.
И здесь мы подошли к важнейшему вопросу: так в чем же состоит «благородство» дикаря? В чем его отличительный признак? Многочисленные литературные примеры показывают, что дело не только в том, что дикарь живет на лоне природы (хотя это, конечно, добавляет красок к его портрету); дело в том, что он преданно служит белому господину. Таковы Джим, Самбо и Геркулес, таков Чингачгук, таков пигмей Тонга из рассказа Конан Дойля «Знак четырех» и многие другие.
Именно в этой оптике Запад и сейчас видит содержание всех незападных конфликтов. Благородные дикари Навальный, Скрипаль, Тихановская, Гуайдо и Гюлен встали на сторону белых людей и доблестно противостоят свирепым тиранам. В этом же ряду благородных дикарей и предводитель маленьких симпатичных аборигенов из Восточной Европы Владимир Зеленский. Его чубатые подданные живут на лоне щедрой украинской природы, где-то неподалеку от белорусского моря, они ходят в шароварах и вышиванках, едят деревянными ложками борщ из котла и ходят с рогатиной на медведя в день после весеннего полнолуния; их длинноногие светловолосые женщины уступчивы и сладострастны. (Кстати, уступчивость туземных женщин – важнейший признак, по которому на Западе всегда различали простодушных дикарей и злых варваров).
Этот шаблон сложился, конечно же, не вчера. Посмотрите американский блокбастер 1962 года «Тарас Бульба» с Юлом Бриннером в главной роли. Показанные в нем полуголые дикари-украинцы немногим отличаются от традиционных команчей Голливуда. Все вместе это дает нам широко распространенный в карикатурах образ Украины как прекрасной дикарки, которую русский варвар истязает кнутом и держит на цепи, не пуская в цивилизацию. Понятно, что в этом случае «весь мир» (то есть атлантистские страны вкупе со своими маленькими, но преданными геополитическими слугами) должен выступить на стороне дикарки.
Таково начало этой сказки, но зная основной миф, легко угадать и конец. Союз цивилизованного европейца и дикаря очень непрочен. Когда дикарь навлекает неприятности на господина, он получает порку свободным концом веревки. Именно так поступил со своим маленьким другом Джонатан Смолл, а потом, когда Тонга отправился на дно Темзы, никто не проронил о нем и слезинки. Мавр сделал свое дело, мавр может уходить. Когда смуглая дикарка выполняет все, что от нее хотели, европеец уходит к своей рыжей подруге. Об этом на Западе написаны многие тома – начиная от романов Пьера Лоти и заканчивая оперой Пуччини «Мадам Баттерфляй». Но трагической бывает судьба не только туземных женщин – по этому пути, увы, идут многие народы.
Самая неприятная истина для дикарей заключается в том, что они достаточно легко могут превратиться в злобных варваров (и подняться таким образом на вторую строчку в рейтинге), но им никогда не войти в число «подлинно цивилизованных». Границы цивилизованного мира очерчены раз и навсегда. Максимум, что светит самым преданным – умереть за интересы белого господина. А вот жертвовать собой ради диких у европейцев не принято.
Сейчас западная пропаганда рисует украинцев свободными и гордыми людьми с величественной осанкой, всей душой возлюбившими демократию. Но так будет не всегда. И здесь стоит вспомнить, как на толки о благородных дикарях однажды отреагировал Чарльз Диккенс.
«Я называю дикарем то, что желательно было бы цивилизовать до такой степени, чтобы оно совсем исчезло с лица земли, – писал английский классик. – Этот дикарь – жестокий, лживый, вороватый, кровожадный; он зависит от животного жира, звериных внутренностей и звериных обычаев; дикое животное с сомнительным даром хвастовства; тщеславный, скучный, однообразный обманщик... Новой является не несчастная природа благородного дикаря, новым является слезливое хныканье над ним, и притворное сожаление о нем, и сравнение пороков цивилизации с преимуществами его свинской жизни (swinish life). Если нам и стоит тут чему-то учиться, так это тому, как этого дикаря избегать. Его добродетели – сказка; его счастье – иллюзия; его благородство – бессмыслица. Мир станет лучше, когда в местах, где он живет, не останется памяти о нем».
