swamp_lynx | Интересные заметки 24

Фридрих Ницше. "Это дошло как-то, каким-то мудреным образом до сознания Спинозы (к досаде его толкователей, прямо-таки старающихся исказить его в этом месте, например Куно Фишера), когда однажды в послеобеденное время – кто знает, о какое он терся воспоминание, – ему пришлось размышлять над вопросом, что собственно осталось в нем самом от знаменитого morsus conscientiae (угрызения совести) – в нем, выдворившем добро и зло в область человеческого воображения и злобно защищавшем честь своего «свободного» Бога от тех кощунников, чьи утверждения доходили до того, будто Бог творит все sub ratione boni (под углом зрения блага) («это, однако, значило бы подчинить Бога судьбе и было бы поистине величайшей из всех бессмыслиц» –). Мир для Спинозы снова вернулся к невинности, в которой он пребывал до изобретения нечистой совести, – что же тем самым вышло из morsus conscientiae? «Противоположность gaudium (радости), – сказал он себе наконец, – печаль, сопровождаемая представлением о некой прошедшей вещи, которая не оправдала надежд». Eth. III propos. XVII schol. I, II. Не иначе, чем Спиноза, чувствовали на протяжении тысячелетий относительно своего «прошедшего проступка» настигнутые карой зачинщики зла: «тут что-то неожиданно пошло вкривь и вкось», не: «я не должен был делать этого», – они покорялись наказанию, как покоряются болезни, несчастью или смерти, с тем храбрым безропотным фатализмом, каковым, например, еще и сегодня русские превосходят нас, западных людей, в жизненном поведении".

az118: Троица - это Корень и Крона Мироздания, основание и вершина его Единства - Единства Природы, Духа и Логоса в Любви и Покое, рождающих Войну и Движение к Цели - Вечности Начала в Конце, а Троица Рублева - Символ этого Единства, созданный в период трагической раздробленности Руси и стремления к единству, выраженному в русской культуре, связывающей поколения и сословия русских людей и русские земли в едином русском государстве - земном образе Мироздания и уделе Богородицы, Символ-Призыв к Небесной России, через два века осмысленной в Киеве как единство Великороссов, Малороссов и Белорусов, а не к Новому Израилю.

на западе Троицу изображают как старца-Иегову, (часто распятого) Сына-Христа и голубки-руах (которая по семитской природе женственна), в то время как на востоке иконография Троицы - три ангельских мужа, представляющие Ипостаси, но не сами Лица

очевидна имплицитная теологоцентричность такой Троицы, но не как центричность Зова-призыва к потомкам, а как непрерывное неумолчное говорение или непрерывная саморефлексия-интроверсия Иеговы - его слово себе о себе, что и есть гомоэротизм самовлюбленного ума (Иеговы), которому дети не нужны, но Чаша возвращает смысл этому Символу, делая Троицу экстраверсивной и животворной.

Nicolás Gómez Dávila. Поговорив с кем-нибудь «очень современным», мы видим, что человечество уклонилось от «веков веры», чтобы застрять в веках легковерия.

Подлинный атеизм для разума человека то же, что десятитысячеугольник для его воображения.

Поиск «истины вне времени» - это способ найти «истину своего времени». Кто ищет «истину своего времени», находит только темы дня.

Пока демократия его не замечает, культурный человек может выжить и в демократические времена.

Порядок – это то, что само собой вытекает из нормы. А не то, что навязано правилами.

Подлинный писатель – не тот, кто развлекает нас экзотическим голосом колоритного сотрапезника при случайной встрече, а тот, кто порицает нас тем же самым голосом, которым мы говорим в одиночестве.

Посредственный писатель XVII и XVIII веков говорил занимательным и приятным голосом хорошо образованного человека. Посредственный писатель XIX или XX века – не более чем посредственный литератор. Сегодня между гением и толпой разница только в иерархии самомнений.

Поставить "ближнего" на место Бога - цель либерального протестантизма XIX века и постсоборного католицизма.

Постарев, мы обнаруживаем тщету не всего, а почти всего.

Посткантианские материалистические учения – это племена, выжившие в климатической катастрофе, питаясь гниющими остатками трупов.

Провозгласив догму об изначальной невиновности, демократия заключает, что виновен в преступлении не завистливый убийца, а жертва, которая вызвала его зависть.

