Исторический провал Европы
Feb. 25th, 2024 09:26 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
swamp_lynx"С конца Второй мировой войны Европа, где зародились государство-нация и Вестфальская система сосуществования государств-наций, постепенно демонтировала и одно, и другое.
Первым признаком национального государства является, согласно Жану Бодену («Шесть книг о Республике» 1576), наличие и отправление суверенной власти, ограниченной только «законом Божьим» и «законами природы». Вестфальский мир 1648 года определяет внешний суверенитет - юридическое равноправие участников международных отношений, и внутренний суверенитет – самостоятельное принятие решений внутри государства.
Проект Единой Европы строился как проект преодоления суверенитетов и национальной воли народов; как технократическая структура и рыночное пространство, где «национальные порывы» отдельных государств будут ограничены и скованы супранациональным законодательством." ТГ Неколлективный Запад.
"По словам французского правоведа, Анн-Мари Ле Пурье, европейские государства более не обладают ни внешним суверенитетом – независимостью от внешних игроков, ни внутренним – способностью руководствоваться национальными предпочтениями при принятии решений (голосование 2005 года по европейской конституции во Франции было ярким тому примером, и – кстати - последним референдумом в истории страны). Как говорил Жан-Клод Юнкер, "нельзя сделать демократический выбор против европейских договоров".
"Проблема однако состоит в том, что в конституциях европейских стран понятие национального суверенитета и воли народа все еще занимает главнейшее место... Наши политики все еще ссылаются на суверенитет и рассуждают в категориях государства-нации, хотя больше не могут действовать как таковые. Государства, которые пытаются исходить из этой традиционной парадигмы (например, Венгрия), принуждаются ухищрениями и прямым давлением отказаться от защиты своих национальных интересов. На смену государствам-нациям в Европе пришла авторитарная империя", - утверждает Анн-Мари Ле Пурье.
В своей последней резонансной книге «Поражение Запада» Эммануэль Тодд высказывает идею о том, что признаки государства-нации исчезли не только в Европе, но и в США, которые названы французским социологом даже не империей, а пост-империей. США сохранили милитаристскую имперскую структуру, но больше не имеют – как это характерно для империй - единого культурного ядра, ценностей и установок, разделяемых сплоченным центром, считает Тодд.
Одной из важнейших мыслей, высказанных им в этой работе (вызвавшей волну резкой критики), является идея о том, что основа расхождений России с Западом, причина их многолетнего взаимонепонимания лежит в разнице восприятия международной политики – первая ведет себя на международной сцене как государство-нация и ожидает того же от остальных, тогда как Запад от этой парадигмы давно отказался.
Можно отметить, что во Франции, которая была государством-нацией par excellence (существуя на протяжении более десяти веков на более менее единой территории, с единым языком и единой столицей), отказ от логики «державности» и самостоятельности происходит особенно болезненно. В недавней колонке «Монд», изобличающей «русофилию» и «многолетнее ослепление» французских политических элит в отношении России, говорится о том, что «неразделенная симпатия к России» ряда политиков объяснялась, среди прочего, уважением к ее стремлению сохранить самостоятельность и статус значимой державы. Которые Франция в значительной степени утратила ввиду действия ее правительств последних 50 лет, и по которым часть политического класса и населения страны продолжают ностальгировать...
Зимой 1994 года, то есть почти 30 лет назад, Филипп Сеген, президент Национального Собрания Франции, произнес в Госдуме РФ очень знаковую речь. Это и напутствие, и предупреждение, и – в первую очередь - пожелание различных преобразований, которые, как тогда казалось, должны были непременно произойти в ближайшие 30 лет. Но, увы, не произошли.
Иных уж нет, а те далече."
*
Европа завершает долгий XX век, но завершает с опозданием - поскольку холодная война на 45 лет продлила цикл европейских расколов, начавшийся в 1914 году. Это промедление накладывает особую ответственность на нынешних лидеров - ведь от них зависит, приведет ли исторический перелом, который мы сегодня переживаем, к миру и процветанию, или к новому периоду раздоров, зловещим предвестием которого является происходящее в бывшей Югославии. Сегодняшние лидеры должны проявить ту же дальновидность, с которой генерал де Голль предвосхитил еще в 1960-ые очертания мира, существующего вне логики блоков; примирившуюся Европу, которая протянется от Атлантики до Урала, а я бы сказал, от Атлантики до Тихого океана...
У Европы и России есть общее наследие - (...) привязанность к равенству и солидарности, богатая культура, стремление к независимости – все те ценности, которые они смогли сохранить и упрочить в самый трудный момент их истории. Необходимо раз и навсегда понять, что демократия и рынок не являются универсальными, раз и навсегда зафиксированными стандартами. Они принимают различные институциональные формы в Европе, Азии и Америке. Ни одно государство или организация не обладает монополией на эти понятия, не имеет никакого права судить о превосходстве той или иной модели. Каждому - свой темп, своя форма, в соответствии с духом каждого народа; главное, чтобы общей целью оставались мир и демократия.