Можно удивляться резкости оценок, но Диккенс всего лишь показывает нам обратную сторону той же самой медали. От любви до ненависти один шаг. И чем больше сейчас накручивается миф о благородном украинце, тем ближе не полная победа этой лжи, а ее полный крах. Месть окна Овертона никто не отменял.
Когда-то на Западе прославляли жителей Южного Вьетнама, но потом они оказались «слишком коррумпированными» (политкорректный синоним «варварской развращенности») и «не имеющими подлинной воли к борьбе за свободу» (политкорректный синоним для «рабской сущности»). Потом эта же метаморфоза произошла со сторонниками афганского президента Ашрафа Гани. Такой поворот в сознании Запада ждет и современных украинцев."
az118: С конца 1980-х гг нацист - ультранационалист (любой, в Ср.Азии например без всякой привязки к социализму) удобный старый правый инструмент новейшей мировой левой - неомарксистов, неотроцкистов и неолибералов, используемый ультралибералами для уничтожения последних крупных традиционных идентичностей (этнических, гендерных, сословных и пр.) при построении глобального мира без границ для свободного движения труда, капитала, технологий, товаров и услуг и главное нового человека-потребителя всех этих благ в глобальной искусственной среде обитания, где все высшие качества атрофируются за ненадобностью. При этом в современном нацизме сжигаются остатки мужественности, ибо мужественность в этом новом дивном мире баб, дебилов и маразматиков представляет собой явную угрозу для его существования. Как только сей рай на земле будет построен, оставшихся нацистов тут же утилизируют.Доктрина неоконсерватизма в США: сосуществование с Россией невозможно.
"Неоконсерваторы — американская идейно-политической "секта" последователей философа Лео Штрауса. Эти люди, ещё при Рейгане проникшие в истеблишмент США и цементирующие сегодня американский Deep State, как считается, стоят за многими геополитическими проектами Вашингтона — вплоть до войны на Украине.
Сектантство неоконов проявляется не только в насаждении "грибницы избранных", но и в их отрицании собственной принадлежности к какой-либо идеологии вообще. Всё в духе традиции благородной лжи. То есть, скажем, обман на переговорах или в СМИ — доктринальная установка штраусианства.
В редких случаях самопозиционирования эти люди предпочитают термины "убеждённость", "предрасположение". Самое же удачное их определение — фраза Ирвинга Кристола "Неоконсерватор — это либерал, ограбленный реальностью".
Тут сразу четыре намёка: на леволиберальный, часто троцкистский генезис; на эволюцию к жёсткому консерватизму; на способность к интеллектуальным метаморфозам, когда любые идеалы временны; и наконец, на неприятие реальности как таковой — с неё требуется "взыскать должок".
С этим перекликается неоконовская абсолютизация борьбы Добра и Зла, не допускающая никаких компромиссов. Тут не только "Добро должно быть с кулаками", но и "Зло должно быть побеждено любой ценой".
Последнее понимается буквально. Враг мыслится, в духе Карла Шмитта, не как конкурент, а как чужой, само сосуществование с которым невозможно. Таким врагом, обличьем абсолютного зла, считается, в частности, Россия. Точнее, Россия, наделённая идеологической идентичностью.
Особая роль в штраусианстве отводится бесконечной войне — как единственному средству национального строительства и восстановления самой сути человечности. Превентивные удары, как и ложь, оправданны. Друг — всегда прав и должен быть поддержан в силу одного статуса. Правда — всегда одна, и это исключительно "американская правда".
Отсюда — полное неприятие авторитета ООН, многополярного мира и прочих "балансов интересов". Американские ценности самоочевидны и в силу этого достойны продвижения по миру, учат неоконы. Если же какая-то "диктатура" сопротивляется, она должна быть уничтожена без сожаления.
Вот какой враг нам противостоит.