Андрей Парибок. Можно считать так: выдвижение православия на роль скрепы большого русского народа совершается в силу таких факторов а) естественной поляризации перед западными тенденциями отмены пола, семьи и биолого-популяционной нормы б) скудости мысли у тех, кто выдвигает (т еще есть факторы). Но в результате такого тренда конфессия сделается чисто социально-суперэтническим институтом, полностью утратив черты пути к трансценденции. В самом деле, ни слова о трансценденции (стяжании царствия небесного, обожении) радетели за православие как скрепу не произнесли и наверно не произнесут: они этих выражений скорее всего не понимают Или безучастны к ним.
Но можно допустить лучший сценарий: назревшую поляризацию в православии социального и трансцендентного, в том числ оформление возможностей пути к трансценленции для мирян, а не только для монахов, как прежде.

russhatter: Я уже давно живу по принципу аналитика: не можешь прямо бороться с не устраивающим тебя явлением - постарайся его описать, это тоже будет борьба.

thor_2006: Во время войны царств Чу и Сун в 638 г. до н.э. произошел такой вот казус:
Все воины сун выстроились в боевой порядок еще до того, как чуская армия закончила перепарвляться через реку, и главный воевода предложил сунскому князю:
- Их много, а нас мало. Прошу разрешения атаковать их до того, как все они перейдут реку
Князь ответил воеводе:
- Этого делать нельзя.
Когда чуская армия переправилась через на другой берег , но еще не выстроилась в боевой порядок, воевода снова попросил разрешения атаковать, но князь ответил:
- Еще нельзя.
Только когда враг полностью развернул свои силы, атака началась. сунская армия потерпела сокрушительное поражение. Сам князь был ранен в бедро, а вся стража дворцовых ворот погибла. Все люди государства осуждали князя, но он сказал:
- Благородный господин никогда не наносит второй раны и не берет в плен седовласого старика. Когда древние вели войну, они не нападали на врага, который находился в ущелье. Хотя я всего лишь недостойный потомок погибшей династии, я никогда бы не отдал приказ бить в наступление и атаковать врага, который еще не построился в боевой порядок...

Начхим. Во время прусского восстания войском племени бартов (это там где Бартошице и Правдинск) командовал князь Дивон. У него был сын - Гландо Комбило. После поражения Гландо со своими людьми ушёл к Александру Невскому. Его сына, внука Дивона, Андрея, писец запишет с ошибкой: Андрей Кобыла. От него пошёл род Романовых.

propatriamori: Некоторые живые существа в состоянии проходить зеркальный тест, видя в своем отражении в зеркале не некую другую особь, а себя со стороны, и, таким образом, как бы осознавая собственную отдельность от окружающего мира. Поговаривают, что такое может быть доступно даже и роботу, искусственному интеллекту. Естественный интеллект, человек, если он уже покинул младенческий возраст, легко проходит зеркальный тест, но у него есть другая проблема: успешно опознавая себя самого в зеркале, он как-то теряется в ситуации без зеркала, и тогда, если видит кого-то, чаще всего видит будто что-то другое, а не всё то же самое, хорошо известное по самому себе. Конечно, если ты человек, то у тебя есть довольно много времени, чтобы обнаружить, что не в зеркале дело, что этот тест пройдет тот, кто и без зеркала угадает знакомые черты и увидит в других только бессчетное число раз повторенное отражение первочеловека, изгнанного из рая, такое же в точности отражение, какое в зеркале ты однажды принял за себя. И кроме этих копий, реплик здесь вообще больше никого нет. Ну разве только роботы.

agordian: В нынешнем турбулентном мироустройстве агенты правительства, которые обладают достаточным могуществом в естественном и повсеместном симбиозе с хозяевами экономики, это овер-хорошо! На них мы имеем хотя бы минимальное влияние через законы и прочие выборы. Их (государственными) механизмами пользуемся в защите своих прав; Трудовой кодекс в пример.
Со стороны капиталиста заметить трудящуюся вошь под ногами — вопрос не обязанности, а доброй воли.

russhatter: Слово - за слово: я исчерпал возможности договариваться с широким сообществом по общим вопросам. И ладно бы только с людьми по ту сторону забора, нет, всё хуже.

Причины, собственно, для меня самого очевидны, и я не понимаю, что в них не понимать:

1. Общая понятийная сетка, которую разделяют многие из широкого сообщества, по обе стороны, пригодна ныне только для того, чтобы объяснять, почему что-то там (бесконечно разнообразное) НЕ получилось. И совершенно непригодна для того, чтобы объяснять то, что ПОЛУЧИЛОСЬ в нынешней реальности.

2. Многие общеизвестные факты о цивилизации, и у нас и у них, да вглубь на два-четыре века, требуют переоценки - в связи с открывшимися в новой эпохе обстоятельствами.

