Эрнст Юнгер о русской литературе
Jan. 27th, 2023 10:57 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
swamp_lynx"Для меня при слове «Россия» всплывает вся многовековая проблематика отношений Востока и Запада, достигшая пика, может быть, в бранном споре Александра Первого с Наполеоном. Сразу за этим идет, конечно, великая русская литература, начиная примерно с Аксакова, с его описаний бытовой колонизации русского Востока. Затем, разумеется, Достоевский, Толстой. Помню, у нас были вечные домашние распри с первой женой — кто более велик из этих двоих великанов. Она отстаивала интересы Толстого, я — Достоевского. Полюбил я его очень рано и страстно. Один год моей жизни вообще целиком прошел под знаком Достоевского — никого другого я тогда читать просто не мог. Какой это был год? Тысяча девятьсот десятый. Я тогда учился в гимназии в Ганновере. До сих пор помню бурю в душе, поднятую романом «Преступление и наказание»." Эрнст Юнгер.
"Свой психологический лот Достоевский опустил на самую большую глубину — во всей мировой литературе. После этого обязательного тогда чтения я уже не мог оторваться от Достоевского, пока не прочел его всего. В дальнейшем вышли даже литературоведческие работы, «подверстывавшие» меня под Достоевского. Не думаю, однако, что в таких сопоставлениях много смысла. Достоевский — универсум, в него, как в резиновый автобус, можно при желании запихнуть всех писателей ХХ века.
В более зрелые годы свой интерес к России я удовлетворял чтением в основном политических сочинений — не столько русских, сколько вышедших в Англии, Франции, Германии. Из русских писателей ХХ века мне более других знаком Горький.
Взгляните на эти полки, видите издания русских классиков в роскошных переплетах двадцатых годов. Для нас, стариков, нет большего удовольствия, чем перечитывать давно читанное — словно встречаешься со своей молодостью. Русские классики, пожалуй, из тех, кого я перечитываю особенно часто и охотно. Только в самое последнее время я перечитал таким образом «Отцов и детей» Тургенева, «Тараса Бульбу» — ах, какая вещь — и «Ревизора», которого помню с раннего детства, это была любимая пьеса моего отца. Кроме того, вновь и с огромным наслаждением перечитал ранние повести Достоевского, почти забытые мною. И «Бесов», забыть которых невозможно. Редчайшей, пророческой силы книга! Она ведь, кажется, была запрещена в России? Теперь популярна? Ну, ну. Поживем — увидим."
Марина Ахмедова. Русские книги в чёрных мешках
— А у вас есть русские книги? — спрашивают дети, звоня во дворах в домофоны.
Они собирают макулатуру на нужды ВСУ, и таких детей можно наблюдать в разных украинских городах. Значит, борьба с русскими книгами достигла финального акта.
Дети сгребают русские книги в чёрные мешки. Имена авторов — Тургенева, Бунина, Пушкина и даже Достоевского — им ни о чём не говорят, ведь на Украине ещё до спецоперации русских писателей почти убрали из школьной программы.
Как-то весной 2022 года я повстречала на только что освобождённой территории — в Волновахе — учителей. Среди них была учительница литературы. Она рассказала: на Достоевского по программе ей отводилось всего полтора часа. «А как передать детям такого большого писателя за полтора часа?» — спрашивала она. Мы беседовали, стоя у школы, разбитой украинскими танками. Учительница сказала, что была счастлива, когда один ученик спросил: «А Достоевский — это который написал про мужчину, зарезавшего женщину?» «Ну хоть так запомнил…» — сказала она.
Существуют большие книги, они — вершина развития человеческой цивилизации. Воспитывают человека. Читая того же «Идиота», в котором «мужчина зарезал женщину», человек проникает в такие тайники человеческой души, что поневоле постигает её логику и, не убив, отвращается от убийства. Не предав, начинает дорожить верностью. Не пережив страданий, учится сострадать. Об этом с наслаждением говорила на русском учительница бывшей украинской школы, которой в последние годы при Украине было запрещено говорить с учениками по-русски.
Да, русские писатели создали мощную школу воспитания души. В ней продолжают учиться и европейцы. Чехов, Достоевский и Толстой издавались на европейских языках в неимоверных количествах. По крайней мере, до СВО. И для украинских, русскоязычных от рождения детей эта школа наиболее органична и генетически, и ментально. Именно поэтому русские писатели стали первой мишенью на Украине. Ведь война идёт за души — и в ней русские писатели непобедимы.
Вот поэтому большую русскую книгу нужно достать с самой тёмной полки и изъять. В рамках борьбы с русским на предприятиях в макулатуру украинцы в обязательном порядке сдают всё — детективы, бульварные романы, переводы зарубежных авторов на русский. Но расчёт на то, что среди них всё-таки будут и большие книги.
Взрослому наверняка непросто отдавать своего Достоевского: он-то в школе его изучал, тот-то воспитатель и часть его души, чего бы этот взрослый сейчас ни имел против России. А ребёнок, которому было выделено на Достоевского полтора часа, достанет этот томик с родительской полки и легко отдаст. Он ещё не в состоянии осознавать, какую ценность он кладёт в мешок, получая заодно мощную установку против русской книги и книг вообще. И никто не знает, сумеет он в будущем победить эту установку или нет.
Украинские школы и гимназии регулярно проводят акции против русских книг под лозунгом «Это написано врагами. Сдай русскую книгу, помоги ВСУ». Например, в Кривом Роге в конце прошлого года школы и гимназии собрали на переработку 10 580 кг российских книг. Дети несли их из дома — доставали с тёмных полок. Но книги в домах закончились, а азарт помогать ВСУ не прошёл, и дети пошли по дворам. Борьба за детские души достигла своего финального акта. И вот в нём появляется лукавый. О его присутствии говорит хотя бы то, с каким лукавством совершается преступление против детей — руками самих же жертв, не ведающих, что творят. Впрочем, всё это давно описано русскими классиками.