Неверно считать его чем-то чуждым Америке. Напротив, в неоконах заключён глубинный синдром, восходящий к самой истории США. Эти люди смогли уловить суть невысказанных американских чаяний и представлений о должном — и теперь воплощают их с бесчеловечным фанатизмом."
Владимир Карпец. Сегодня вообще часто забывают, что само по себе понятие расизма, рожденное эпохой Великих географических открытий, а затем британской океанической экспансией, связано с фундаментальными основами протестантской этики, в особенности в ее кальвинистском варианте, связью понятий богатства и «богоизбранности». Человек – не собственник в этом смысле и есть человек низшей расы, чем – в том числе – объясняется и расизм Запада в отношении действительно «истинных арийцев» – русских, сербов, индусов, персов и т.п. «Чистота расы» здесь такое же – только с иной стороны – прикрытие, как и «права человека». Западная цивилизация стоит на соединении библейской идеи «богоизбранности» и римской идеи «священной частной собственности». Там и только там корни явления, в котором вот уже более полустолетия пытается разобраться ООН, международно легитимная, хотя и крайне внутреннее противоречивая организация, в основании которой были положены идеалы и интересы принципиально несовместимых цивилизационных полюсов.
tyurin: "Раса" идеологическая это не то же самое, что раса в науке. "Низшей расой" могут объявляться и черные, и индоарии, и вполне себе белые ирландцы (как то было двести лет назад), и русские. Основа у расизма, как у любой идеологии, порожденной капитализмом - вполне экономическая. Надо кого-то ограбить, использовать или хотя бы выкинуть с рынка. И этот кто-то будет объявлен расово неполноценным, не способным ничего создать, вором, лентяем, маньяком, злодеем и так далее. Так что, кто у нас слишком сильно переживал насчет BLM, за чистых, белых и трудолюбивых англосаксов, делал это зря. Взаимностью они не ответят. Англосаксонская правящая финансовая олигархия выросла из купеческих сообществ, жиревших на работорговле, пиратстве, наркоторговле (опиум), захвате чужого труда и чужих ресурсов, для которых расизм, идеология превосходства всегда была естественным инструментом. На этой основе создавались и западные буржуазные нации. Роберт Виллэн. "Ад каннибалов", который, скорее всего, изначально был задуман как антропологический фильм ужасов, в процессе своего создания просто перерос узкие рамки своего поджанра, ибо на материале фильма ужасов рассказывает притчу о духовном каннибализме и лицемерии современного общества, живущего в эпоху научно-технического прогресса (отчасти тому же посвящён и философский фантастический фильм "2001: Космическая одиссея" Стэнли Кубрика, созданный в 1968 году, как бы между двумя этапами современной научно-технической революции).
Владимир Карпец. Европа - выродившаяся русо-венедско-киммерийская земля, уничтожившая русо-венедско-киммерийских монархов и пошедшая по пути "ариев-предателей" (М. Серрано, называющий в связи с этим Карла Великого и Бонавентуру). "Кладбище народов" - в противовес России, да, возможно, их "тюрьме" (об этой антиномии говорил покойный В.В.Кожинов). "Тюрьма" против "кладбища". Но мир и есть тюрьма (как говорил тот же дон Мигель, "концентрационная вселенная" ). Поэтому нечего слов "тюрьма народов" бояться. Всё - не кладбище... Принятие же настоящего Православия означало бы для Европейцев - вновь стать собой.
Но предательство не имеет прощения. И предатель никогда не вернется к тому, кого он предал Ни диавол не вернется к Богу (как надеялся Ориген), ни Июда к Сыну Божию (как надеялся о. Сергий Булгаков). Точка невозврата для "земли Заката" пройдена.