3. Понятийная сетка эта слишком мало отличается от изложенного когда-то в прошлом веке в учебнике диалектического и исторического материализма, а должна бы сегодня отличаться качественно. Потому что невозможно не увидеть, что практика нынешних (и на добро, и на зло) гуманитарных технологий вовсю использует человеческую энергетику не того типа, про который думали в XIX-XX веках, и в старых учебниках для этого всего нынешнего просто нет места.

4. Согласованное знание про общество нужно не класть на полку, а тут же с ходу применять, к себе и к окружающим, проверять на себе самом, активно. Оно, это знание, именно для этого сегодня нужно, а вовсе не для абстрактных поисков истины.

В принципе, я понимаю, почему люди не рвутся формулировать, и тем более обсуждать эти и подобные тезисы: боятся напроситься на простенький встречный вопрос: "а что Вы можете предложить взамен?". Но только лично меня этот вопрос не смущает: уж я-то как раз могу что-то предложить, предлагаю. То, что никто не берёт - в данном контексте не важно: важно, что меня не смущает.

Если с подробностями: я нашёл свою аудиторию, у которой я, по-видимому, пользуюсь спросом. Это важно - вот только эта аудитория молчит. Но по-видимому понимает про тезисы. Но давайте забудем про мои поделки-наработки, давайте забудем про эту аудиторию: остальные - что, они не понимают?

Понимают, бросьте. Все всё понимают. Если не всё, то хоть что-то. Но надо не только понимать, этого недостаточно.

langobard: Часто общество, требуя справедливости, под видом справедливости требует халявы. В общем, надо как-то учить или заставлять общество различать справедливость и халяву.

papalagi: Международная изоляция немецкой науки в первой половине 1920-х гг. не только подразумевала невозможность ее участия в работе обществ и ассоциаций, объединяемых в МСИ, но также выражалась в исключении немецкого языка из круга международного академического общения, в бойкоте немецких работ в периодике стран-победителей, переносе работ по реферированию и международной библиографии научных публикаций за пределы Германии*. Особенно болезненным было неприглашение немецких ученых на большинство международных научных съездов и конгрессов до середины 1920-х гг. Так, в официальном правительственном меморандуме «Немецкая наука и заграница» (январь 1925 г.) приводились следующие данные за 1922–1924 гг. по соотношению количества проведенных без участия Германии международных конгрессов к общему их числу: по общественным и естественным наукам — 51 из 57, по техническим — 17 из 20, по вспомогательным — 16 из 21.
* См.: Schröder-Gudehus B. Deutsche Wissenschaft und internationale Zusammenarbeit. Geneve, 1966. S. 111–120.

Об этом довольно содержательно повествует Колчинский Э. И. (1940-2020) в книге Единство эволюционной теории в разделенном мире ХХ века. (2015) — например:

К национализму немецких биологов толкала не столько ностальгия по утраченной мощи, сколько чувство униженности от бойкота со стороны международного научного сообщества, исключившего их из всех международных организаций после Первой мировой войны.

Эмпирически можно наблюдать исчезновение французского языка из поля международного научного общения, затем немецкого и замещение их английским.
Кстати, из основателей СТЭ практически исключены ее немецкие, русские и вообще иные, кроме американских и английских авторов.

"Многим болезнь отсрочила смерть; и то, что они казались умирающими, служило к их спасению. Умрешь ты не потому, что хвораешь, а потому, что живешь. Та же участь ждет и выздоровевшего: исцелившись, ты ушел не от смерти, а от нездоровья.
...
«Но болезнь не дает ничего делать и уводит от всех обязанностей». — Нездоровье сковывает твое тело, а не душу. Пусть оно опутает ноги бегуну, окостенит руки портному или кузнецу. А ты, если привык к тому, что ум твой деятелен, будешь учить, убеждать, слушать, учиться, исследовать, вспоминать. Что же, по-твоему, быть умеренным в дни болезни значит ничего не делать? Ты докажешь, что болезнь можно одолеть или хотя бы вынести. И в постели больного, поверь мне, есть место для добродетели. Не только с оружьем и в строю можно доказать, что дух бодр и не укрощен крайними опасностями: и под одеялом видно, что человек мужествен. У тебя есть дело — храбро бороться с болезнью, а если она тебя не покорила и ничего от тебя не добилась, ты подал славный пример. — «Поистине есть чем прославиться, если все будут глядеть, как мы хвораем!» Сам на себя гляди, сам себя хвали!"
(Сенека, из "Писем к Луцилию") via ne_sbylos.

rumata: Непосредственный предшественник финикийского алфавита - протоханаанский - использовался на излёте Бронзового века, сперва либо в Египте, либо в Ханаане, а затем в сиро-хеттских царствах. Именно его, протоханаанский, считают старейшим полностью сформировавшимся алфавитом, производным от египетских иероглифов. Изобретатель неизвестен.