Европейский союз создавался в эпоху, когда Европа была разделена, являясь главной зоной соперничества двух сверхдержав. Отцы-основатели ЕС строили его как сообщество, чьи члены должны были последовательно делегировать полномочия центральным управляющим органам. Однако этот федералистский идеал больше не соответствует ситуации на континенте; метод, изначально выбранный для строительства Сообщества, устарел. (...) Мечты о конце истории, преодолении наций, исчезновении государства оказались иллюзиями. Так давайте же вместе строить большую Европу, чтобы создать новую организацию безопасности, о необходимости которой недавно говорил президент Ельцин.
Эта новая структура предполагает трансформацию и политику открытости существующих институтов, в частности ЕС и НАТО, а также создание политического органа, в который вошли бы все государства континента. Все вышесказанное подчеркивает необходимость глубокого обновления НАТО, которая должна содействовать, а не препятствовать воссоединению европейского континента (...).
Исчезновение угрозы, связанной с разделением мира на два соперничающих блока, неизбежно ведет к радикальному пересмотру ее целей и методов работы. НАТО должна стать глобальной системой безопасности, в которую Россия должна быть вовлечена, сохранив при этом свою специфику.
Без России в Европе не может быть ни прочного мира, ни процветания. Кроме того, в интересах ведущих европейских держав - устранить "серые зоны", которые являются источниками постоянной нестабильности на континенте.
Оставить Россию у дверей строящейся Европы было бы не просто ошибкой, а историческим провалом, чреватым повторением тех расколов, которые когда-то уже привели континент к гибельным последствиям, и угрозами новых трагедий.
У меня есть некоторые сомнения в готовности и способности старых демократий справиться с этим колоссальным историческим вызовом, верно ответить на те потрясения, что переживает сегодня Россия.
Но я убежден, что содействуя вашему национальному возрождению, открывая пространство Большой Европы, немыслимой без России, мы сможем построить для будущих поколений тот лучший мир, за который когда-то сражались наши солдаты. Тот лучший мир, вера в который была дважды подорвана...
Первым признаком национального государства является, согласно Жану Бодену («Шесть книг о Республике» 1576), наличие и отправление суверенной власти, ограниченной только «законом Божьим» и «законами природы». Вестфальский мир 1648 года определяет внешний суверенитет - юридическое равноправие участников международных отношений, и внутренний суверенитет – самостоятельное принятие решений внутри государства.
Проект Единой Европы строился как проект преодоления суверенитетов и национальной воли народов; как технократическая структура и рыночное пространство, где «национальные порывы» отдельных государств будут ограничены и скованы супранациональным законодательством." ТГ Неколлективный Запад.
"По словам французского правоведа, Анн-Мари Ле Пурье, европейские государства более не обладают ни внешним суверенитетом – независимостью от внешних игроков, ни внутренним – способностью руководствоваться национальными предпочтениями при принятии решений (голосование 2005 года по европейской конституции во Франции было ярким тому примером, и – кстати - последним референдумом в истории страны). Как говорил Жан-Клод Юнкер, "нельзя сделать демократический выбор против европейских договоров".
"Проблема однако состоит в том, что в конституциях европейских стран понятие национального суверенитета и воли народа все еще занимает главнейшее место... Наши политики все еще ссылаются на суверенитет и рассуждают в категориях государства-нации, хотя больше не могут действовать как таковые. Государства, которые пытаются исходить из этой традиционной парадигмы (например, Венгрия), принуждаются ухищрениями и прямым давлением отказаться от защиты своих национальных интересов. На смену государствам-нациям в Европе пришла авторитарная империя", - утверждает Анн-Мари Ле Пурье.
В своей последней резонансной книге «Поражение Запада» Эммануэль Тодд высказывает идею о том, что признаки государства-нации исчезли не только в Европе, но и в США, которые названы французским социологом даже не империей, а пост-империей. США сохранили милитаристскую имперскую структуру, но больше не имеют – как это характерно для империй - единого культурного ядра, ценностей и установок, разделяемых сплоченным центром, считает Тодд.
Одной из важнейших мыслей, высказанных им в этой работе (вызвавшей волну резкой критики), является идея о том, что основа расхождений России с Западом, причина их многолетнего взаимонепонимания лежит в разнице восприятия международной политики – первая ведет себя на международной сцене как государство-нация и ожидает того же от остальных, тогда как Запад от этой парадигмы давно отказался.
Можно отметить, что во Франции, которая была государством-нацией par excellence (существуя на протяжении более десяти веков на более менее единой территории, с единым языком и единой столицей), отказ от логики «державности» и самостоятельности происходит особенно болезненно. В недавней колонке «Монд», изобличающей «русофилию» и «многолетнее ослепление» французских политических элит в отношении России, говорится о том, что «неразделенная симпатия к России» ряда политиков объяснялась, среди прочего, уважением к ее стремлению сохранить самостоятельность и статус значимой державы. Которые Франция в значительной степени утратила ввиду действия ее правительств последних 50 лет, и по которым часть политического класса и населения страны продолжают ностальгировать...