buyaner: Если классические западники были большей частью приличными людьми, то их нынешние наследники подорвали своё реноме. Слишком многие из них ..., утверждая, что "Россия — Европа", имеют в виду не реальную страну, а некую идеальную, "правильную" Россию — а именно такую, какой она, по их мнению должна быть. Сталкиваясь с реальной, не укладывающейся в искусственную схему страной, они приходят в крайнее раздражение и начинают сетовать на "азиатчину", не замечая, что сами себе противоречат. Я уж не говорю о том, что сетования эти отдают махровым расизмом — вполне, надо признать, европейским.Дмитрий Травин (сотрудник ЕУ СПб). "Как выглядит обычно наша первая реакция на какие-нибудь не очень приятные действия Запада в отношении России? Мы возмущаемся: «Почему они с нами не считаются?», «Какое имеют право лезть в наши дела?», «Пусть получат адекватный ответ!» А затем поддерживаем этот ответ вне зависимости от того, какие последствия он для нас вызовет. Попытки объяснить стороннику подобного подхода, что мы поступаем по принципу «назло маме уши отморожу», чаще всего остаются непонятыми. Собеседник искренне возмущается: «Но ведь они же и вправду неправы!» И поскольку в ряде случаев это действительно так, спор становится бессмысленным.
При этом тот же человек гораздо реже ведет себя подобным образом в случае, если неправ его деловой партнер. Или клиент. Или, тем более, начальник, от которого зависят зарплата и карьера. То есть в глубине души возмущение все равно остается, но наружу не выплескивается, поскольку встает закономерный вопрос: если я из-за этого «сукина сына» потеряю контракт или работу, то как завтра буду кормить семью? Не лучше ли, скрепя сердце, договориться? Пойти на уступки. Променять гордость на материальную выгоду…
Или возьмем другой пример. Как многие россияне оценивают успехи Запада? Все чаще можно встретить размышления о том, что Америка ничего не производит, кроме зеленых бумажек. Что за ленивых европейцев работают мигранты. Что пирамиды госдолга, выстроенные в развитых странах, — это способ эксплуатации кредиторов из третьего мира. Что Евросоюз — сплошная бюрократия. И т. д., и т. п. Многое из этого верно, многое — не совсем. Но характерно, что у нас становится все меньше стремления перенимать позитивный опыт и все больше попыток успокоить самих себя: они там ничем не лучше нас, пусть не гордятся.
По своим человеческим характеристикам они и впрямь не лучше. Не стоит представлять граждан «свободного мира» людьми, не склонными к коррупции, к подлости, к двойным стандартам. Не стоит думать, будто они при голосовании за президентов и депутатов всегда совершают продуманный выбор, тогда как граждане России сплошь и рядом ведутся на пропаганду. Но много ли нам пользы от того, что мы оцениваем недостатки соседей, забыв про достоинства?
Ведь, как ни крути, по качеству экономики, по уровню доходов они успешнее. И прагматичный человек скорее обратит внимание на то, почему США, печатая бесчисленные зеленые бумажки, все же пользуются доверием кредиторов. И почему именно туда устремляются «мозги» со всего мира, формируя в американских университетах базу для разработки технологий, которые затем уже мигранты на заводах превращают в продукт. Подобный прагматизм свойственен многим из нас в быту, когда надо научиться чему-то у нелюбимого учителя или коллеги. Однако в политике наши люди о необходимости учиться забывают — и просто радуются, что у «пиндосов» тоже не все гладко."
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2023-01-26 12:17 pm (UTC)LiveJournal categorization system detected that your entry belongs to the category: Общество (https://www.livejournal.com/category/obschestvo?utm_source=frank_comment).
If you think that this choice was wrong please reply this comment. Your feedback will help us improve system.
Frank,
LJ Team
no subject
Date: 2023-01-26 12:32 pm (UTC)no subject
Date: 2023-01-26 12:53 pm (UTC)(...)
Главными адвокатами дикаря стали Вольтер, Монтескье, Дидро и Руссо.
Все четверо - французы. Скорее всего, в то время "славили дикаря" только во Франции (вероятно с революционно-деструктивными целями - им нужно было подготовить народ к мысли что их, французская культура того времени, не годится для построения светлого завтра). У англоговорящих народов всё было по-другому и там скорее были "злые варвары" которых нужно, для их же пользы, колонизировать.