Андрей Парибок. Возможно, что модерн - имманентное порождение типа рациональности БЗ, которое стало развертываться в меру ослабления христианства, как гибридного явления: прививки АА на позднеантичный БЗ.
Но есть еще что продумать.
К примеру, позднеантичное разложение и позднемодерное разложения не тождественны не только стилистически, но и ценностями.

Юрий Шевцов. Порабощенные сотни лет немцами народы в принципе везде создают идентичность по шаблону. Взятому у немцев же с их фольком 19го века. Борьбу за свое возрождение и изгнание немцев они проводили тоже по немецкому же образцу. И начинали обычно под немецким же руководством.

Марк Твен. «Правду следует подавать так, как подают пальто, а не швырять в лицо, как мокрое полотенце».

Андрей Парибок. Для построения мощной теории мало обрести новые прозрения в суть предметной области. Не менее необходимо следовать технике конструирования теории как тела знания. Мне представляется, к сожалению, что это умение почти вывелось. Старые варианты забылись. Не думаю, что этой конструктивной дисциплине вообще обучают возможных теоретиков или хотя бы учат тому, как усмотреть категориальную содержательную форму теоретической мысли и способ ее разворачивания. НЕ уверен даже, что поднятая мной тема будет понята кем-то, кроме единичных читателей.

Maxim Demchenko. Сила Корана - в звуке, а не в смыслах. Смыслы вторичны. Как и во всей ниракара-бхакти: от Шейха Фарида и Кабира до Нанака и Арджуна.

pyshch: Я помнится еще сравнительно молодым специалистом попал в один проект, ну и мне давались задачи руководителем (ему около 50 было), а я периодически перед ним отчитывался. И вот как-то я что-то не сделал и стал объяснять почему, а он мне говорит: не оправдывайся, а скажи:
1) Что ты реально сделал,
2) Что будешь делать для достижения цели
3) Когда будет достигнута цель.
Для меня это было как холодный душ: а реально, нафига я оправдываюсь, одно же дело делаем.

Александр Бовдунов. Мужество у Аристотеля - готовность подвергнуться серьезному, но не безнадежному экзистенциальному риску ради достойной цели. Значит, когда нет шансов на победу или нет достойной цели - это не мужество. Добродетель и безумное поведение несовместимы. Схожее понимание у китайцев: в трудах Конфуция. "Здесь мужество предстает как одна из трех добродетелей благородного человека, но для Конфуция мужество также связано с вопросом меры. Оно должна быть обрамлено чувством приличия или ритуалом, другими словами, существует правильный способ быть мужественным, и ему также предшествует знание. Короче говоря, это готовность рисковать собой, чтобы предотвратить зло, повинуясь этическим нормам".

Андре Моруа. "Франция дала Америке Лафайета, та вернула долг сторицей, подарив Франции Джефферсона, который призывал своих парижских друзей сохранять радикальность в мыслях и умеренность в действиях, — привычное сочетание для англосаксонских стран, но весьма ненадежное — для романоязычных".

trita: "Энергия" для физиков, как и "жизнь" для лириков это "данность", монополярный феномен, то есть для науки, как логики, это базовая аксиома, которую она, естественно, не может в рамках этой производной научной логики ни доказать ни дать определение. Для лириков аналогично невозможно ни доказать ни объяснить Бога, в силу Его принципиальной трансцендентности, можно только рефлексировать. Физику в этом смысле можно назвать рефлексией на энергию как феномен-в-себе.

ex0rtodox: Квантовая физика изменила представления о материи, прочно впутав в этот вопрос присутствие наблюдателя, без которого, похоже, материя существует лишь как потенциальная возможность.

kryloyashher: Не столько агрессия как таковая, сколько, например, неспособость её сдерживать. В одном из недавних клеверов была тема про неандертальцев. Так это про них: индивидуально хорошо приспособленные — умные, сильные, но с плохими тормозными центрами, и потому асоциальные. Вот и вымерли.
Что же касается агрессивных стай, то это скорее боковая ветвь по признаку "В", потому как агрессивность сама по себе не позволит таким сообществам образоваться. А если они возникают, то как отклонение от первоначальной социальности.

iv_an_ru: Есть классический дифур, описывающий взаимосвязь капитала, амортизации, и потребления домохозяйств. А из него следует парадоксальный, на первый взгляд, вывод, что если пытаться слишком много инвестировать, то получишь недоразвитое общество с неэффективной экономику, работающую ради самой себя, ради собственной амортизации. Излишние инвестиции могут быть так же плохи, как и излишнее, "незаработанное", потребление домохозяйств.