"Свой психологический лот Достоевский опустил на самую большую глубину — во всей мировой литературе. После этого обязательного тогда чтения я уже не мог оторваться от Достоевского, пока не прочел его всего. В дальнейшем вышли даже литературоведческие работы, «подверстывавшие» меня под Достоевского. Не думаю, однако, что в таких сопоставлениях много смысла. Достоевский — универсум, в него, как в резиновый автобус, можно при желании запихнуть всех писателей ХХ века.
В более зрелые годы свой интерес к России я удовлетворял чтением в основном политических сочинений — не столько русских, сколько вышедших в Англии, Франции, Германии. Из русских писателей ХХ века мне более других знаком Горький.
Взгляните на эти полки, видите издания русских классиков в роскошных переплетах двадцатых годов. Для нас, стариков, нет большего удовольствия, чем перечитывать давно читанное — словно встречаешься со своей молодостью. Русские классики, пожалуй, из тех, кого я перечитываю особенно часто и охотно. Только в самое последнее время я перечитал таким образом «Отцов и детей» Тургенева, «Тараса Бульбу» — ах, какая вещь — и «Ревизора», которого помню с раннего детства, это была любимая пьеса моего отца. Кроме того, вновь и с огромным наслаждением перечитал ранние повести Достоевского, почти забытые мною. И «Бесов», забыть которых невозможно. Редчайшей, пророческой силы книга! Она ведь, кажется, была запрещена в России? Теперь популярна? Ну, ну. Поживем — увидим."
Марина Ахмедова. Русские книги в чёрных мешках
— А у вас есть русские книги? — спрашивают дети, звоня во дворах в домофоны.
Они собирают макулатуру на нужды ВСУ, и таких детей можно наблюдать в разных украинских городах. Значит, борьба с русскими книгами достигла финального акта.
Дети сгребают русские книги в чёрные мешки. Имена авторов — Тургенева, Бунина, Пушкина и даже Достоевского — им ни о чём не говорят, ведь на Украине ещё до спецоперации русских писателей почти убрали из школьной программы.
Как-то весной 2022 года я повстречала на только что освобождённой территории — в Волновахе — учителей. Среди них была учительница литературы. Она рассказала: на Достоевского по программе ей отводилось всего полтора часа. «А как передать детям такого большого писателя за полтора часа?» — спрашивала она. Мы беседовали, стоя у школы, разбитой украинскими танками. Учительница сказала, что была счастлива, когда один ученик спросил: «А Достоевский — это который написал про мужчину, зарезавшего женщину?» «Ну хоть так запомнил…» — сказала она.
Существуют большие книги, они — вершина развития человеческой цивилизации. Воспитывают человека. Читая того же «Идиота», в котором «мужчина зарезал женщину», человек проникает в такие тайники человеческой души, что поневоле постигает её логику и, не убив, отвращается от убийства. Не предав, начинает дорожить верностью. Не пережив страданий, учится сострадать. Об этом с наслаждением говорила на русском учительница бывшей украинской школы, которой в последние годы при Украине было запрещено говорить с учениками по-русски.
Да, русские писатели создали мощную школу воспитания души. В ней продолжают учиться и европейцы. Чехов, Достоевский и Толстой издавались на европейских языках в неимоверных количествах. По крайней мере, до СВО. И для украинских, русскоязычных от рождения детей эта школа наиболее органична и генетически, и ментально. Именно поэтому русские писатели стали первой мишенью на Украине. Ведь война идёт за души — и в ней русские писатели непобедимы.
Вот поэтому большую русскую книгу нужно достать с самой тёмной полки и изъять. В рамках борьбы с русским на предприятиях в макулатуру украинцы в обязательном порядке сдают всё — детективы, бульварные романы, переводы зарубежных авторов на русский. Но расчёт на то, что среди них всё-таки будут и большие книги.
Взрослому наверняка непросто отдавать своего Достоевского: он-то в школе его изучал, тот-то воспитатель и часть его души, чего бы этот взрослый сейчас ни имел против России. А ребёнок, которому было выделено на Достоевского полтора часа, достанет этот томик с родительской полки и легко отдаст. Он ещё не в состоянии осознавать, какую ценность он кладёт в мешок, получая заодно мощную установку против русской книги и книг вообще. И никто не знает, сумеет он в будущем победить эту установку или нет.
Украинские школы и гимназии регулярно проводят акции против русских книг под лозунгом «Это написано врагами. Сдай русскую книгу, помоги ВСУ». Например, в Кривом Роге в конце прошлого года школы и гимназии собрали на переработку 10 580 кг российских книг. Дети несли их из дома — доставали с тёмных полок. Но книги в домах закончились, а азарт помогать ВСУ не прошёл, и дети пошли по дворам. Борьба за детские души достигла своего финального акта. И вот в нём появляется лукавый. О его присутствии говорит хотя бы то, с каким лукавством совершается преступление против детей — руками самих же жертв, не ведающих, что творят. Впрочем, всё это давно описано русскими классиками.
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2023-01-27 07:59 pm (UTC)LiveJournal categorization system detected that your entry belongs to the category: Литература (https://www.livejournal.com/category/literatura?utm_source=frank_comment).
If you think that this choice was wrong please reply this comment. Your feedback will help us improve system.
Frank,
LJ Team
no subject
Date: 2023-01-27 08:27 pm (UTC)