То что сейчас (сейчас - это примерно с последней четверти 20-го века с постепенным усилением) происходит на западе - делается с революционно-деструктивными целями (то есть - все источники, писатели, кинорежиссёры и т.д. начали славить всякие гендерные и расовые меньшинства, для того чтобы постепенно отжать у белых западноидов европейского происхождения власть и собственность).
no subject
Date: 2023-01-26 01:51 pm (UTC)Жюль Верн Таинственный остров
А кого представлял большой обезьян Юпитер ???
no subject
Date: 2023-01-26 02:01 pm (UTC)no subject
Date: 2023-01-26 06:25 pm (UTC)Как Стивен Кинг в десятилетнем возрасте узнал о первом спутнике:
"Мы сидели на стульях, как манекены, и смотрели на управляющего. Вид у него был встревоженный и болезненный – а может, это было виновато освещение. Мы гадали, что за катастрофа заставила его остановить фильм в самый напряженный момент, но тут управляющий заговорил, и дрожь в его голосе еще больше смутила нас.
– Я хочу сообщить вам, – начал он, – что русские вывели на орбиту вокруг Земли космический сателлит. Они назвали его… “спутник”.
Сообщение было встречено абсолютным, гробовым молчанием. Полный кинотеатр детишек с ежиками и хвостиками, в джинсах и юбках, с кольцами Капитана Полночь, детишек, которые только что узнали Чака Берри и Литтла Ричардса и слушали по вечерам нью–йоркские радиостанции с таким замиранием сердца, словно это были сигналы с другой планеты. Мы выросли на Капитане Видео и “Терри и пиратах”. Мы любовались в комиксах, как герой Кейси разбрасывает, как кегли, целую кучу азиатов. Мы видели, как Ричард Карлсон в “Я вел тройную жизнь” (I Led Three Lives) тысячами ловит грязных коммунистических шпионов. Мы заплатили по четверть доллара за право увидеть Хью Марлоу в “Земле против летающих тарелок” и в качестве бесплатного приложения получили эту убийственную новость."
Злобные варвары получили возможность убивать белых господ!
no subject
Date: 2023-02-05 05:16 pm (UTC)Да, для пиндосов Спутник был трагедией. Где то видел фотографию как в 1957 году в США толпа стоит на улице у громкоговорителя и слушает сообщение о первом спутнике, как в СССР во время слушали войны сводки Информбюро.
И сейчас не простили обиды :
" В США надеются, что Илон Маск расквитается с Москвой за позор «12 апреля 1961 года». Так, 14 апреля 2016 года The Moscow Times опубликовала статью "Россия vs Элон Маск:запуски в США угрожают главной роли Москвы в космическом пространстве". Её автор Мэтью Боднер начал с заявления Маска о том, что "моя семья боится, что русские меня убьют"
no subject
Date: 2023-01-27 02:46 am (UTC)Живучесть колонизаторского мифа в первую очередь базируется на самодовольстве примитивных и бескультурных людей даунтауна.
no subject
Date: 2023-02-05 12:06 pm (UTC)...Ведь, как ни крути, по качеству экономики, по уровню доходов они успешнее.
Как это простодушно-дикарски...
no subject
Date: 2025-10-18 06:03 pm (UTC)>Дмитрий Травин (сотрудник ЕУ СПб)
Мне ВНЕЗАПНО вспомнилась Радулова. Была такая очень знаковая тётка, эдакая муха-дрозофила от поп-полит-журналистики. Что у либералов было на уме, то у Радуловой — на языке.
Так вот ко всему своему безусловно показательному "букету" (в каком смысле данное слово используют врачи-венерологи) достижений тётка как-то добавила искренние восхищений Ксюшей Собачак. Вот прямо слово в слово, "ну за что вы ненавидите Дом-2, ну сами посмотрите, как она вертит всеми этими мальчиками и девочками, наверное она юберменш, не?". Смысл передан достаточно свободно, но вот слово "вертит" буквально.
Просто есть люди, которых хлебом не корми, дай только "вертеть", а там трава не расти. Эдакая мечта профессионального раба о уже своих рабах.