— А всё-таки, сэр, сколько лет вы в авиации?
— О, Дринкинс, очень много.
— А этот полёт, какой по счёту в вашей жизни?
— Такой же, как и в вашей, Дринкинс. Последний.

nchudova: Любая работа держится на доверии — заказчика к специалисту, специалиста к коллеге, группы коллег к группе смежников. Чем меньше в это пытаются вторгаться с внешними критериями, тем лучше.

russhatter: Наши ... проявляют поразительное хладнокровие к тому, как оно ТАМ. Им не интересно, от нас это не зависит. Тут стоит ментальная стенка: мы уже давным-давно сами себя ею огородили. Но это не отпиленное пространство, стенка проницаема, в обе стороны и легко. Запрещено — осмысление того, что мы — часть Мира, и то, что у нас происходит — это отражение мировых процессов. Нас интересуют только мы.

yuritikhonravov: Веру не выбирают. Это она нас выбирает. Прежде всего потому, что вера — это не волевое постулирование чего-то, а доверие некоему неповторяемому опыту.

buyaner: Я не согласен, что специфическое отношение носителей русского языка к украинскому всецело определяется общими установками ко всякому мезолекту; специфику самого украинского я бы со счетов не сбрасывал. Идиш для немецкого уха звучит вульгарно (хотя сейчас никто в этом не признается) - вне зависимости от отношения к какому-нибудь Plattdeutsch.
... Дело не в отдельных забавных соответствиях, типа пресловутой польской «уроды» и чешских «вонявок», а в общем строе языка, его субъективно – с точки зрения близкого, но иного – воспринимаемом регистре. Для непредвзятого русского уха украинский звучит как нарочитое просторечие. Как только он внедряется в высшую сферу обихода, возникает ощущение скрежещущего диссонанса.

"По-моему, ошибаются те, кто полагает, будто верные приверженцы философии из непокорности и упрямства презирают должностных лиц и царей, словом, всех, кто управляет общественными делами. Наоборот, никто не чувствует к ним такой благодарности, и недаром: никто не получает от них больше тех, кому они дают покой и досуг. Поэтому люди, чья высокая цель — жить праведно — недостижима без общего спокойствия в государстве, непременно будут чтить как отца подателя этого блага — куда больше, чем те не знающие покоя в гуще дел, которые многим обязаны правителю, но во многом его и винят, и чью жадность, возрастающую по мере насыщения, не утолит никакая щедрость. Кто думает, как бы получить, забывает о полученном, и самый гнусный порок жадных — неблагодарность. (...) А человек чистосердечный и порядочный, который покинул курию и форум и отошел от государственных дел ради дел более важных, любит тех, чья охрана дает ему такую возможность, и только он один безвозмездно свидетельствует им свою благодарность за великую услугу, оказанную неведомо для них самих. И те, под чьей защитой занимается он благородными искусствами, чтимы и уважаемы им не меньше, чем наставники, чьим благодеянием мог он выйти из тупика..."
(Из 73 письма Сенеки к Луцилию) via ne_sbylos.

tacheleis: Я стараюсь поддакивать и помалкивать, потому что моя вселенная ну уж очень сильно другая. Но как же сложно играть в этот театр. Поэтому наверное сны такие чужеродные, нет вообще ничего из настоящей и окружающей меня реальности, ни мест, ни людей, ни предметов. И понимания кто я. Как осознаваться?

"Только двое принимают мужчину таким каков он есть - мама и военкомат." (via misha_makferson).

Максим Шмырев. Есть два дня в году, с которыми у меня связаны особые чувства: дни, как перекрестки, как повороты дороги, как верхушки холма – с деревом, надо которым облако. Это последний день весны и последний день лета, 31 мая и 31 августа – разные по значению, но одинаковые по ощущению перехода. 31 мая будто сужает мир – весеннее многоцветие и многообразие утихает, собирается, вмещается в лето – линейное лето, то солнечное, то дождливое, но предсказуемое, знаемое: вот шумит трава в поле, над горизонтом долго стоит и горит солнце, и чудо теряет чудесность, оно бытийствует: крещальная вода утренней прохлады, пасхальные алости утренних сумерек. Наступает время созревания плодов, и лето прекращается, лето преображается в Успение, и 31 августа вновь появляется перекресток, поворот, холм с деревом, над которым облако. Мир снова расширяется, разбегается тысячами тропинок – под опадающими листьями, среди катящихся яблок. Его заполняет синева, и стоит тихим стражем до часа, когда пойдет снег.