Зимой 1994 года, то есть почти 30 лет назад, Филипп Сеген, президент Национального Собрания Франции, произнес в Госдуме РФ очень знаковую речь. Это и напутствие, и предупреждение, и – в первую очередь - пожелание различных преобразований, которые, как тогда казалось, должны были непременно произойти в ближайшие 30 лет. Но, увы, не произошли.
Иных уж нет, а те далече."
*
Европа завершает долгий XX век, но завершает с опозданием - поскольку холодная война на 45 лет продлила цикл европейских расколов, начавшийся в 1914 году. Это промедление накладывает особую ответственность на нынешних лидеров - ведь от них зависит, приведет ли исторический перелом, который мы сегодня переживаем, к миру и процветанию, или к новому периоду раздоров, зловещим предвестием которого является происходящее в бывшей Югославии. Сегодняшние лидеры должны проявить ту же дальновидность, с которой генерал де Голль предвосхитил еще в 1960-ые очертания мира, существующего вне логики блоков; примирившуюся Европу, которая протянется от Атлантики до Урала, а я бы сказал, от Атлантики до Тихого океана...
У Европы и России есть общее наследие - (...) привязанность к равенству и солидарности, богатая культура, стремление к независимости – все те ценности, которые они смогли сохранить и упрочить в самый трудный момент их истории. Необходимо раз и навсегда понять, что демократия и рынок не являются универсальными, раз и навсегда зафиксированными стандартами. Они принимают различные институциональные формы в Европе, Азии и Америке. Ни одно государство или организация не обладает монополией на эти понятия, не имеет никакого права судить о превосходстве той или иной модели. Каждому - свой темп, своя форма, в соответствии с духом каждого народа; главное, чтобы общей целью оставались мир и демократия.
Европейский союз создавался в эпоху, когда Европа была разделена, являясь главной зоной соперничества двух сверхдержав. Отцы-основатели ЕС строили его как сообщество, чьи члены должны были последовательно делегировать полномочия центральным управляющим органам. Однако этот федералистский идеал больше не соответствует ситуации на континенте; метод, изначально выбранный для строительства Сообщества, устарел. (...) Мечты о конце истории, преодолении наций, исчезновении государства оказались иллюзиями. Так давайте же вместе строить большую Европу, чтобы создать новую организацию безопасности, о необходимости которой недавно говорил президент Ельцин.
Эта новая структура предполагает трансформацию и политику открытости существующих институтов, в частности ЕС и НАТО, а также создание политического органа, в который вошли бы все государства континента. Все вышесказанное подчеркивает необходимость глубокого обновления НАТО, которая должна содействовать, а не препятствовать воссоединению европейского континента (...).
Исчезновение угрозы, связанной с разделением мира на два соперничающих блока, неизбежно ведет к радикальному пересмотру ее целей и методов работы. НАТО должна стать глобальной системой безопасности, в которую Россия должна быть вовлечена, сохранив при этом свою специфику.
Без России в Европе не может быть ни прочного мира, ни процветания. Кроме того, в интересах ведущих европейских держав - устранить "серые зоны", которые являются источниками постоянной нестабильности на континенте.
Оставить Россию у дверей строящейся Европы было бы не просто ошибкой, а историческим провалом, чреватым повторением тех расколов, которые когда-то уже привели континент к гибельным последствиям, и угрозами новых трагедий.
У меня есть некоторые сомнения в готовности и способности старых демократий справиться с этим колоссальным историческим вызовом, верно ответить на те потрясения, что переживает сегодня Россия.
Но я убежден, что содействуя вашему национальному возрождению, открывая пространство Большой Европы, немыслимой без России, мы сможем построить для будущих поколений тот лучший мир, за который когда-то сражались наши солдаты. Тот лучший мир, вера в который была дважды подорвана...
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2024-02-25 06:27 pm (UTC)LiveJournal categorization system detected that your entry belongs to the following categories: История (https://www.livejournal.com/category/istoriya?utm_source=frank_comment), Общество (https://www.livejournal.com/category/obschestvo?utm_source=frank_comment), Политика (https://www.livejournal.com/category/politika?utm_source=frank_comment).
If you think that this choice was wrong please reply this comment. Your feedback will help us improve system.
Frank,
LJ Team
no subject
Date: 2024-02-25 06:31 pm (UTC)Про Францию с единым языком 1000 лет это прям хорошо.
no subject
Date: 2024-02-25 07:27 pm (UTC)no subject
Date: 2024-02-25 09:56 pm (UTC)ЕС это новая лоскутная империя. Предпосылок для возникновения единой нации пока нет. Бюрократия да, монолитна, но она вообще и всюду моментально окукливается, а реальная жизнь нет.