grisabella: Если нет смены времён года, я лично не чувствую, что живу. Мы из Англии вернулись по этой причине. Летом не жарко, зимой не холодно, но в домах промозгло и сыро — тьфу.
Я выросла в Ростове-на-Дону, и не могу сказать, что там нет зимы, есть, иногда довольно холодная и изнурительная (хотя чаще слякотная), но вот этого чуда весны нет, просто было холодно — стало тепло, потом жара, потом опять слякоть. В 18 лет я приехала в среднюю полосу, и моя первая осень меня потрясла. И зима, и весна. И я решила что останусь тут навсегда. Просто надо каждый год переживать осень как античную трагедию, зиму эту бесконечную и безнадёжную как смерть, и в награду весну как чудо. Как можно привыкнуть к тому, что под коркой снега, где всё давно и прочно умерло, обязано было умереть, вырастают трава и цветы, я не знаю. Каждый год разный, но каждый год чудо.
И Пасха про это же. Потому у всех Рождество главный праздник, а у нас Пасха. Все рождаются, все умирают, а воскресение — это невозможное что-то, победа жизни над смертью, разве может что-то сравниться с этой радостью.
В этом году не было у меня его, ощущение, что на паузу поставили жизнь.

Роберт Гейтс. Макс Гастингс написал в своей книге "Инферно", что "такова природа всех конфликтов: пока враги не начнут стрелять, пока корабли не будут тонуть, пока твои близкие или хотя бы товарищи не начнут умирать – даже профессиональным солдатам свойственно пренебрегать необходимой решительностью и беспощадностью".

Если офицер не режет правду-матку и не поощряет откровенность, он оказывает себе и армии в целом медвежью услугу... Призываю вас облачаться в мантии бесстрашных, трезвомыслящих, но лояльных диссидентов, когда того требует ситуация.

sergeyhudiev. Развратник там или пьяница движутся в ад всякими запутанными кренделями, шаг вперед, два шага назад, еще дойдут ли - непонятно, могут ... хоть <в> последний момент раскаяться и спастись. Человек, предающийся праведному негодованию, движется туда же по прямой дороге с большой скоростью. Он не только требует себе права на ненависть, он объявляет свою ненависть священной, все, кто не разделяет ее, в свою очередь делаются объектами ненависти.

propatriamori: Газеты сообщают о сожжении в Швеции книги, священной для мусульман. Тамошними властями этот поступок какого-то активиста рассматривается как неразумное, вредное, но разрешаемое действие, поскольку в данном случае первенствует правило свободы слова, хотя акция была в большей степени жестом, чем словом. В то же время и в тех же краях хоть за слово, хоть за жест ненависти неминуемо наступают санкции, если дело происходит на стадионе. И на стадионе, и в нефутбольной жизни в рациональном европейском мире рациональность как будто проявляет себя одинаково — в безусловном следовании формальным правилам (на стадионе правило запрещает ненависть, а за его пределами запрещает любое ограничение свободы слова), но где же в ней самой следование более фундаментальному правилу различения того, где какие правила хороши? Где важнее применение правила о запрете ненависти? Что ни говори, а любая игра — это только игра с ее игровыми, игрушечными победами и поражениями, игрушечной же любовью к своим и ненавистью к врагам, а ведь бывает и по-другому. Нет, и с рациональностью что-то не так.

zoorlander: Как все-таки невероятно вырос Миядзаки – от всего произошедшего с начала лета у меня случился стихийно-рандомный пересмотр его фильмов, и если Навсикая из долины ветров это типичная кибер-панк поделка (не лишенная, впрочем, воображения – но роскошно-чудовищные фантазии не редкость в этом жанре), то Унесенные призраком это глыба, шедевр. Ни убавить, ни прибавить, идеальное кино. Как любимую песню однажды надоевшую до чертиков переслушиваешь и волей-неволей не можешь удержаться от какого-то ребяческого восторга, так и тут – эх, хорошо, ну что ты будешь делать. И дворец Юбабы (один в один пригожинский дом, но это просто тип такой, Пригожин типичная Юбаба), и грузный дух, безмолвно впрягающийся за Тихиро в лифте, и последний рывок дракона перед смертью, и скрип уключины лодки-бочонка, в которой работница потусторонней бани провожает Тихиро до станции. Да все, в общем – все изумительно точно, парадоксально и "так, как оно есть".

Два момента, которые раньше проходили мимо меня. Первый совершенно очевидный: бездомному духу придумали в конце дом. Почему я раньше это пропускала – загадка.

Второй куда менее осязаемый, но глобально наверное вообще самое главное, что есть в Унесенных призраками. Это – внезапно – грустная сказка. Не как Лоуренс Аравийский, который после определенного момента разворачивается на сто восемьдесят градусов и несколько назидательно демонстрирует, куда приводят высокие порывы. Но вплетая эту бесшумную печаль в самые, казалось бы, не предназначенные для того места, от чего печаль начинает звенеть, а после и грохотать. А вы что думали? Вернее, что я думала – что из всего и всегда есть утешительный выход? Увы, нет. Речка засыпана, парк аттракционов закрыт. Мимо проносятся призрачные станции, на которые никогда не доведется ступить. Мы еще встретимся? спрашивает Тихиро. Обязательно, отвечает Хаку (никогда, понимает хоть сколько-нибудь толковый зритель). Я разбитое сердце Джека, но есть и хорошие новости: это естественный процесс.

Опять поднимается Иван-чай – как не вовремя, как будто назло – но это естественный процесс (Тихиро кстати бегает натурально по подмосковью – ограда, у которой утешает ее Хаку, вся в кормовом горошке, который цветет у нас на поле, а лилии с луга вот-вот украсят собой любой СНТ. я уж не говорю про эти облака).

sergeyhudiev. Рано поздравлять вас с тем, что вы великодушно прощаете ужасные вещи - если вы еще не видите в них ничего ужасного. Если вы не испытываете ужаса перед отступничеством, это, увы, не говорит о вашей духовной зрелости.

Андрей Парибок. Самые многозначные и стало быть рассчитанные на множество прочтений тексты - некоторые из классических религиозных. Но по происхождению они разнородны. Некоторые их них изначально вовсе не религиозные, ибо адресованы определенному типу элиты. Таковы ранние буддийские или основные неоплатонические (и т.д.). Но потом в силу закономерностей психической жизни среднеq души их стали приспосабливать и для простецов. Получалось не слишком удачно. Неоплатонизм проиграл христианству, а буддизм шравакаяны всегда живет с местными чисто религиозными традициями для наивных.
В других случаях, напротив, текст изначально адресован простым людям, а много позже за дело принимаются ученые эрудиты и усложняют для своих его толкования; так с Новым Заветом, с Кораном. Такой подход вряд ли когда-либо приводил к полной гармонизации в обществах с единой религией понимания ее смыслов умственной элитой и прочим населением, а также порой вел к опасностям для умных.
Интересно было бы сравнить эти пути более интегрально. Какой из них лучше с социально-инженерной точки зрения.

Никакой фундаментальный текст, для понимания которого изначально предполагались заметно превосходящие средний уровень а) образованность и б) сообразительность, не может быть признан религиозным.
Примеры таких текстов. "Гулшани-роз" Шабистари. Сочинения Прокла. Сочинения Шанкары. Дао-дэ-цзин. Старшие упанишады. Мандукья-карика. Гандавьюха-сутра. Калачакра-тантра. Дра-таль-гьюр.

4 июля 1862 года состоялся очень важный для мировой литературы пикник. Именно во время него Оксфордский священник и профессор математики Чарльз Доджсон начал рассказывать 10-летней Алисе Лидделл историю о девочке, побежавшей вслед за кроликом в Страну чудес. Что из этого вышло, мы все знаем — спустя три года в свет вышло первое издание книги Льюиса Кэрролла «Алиса в Стране Чудес».
Псевдоним "Льюис Кэрролл" образован посредством словесной игры: данные автору при крещении имена «Charles Lutwidge» он перевел вначале на латынь — «Carolus Ludovicus», а затем англизировал и поменял местами.
Неожиданная слава оказалась для Кэрролла большим испытанием. Он внушал даже самому себе, что писатель Льюис Кэрролл и его преподобие Чарльз Лютвидж Доджсон — разные люди. Коллега Кэрролла объяснял поведение писателя так: «Он не хочет быть Льюисом Кэрроллом и очень ревниво оберегает свою тайну. Поэтому он живет так замкнуто. Всякую минуту он боится, что кто-нибудь упомянет при нем Алису».

pyshch: Куваев рано умер, успел не так много, но главную свою вещь успел: "Территория" вышла. ...Важно: только тяжелые места создают по настоящему хороших людей. Где хорошо, там меньше причин и потребностей создавать из себя человека. ...Если бы надо было написать атеистическое житие святых, то Куваев, в общем, его написал. И даже путь в вечность указал. Все, кто остается на Территории - люди. Проблеск или сияние человека есть в каждом из них. ...В мышлении у Куваева важно не только понять. В мышлении не менее важно вовремя остановиться: привыкший мыслить доверяет мышлению, но по сути это неуправляемый процесс, мы не знаем, куда оно нас заведет, между тем доверяем его выводам. А зачем, если задуматься? Просто потому, что так решили? Для Куваева важна скромность: вовремя одернуть себя внутри, чтобы быть уверенным, но не зазнаваться. Иначе ошибешься. Ошибешься - не выполнишь работу. Вовремя перестать думать, так как думание оно такое, как депрессивное мышление, когда ходишь по кругу, и ничего не делаешь, потому что ничего не происходит. Думающий не делает, а если ты не делаешь, то какой ты человек? Перестань думать и работай. Хорошая книга.

snk1965: "Российские антивоенцы" — это болезненно агрессивные примитивные био-GPT, не вызывающие ничего, кроме брезгливости. И лишь то, что они (относительно) грамотно могут связывать модно-вумные слова в ~~предложения~~ грамматические конструкции, вводит невнимательных читателей в заблуждение, что перед ними тонко чувствующие интеллектуалы. А на мой вкус — это просто "говно нации", как сказал один (возможно, совсем не добрый) политический деятель. Я не против наличия этого говна у моей родины (даже активно "за" это наличие, по своим, сложным соображениям), но с соблюдением всех необходимых санэпидемнорм. И детских разумом от них желательно изолировать, чтоб не потравились случайно (да, патернализм и мягкая цензура объективно необходимы в сложном обществе).

ixbin: Это пишут либеральные упыри, которые своими руками устроили у нас в стране ад 1990-х! Поразительно, что они сами себя считают белыми и пушистыми, и с этой воображаемой позиции всех судят.
Эти же люди с упоением уничтожали промышленность и науку СССР, которая прекрасно умела производить товары для самообеспечения. И теперь, уничтожив всё это, нас же самих считают неразвитыми! А себя, типа, считают такими судьями в белых тогах! Технология понятна:
1. Видишь рядом с собой чистого, нормально одетого прохожего.
2. Подкарауливаешь момент, делаешь ему подножку, и толкаешь его в грязь.
3. С отвращением говоришь ему: "Фу, какая ты грязная свинья!"
4. Ощущаешь своё превосходство, и внутренне воспаряешь на собственноручно выстроенный пьедестал.
5. Профит!

urease: Вы знаете, я неиронически весьма высокого мнения о той волне иммиграции к которой я принадлежу.
Наши там — везде равномерно пропитали stuff that matters, как рациональные числа.
Так что нет. Без нас бы США вообще загнулись.

langobard: У Дмитрия Балашова глобализацию с консервативных позиций критикует сам... Иван Калита. Глобализация в XIV веке это... Орда.
(цит.) "... Дабы всегда и во всякую пору можно было сказать: да, в смраде, в гнусе и в скверне днесь есьмы, но мы - Святая Русь! Не схожи мы с прочими, свои у нас заветы, свой навычай и язык, свое все, и за то святое, за веру отцов и навычаи народные можем снова и вновь драться на ратях, и труды прилагать, и спасать, и пасти свою, единственную, землю! Сего, сын, не ведают в Орде. Там, как на проезжей дороге в день ярмарочный, изо всех земель всякого народу, и все кричат: <Мы!> До часу скорби, до часу нашего величия и ихней скудости, сын. Посему во всем и всегда не рушь обычаев русской земли! ...".

kryloyashher: Соловьёв, безусловно очень перспективный философ. Однако он не объясняет как преодолеть максиму Бердяева о функции государства.
Нравственность определяется целью — очень точно им сказано. Осталось объяснить, что надо сделать, чтобы у всех членов общества были хотя бы общественно-безопасные цели, при условии, что люди по природе имеют разную структуру мозга. Советский проект попытался, но его проблема не в том, что он ошибся направлением, нет — направление правильное, неправильные средства (недостаточные). С того и безуспешность. Но он хотя бы прыгнул.
Либерализм же в этом отношении заведомо проигрывает, ибо его цели заведомо эгоцентричные и антицерковные, и потому-то в своём завершении он выводит к нацизму и фашизму, а отнюдь не к церковно-светскому общежитию. Поэтому он не "тормозит" развитие, он отступает, т.к. из двух составляющих (церковно-светского) он системно отрицает первоопределяющее — церковность. Тогда как коммунистическая идея в принципе способна найти с ней согласие.